Когда мы завершали маршрут на стыке Моркинского и Куженерского районов Марий Эл, я, чуть живой от усталости, вспомнил известную фразу путешественников о джунглях - там человек испытывает ощущение счастья дважды – сначала, когда туда попадает и затем, когда выбирается обратно. Это было очень созвучно моему настроению.
Перепись «наследников»
Хотя, честно признаться, на авантюру с лесной переписью я напросился сам, не подозревая, во что это выльется. Зимний маршрутный учет проводится ежегодно, чтобы определить численность братьев наших меньших - тех, что не впадают зимой в спячку.
Поголовье лесных бродяг, как и сто лет назад, определяют по следам на снегу - существуют методики, по которым их число переводится в количество живых душ. Сведения о глубине снежного покрова, температуре воздуха, погодных условиях, заложенные в специальные формулы, помогают получить объективные данные. Точность результатов колеблется в пределах 10%, то есть, если все делать грамотно, итоги учетов вполне адекватно отражают реальную численность промысловых животных.
Дело это важное, ведь так называемые нормы изъятия, то есть цифры, которые говорят, сколько зверей того или иного вида можно отстрелять без вреда для воспроизводства популяции, и они напрямую зависят от данных учетов. Объем работы большой, в Марий Эл сотни маршрутов общей протяженностью тысячи километров! Причем все эти версты по лесам, полям и оврагам нужно пройти пешком, в смысле на лыжах. Использование механизированного транспорта запрещено.
Заброска в лес
Наш маршрут, как поведал государственный инспектор охраны животного мира РМЭ Михаил Дудин, начинается на стыке Моркинского и Куженерского районов и проходит по территории четырех лесных кварталов (точно локацию озвучивать не буду, чтобы не навести браконьеров). Хорошая новость заключалась в том, что на точку отсчета нас забросят на снегоходе.
Старт берем в деревне Визимка, мы с напарником Владимиром Кузнецовым, лыжами и рюкзаком размещаемся в санях. И хотя рулевой снегохода Михаил Глушков уверял, что он не «Шумахер», по дороге не едем, а летим, подпрыгивая на кочках. Мише на нормальном сиденье, наверное, легче, а вот нам на заледеневшей деревянной сидушке приходится несладко. Да еще и лед под «пятой точкой» оттаял. Неуютно.
Полевой ландшафт давно уже сменился лесным, но дорога никак не заканчивается. Забираемся в дебри - чтобы проехать, приходится пилить упавшие деревья – хорошо, что Михаил предусмотрительно прихватил бензопилу.
Наконец, по навигатору находим начало маршрута. Замерзшие выбираемся из саней, согреваемся чаем из термоса, встаем на широкие охотничьи лыжи марки «Тайга» и вперед.
Лосиный к(рай)
Поначалу бодренько, хотя маршрут проходит совсем не по просеке, как я рассчитывал, а по чащобе, которая местами сменяется густой чапыгой – это затянувшая все вырубки осиновая поросль, а также молодняк других лиственных пород. Нормальный лес тут когда-то вырубили, а про посадки «забыли». Хорошо только лосям. Зимой молодая кора для них - основа рациона.
Здесь они и обитают. Говорят, если повезет, то сохатых можно увидеть и сделать приличное фото. Нам не повезло, хотя, судя по всему, лосей тут действительно хватает. Чаще всего на снегу встречались следы именно этих великанов, а также кучки катышков – результат работы их желудочно-кишечного тракта. Местами снег утоптан так, будто животные митинг проводили.
Свежие следы на пересечениях маршрута Владимир сразу забивает в навигатор - результатом работы переписчиков в 21 веке вместо традиционных записей на бумаге стал электронный трек.
Помимо лосиных, достаточно часто встречаются следы куниц и белок, реже - заячьи «петлялки".
Лесной экстрим
Идти сложно: сверху на тебя валятся охапки снега, сухие ветки норовят расцарапать лицо и одежду, и у них это получается. Плюс к этому чужие охотничьи лыжи постоянно соскакивают с ног, и ты оказываешься в очередном сугробе.
Дальше дорога становится еще хуже – мало было чапыги, так один за другим пошли участки ветролома, валежника - поваленные ели местами лежат в три «этажа». Приходится их переползать, а в лесу снега то, оказывается, хватает – проваливаешься по самое причинное место. Тут я сломал лыжную палку, изорвал штаны, потерял крышечку от объектива фотоаппарата и остатки бодрости духа.
В общем, пятикилометровый путь показался невероятно долгим, по ощущениям километров 15, остаток дороги я прошел уже на «автопилоте».
Но вот, наконец, и просека, с которой мы стартовали. Ура, задание «партии и правительства» выполнено. Теперь осталось только дождаться снегохода, который вывезет нас обратно к людям, а это еще километров 15.
Напомним, "Марийская правда" рассказывала также о том, как заброшенная пашня в Марий Эл нашла хозяина.
