Отказаться от хорошо оплачиваемой работы в офисе ради полчища щенят? Бродить ночами по полям в поисках бездомной собаки? Забрать себе пятерых кошек, когда дома ждут еще пять? Кому-то все вышеперечисленное покажется странным. Но именно такой выбор сделала 37-летняя Елена Соколова. И она ни разу не пожалела, что предпочла такую насыщенную жизнь рутине!
Мечта сбылась немного иначе
В детстве Лена мечтала стать врачом, чтобы лечить бабушек – именно так она всем отвечала, когда спрашивали, кем девочка хочет быть.
С мужем Антоном она познакомились, будучи на втором курсе, и вот уже 17 лет они вместе идут по жизни рука об руку.‒ Я на лето оставалась у бабушки, а она страдала давлением, у нее постоянно что-то болело, и мне было ее жаль. В итоге я не бабушек, но других несчастных лечу. Мечта сбылась немного иначе, ‒ улыбается основатель «Благотворительного фонда «Приют для собак «Динка». ‒ Я закончила журфак и долгое время работала по профессии, стаж был большой и в печати, и на радио. Но я не жалею, что моя жизнь связана с другим.
‒ Мы как-то вместе как-то решили о переезде, вместе принимали решение о создании фонда. У большинства женщин-волонтеров мужья категорически против их деятельности, потому что «это трата времени», им хочется, чтобы вторая половинка была рядом, а не ловила вечерами по кладбищу собак. Наши родители до сих пор не принимают наше решение. Тема скользкая, кажется, нужно жить «как все». Большинству людей непонятно, а непонятно ‒ значит, ненормально. Мы уже привыкли не обращать на это внимания, вышли из возраста, когда кому-то нужно что-то доказывать, занимаемся любимым делом и не слушаем чужих советов, решая, как нам жить, сами.
На вопрос, жалеет ли Елена, что комфортную городскую жизнь променяла на любимых собак, отвечает: никогда!
‒ Я не хотела бы возвращаться назад, потому что работа в кабинете нас нисколько не привлекает. Каждый день у нас новые истории, приключения, это не рутинная работа. Да, есть вещи, которые делаешь автоматически – уборка, готовка, но, каждый день приходя хоть кормить, хоть выгуливать животных, они ведут себя по-разному. Это не сравнить с прежней работой, хотя должности были приличные: муж был начальником отдела в Мариэнергосбыте, а я долгое время трудилась в информационном агентстве федеральных органов, помощником по связям с общественностью ректора одного из вузов города.
На это не учатся в университетах
Когда семья переезжала за город, то у Елены не было и мысли, что станет так много собак, кроме которых на подворье жили козы и домашние птицы: курицы, гуси, утки.
‒ Мы живем так, как нам хочется. Многие об этом мечтают, но боятся, в нашем случае, нам повезло, все совпало. Есть моменты отчетности, но это не так, как с людьми, и работу можно назвать удовольствием. Изначально фонд был как некое сообщество волонтеров, сплоченных за все годы работы с животными, и когда встал вопрос об оформлении, был составлен попечительский совет.
Идея «организоваться» появилась в прошлом году, в начале 2019 года, когда поступило предложение от администрации Оршанского района заниматься отловом животных по муниципальному контракту. До этого, по словам Елены, им никакая юридическая форма собственности не была нужна.
‒ 10 апреля мы зарегистрировались как некоммерческая организация «Благотворительный фонд «Приют для собак «Динка», хотя занимались этим с 2014 года. Естественно, волонтерскую деятельность никто не отменял. Как мы всегда шутим: у нас идет одна собака по отлову, две «в подарок». Животных всегда много, и далеко не все они оплачиваются по контракту, но мы стараемся все рассчитывать. Пытаемся обходиться без каких-то постоянных сборов и благодарны тем, кто помогает нам.
Особых трудностей не было, так как у семьи большой опыт, сформированный годами, в том числе, психологии собак. Единственное, когда они еще не были официальной организацией, когда все переходило из хобби в работу, было сложно перестроиться.
‒ Все-таки, у нас семья, дети, а работа эта очень специфическая, и за долгие годы увеличения обитателей фонда мы многому учились. С 4-8 их число выросло до 70. Естественно, если бы нам вот так сразу на голову свалилось 70 собак, мы бы не справились. Сейчас мы уже видим, куда дальше развиваться, как лучше организовать работу. Здесь не может быть профессионального выгорания и усталости, потому что это вечный двигатель для нас, потому что если мы этого не сделаем, то никто! У нас нет такой профессии как «отловщик животного» или «директор приюта», это вещи, к которым люди приходят осознанно. На это не учатся в университетах.
О верных собаках и хозяевах-предателях
Истории о питомцах всегда наполнены какой-то внутренней драмой.
