Так вот, неподалеку от их дома есть небольшой пруд, в котором в летнюю пору плавают жирные утки. Гуляющий народ, особенно с детьми, с упоением кормит их хлебушком с мостика. Как-то раз Рема с хозяйкой забрели в окрестности этого пруда.
Собака, как обычно, ломанулась по своим собачьим делам, напрочь игнорируя призывы: "Ко мне!" И вдруг, высунув морду из прибрежного куста, что она обнаружила! Жирных уток в пруду, которые беззаботно носились туда-сюда за толстыми кусками хлебного мякиша, которые в изобилии сыпались на них с мостика. Непорядок! Рема набрала первую скорость со всей мощи своих коротких лап и с плюханьем бросилась в пруд! Но нет! Не за утками! За хлебом! Плавая среди уток с сумасшедшей скоростью, она хватала бросаемый хлеб, по пути отгоняя мешающих уток. Утки "плюнули" и скрылись. Теперь в пруду плавала только Рема. Народ с мостика кормил плавающую с бешеной скоростью собачку. Хлеб не успевал не только тонуть, но даже намокнуть, моментально исчезая в ремкиной пасти. Дети были в восторге. Их родители катались от смеха. И все спрашивали, чья это такая замечательная, такая веселая, такая голодная собачка? А на берегу, в кустах, стояла моя бедная, красная от стыда подруга и тихо твердила: "Это не моя. Это не моя..."
ТатьЯна Севрюгина.
(г.Йошкар-Ола).
Собака, как обычно, ломанулась по своим собачьим делам, напрочь игнорируя призывы: "Ко мне!" И вдруг, высунув морду из прибрежного куста, что она обнаружила! Жирных уток в пруду, которые беззаботно носились туда-сюда за толстыми кусками хлебного мякиша, которые в изобилии сыпались на них с мостика. Непорядок! Рема набрала первую скорость со всей мощи своих коротких лап и с плюханьем бросилась в пруд! Но нет! Не за утками! За хлебом! Плавая среди уток с сумасшедшей скоростью, она хватала бросаемый хлеб, по пути отгоняя мешающих уток. Утки "плюнули" и скрылись. Теперь в пруду плавала только Рема. Народ с мостика кормил плавающую с бешеной скоростью собачку. Хлеб не успевал не только тонуть, но даже намокнуть, моментально исчезая в ремкиной пасти. Дети были в восторге. Их родители катались от смеха. И все спрашивали, чья это такая замечательная, такая веселая, такая голодная собачка? А на берегу, в кустах, стояла моя бедная, красная от стыда подруга и тихо твердила: "Это не моя. Это не моя..."
ТатьЯна Севрюгина.
(г.Йошкар-Ола).
