У меня сейчас переходный период – с энергетиков, на них мы держались за «ленточкой», перехожу на кофе, рассказывает житель поселка Сернур Антон Глушков. Для меня как все началось – с СВО позвонил Андрей - товарищ по работе, с которым раньше мы вместе занимались пластиковыми окнами. Говорит, Антон, приезжай, быстренько, хохлов размотаем и все дела. Подумал я и пошел в военкомат. Тогда все серьезно было - полтора месяца ушло на медкомиссию.
Денег на сборы нет - занял, с экипировкой помог благотворительный фонд «Добрая дорога». Ну и вот 13 декабря 2022 года я отправился в путь.
Был «Яльчик», стал «Таир»
А вот и Тоцкое, здесь Антон подписал контракт, выдали ему автомат, броник, две коробки патронов. Успел обстрелять свой АК-74 и вперед - курс на Украину. Земляков в команде не было, но народ подобрался хороший: из Свердловской области, из Тывы, много мужиков из Удмуртии. Ребята дружные, друг друга вытаскивали из-под огня, из одного котелка ели, никто не жаловался, задачу поставили, значит, ее нужно выполнять.
Служба на СВО для Глушкова началась с должности помощника пулеметчика. Потом, когда присвоили звание младшего сержанта, стал командиром отделения штурмовой роты. Позывной пришлось по ходу дела пришлось поменять, почему-то «Яльчик» для сослуживцев оказался очень трудным словом, тогда Глушков выбрал название другого марийского озера - Таир.
Вместо Сирии Авдеевка
Первое время страха не было вообще, ощущение, как будто ты в компьютерные стрелялки играешь, вспоминает солдат, понимание серьезности, впрочем, приходит достаточно быстро. Тем более, что там, где служил Антон, было очень горячо.
Не заставило себя ждать и первое ранение. Мы сдерживали превосходящего по силам противника, обстрелы практически не прекращались, а тут я даже свиста снаряда не слышал, вспоминает боец: удар, искры из глаз, очнулся, а меня уже перевязали. С эвакуацией проблем не было, забрал БТР и в госпиталь. Там его догнала медаль «За отвагу».
Тут собрался земляк в Сирию, прошел четырехмесячную спецподготовку, но перед отправкой открылась язва. Подлечился и вместо арабской республики оказался он под Авдеевкой, где шли ожесточенные бои. С некоторых заданий, вспоминает Антон, возвращались единицы, но мне везло. Голову там терять нельзя, вот, например, бежать от дрона-камикадзе совершенно бесполезно. Остается ждать, когда он спикирует и постараться вовремя отпрыгнуть от места падения.
Очень удивляли бойцов тамошние цены: сигареты в два-три раза дороже, чем у нас, водка или палка колбасы по полторы тысячи рублей. Купить, правда, можно все, парни брали нормальную обувь, обмундирование, по возможности старались поменять броники на трофейные с кевларовыми пластинами, они легкие и надежные.
Нас спас, сам погиб
И вот группа Глушкова получила приказ зайти врагу в тыл и ликвидировать засевших поблизости снайперов. Пошли шесть человек, тут на бойцов выскакивает «Брэдли» (английский танк) и начинает поливать огнем. Я думал все, конец, лишь бы сразу, чтобы не мучиться, вспоминает Андрей, но как-то обошлось.
Переползли поле, команда на штурм, пустили дымовухи, только поднялись, и тут нас очень кучно накрыла вражеская артиллерия. Кто уцелел, отходили к разбитым домикам, и тут прилет по соседству. Зацепило крепко, хорошо, что сослуживец с позывным Батюшка сумел нас с еще одним бойцом спустить в подвал. Нас спас, а вот сам погиб.
В общем, осталось нас трое, все раненые. Надо к своим пробираться, но стоит только подняться, накрывает арта. Еды нет, воды нет – три дня ничего не пили, курева нет, сил все меньше. А, будь что будет, пошли, благо туман. Когда рассвело, схоронились в какую-то нору, там нашли брошенный рюкзак с сигаретами. Снова в путь, наткнулись на двух бойцов из другой, правда, части. Они и помогли выбраться до точки эвакуации, вкололи промедол.
В части очень удивились, что парни живыми выбрались из этой передряги.
Пойду учиться
Так началась госпитальная эпопея Глушкова. Опять, как и при первом ранении, больше всего досталось правой руке. В Горловке прооперировали, там бойца нашла еще одна медаль - «За храбрость». В конечном счете оказался он в центральном военно-клиническом госпитале имени Вишневского. Рука к тому времени загнила, от боли сознание терял. Подлечили, но, говорят, парень, боец из тебя уже никакой – рука не действует: кости раздроблены, пластины стоят, и оперировать больше уже нельзя.
Прошел военно-врачебную комиссию, съездил в часть, сейчас Антон дома - в отпуске с последующим увольнением из армии по состоянию здоровья. Теперь нужно думать, как устроиться в мирной жизни.
У меня третья группа инвалидности, она считается рабочей, говорит Глушков, но проблема в том, что я смогу делать, если правая рука практически не действует, удалось разработать только два пальца. Для меня суп сварить большая проблема, обхожусь магазинной готовой едой.
Поэтому хочу с 1 сентября пойти учиться. Ездил в Волгатех – там вроде бы есть понимание. Со специальностью пока, правда, не определился, думаю. Руками зарабатывать на жизнь я, скорее всего, уже не смогу, значит, надо включать голову.
А еще мы рассказывали о том, как трудовик Сергей Зайцев Москву покорил.
Фото Дмитрия Шахтарина и Антона Глушкова.
Вскоре в Сернур должна прийти еще одна награда для Антона Глушкова – медаль Жукова