‒ Мы ехали в город и на выезде с Оршанского тракта прямо перед нами "ГАЗель" сбивает овчарку. Водитель поехал дальше, а мы остановились, убедились, что она жива, погрузили в машину. Свозили на рентген, переломов нет. Привезли пса домой, пытались отыскать владельцев, но не удавалось. Несмотря на это, он не вставал, мы надевали на него подгузники. Спустя 2 недели, под Новый год, нашлись хозяева, обрадованные, они приехали его забирать, плакали, благодарили. Спустя время я позвонила им, чтобы узнать, как он, а мне сообщили, что собаку усыпили, потому что вставать овчарка так и не научилась заново, все свои дела делала под себя, в квартире стоял соответствующий запах. Они решили, что так будет проще. Мне тогда было очень обидно. Люди не справились!
‒ Мне сложно принять, почему люди выбрасывают животных. Часто просят забрать животное и называют «очень важную причину». Среди них – рождение ребенка. А чем вы думали, когда брали эту собаку? Или кто-то из родственников умер, и они не могут взять к себе чужого кота. Я все время привожу пример, что, когда не стало моей бабушки, я забрала 5 ее кошек, хотя у меня своих пять было, одна еще и умудрилась мне родить на второй день. Но я с этим выводком справилась, особой помощи ни у кого не просила, стерилизовали, пристроили, котят раздали. Если ты взял ответственность – неси ее до конца, поступи по-человечески! Это не так сложно, как сначала кажется. Оставлять питомцев одних – это бесчеловечно. Еще хуже, когда люди начинают оправдываться.
Собаки приюта разные: огромные и маленькие, вредные и ласкуши. Но каждая находит свой дом.
‒ Самая «долгосидящая» собака ‒ Герда – провела у нас 4 года, побаивалась чужих людей, поэтому не выходила к ним, когда приезжали. Есть полупородистые, красивые, но тоже их не сразу берут. Иногда даже удивляешься этому! Например, пес Миша ‒ огромный, невероятно добрый, ластится к людям, но – не берут. Считают, что такой только на охрану. Но он не на цепь, он – друг, любимец детей, с ним весело в лес ходить. Он как ребенок-хвостик! Бывают, наоборот, осторожные, кажущиеся агрессивными, но и они своего хозяина находят. Таких часто берут на охрану производства, где они узнают «своих» и «чужих» отгоняют. На каждую собаку есть свой хозяин.
Погоня за Барбосом
Выезжая куда-то на машине, у семьи Соколовых с собой всегда полный набор переносок и клеток.
По словам Елены, все, кто просит о помощи, ждут, что они сию минуту могут помочь, но никто не понимает, что их всего двое, несмотря на помощников.‒ У многих в голове картинка: приехали люди, выстрелили в собак снотворным, погрузили и уехали. У нас не так. Некоторых собак приходится ловить по две недели. У людей обычно две реакции: «почему так долго» и «а чего вы это к ней так подходите, вы что, не боитесь? вы ее прямо руками ловить будете?». Но если животное подходит, если дается, зачем мы будем его пугать собаколовками?
‒ Чтобы отловить животное, нужно порой сидеть в засаде несколько часов, например, муж в прошлом году ночами в Мари-Туреке выжидал бродячих собак. А места, где они шастают, не самые приятные: где-то бегают крысы, где-то люди ищут металл. Бывает, что мы заняты, когда приходит срочное сообщение, и тогда судорожно начинаем искать тех, кто нам может помочь. Мы не можем уехать куда-то отдыхать, потому что никто не останется с нашими собаками, мы живем этим! Если мы заболеем, то все равно должны кормить их и убирать за ними.
На сегодняшний день в приюте живут 68 собак, еще десятки животных находятся на передержках.
‒ Сейчас мы уходим от обычных будок и достраиваем вольеры, начали строительство ветеринарного пункта, стационара и изолятора. Потихоньку расширяемся, соответствуя новым требованиям приютов, приводим территорию в лучший вид, чтобы и собакам было комфортно, и людям, приходящим к нам. Никакой самоизоляции у нас не было. Ветврачи работали, согласно указу, только приезды волонтеров до конца мая были «прикрыты», сейчас начинаем возвращаться к привычному режиму. Только помощи с кормами и деньгами на лечение стало мало, многие ведь оказались без зарплат, и у них меньше возможности помогать. Но, надеюсь, справимся и будем жить как прежде.
По словам Елены Соколовой, животные ‒ самые лучшие психологи!
‒ Иногда погладишь кошку и становится легче, а уж если зашла в щенятник, и владельцы десятков мокрых крохотных носиков прыгают на тебя, то невозможно не умиляться. У нас всегда есть эти антидепрессанты. Всегда можно приехать к нам, обнять какую-нибудь мохнатую шкуру, которая будет тебе теплым воздухом в ухо смешно дышать, и радоваться жизни. Тогда думаешь: вот оно, счастье, а все проблемы решаемы!
