Разговаривают отец с сыном на кухне. Оба из заводской династии.
Отец: - Да мы в свое время и в домино, и в картишки играли, и выпивали на работе!
Сын: - Не! У нас с этим строго! Никаких карт, никаких спиртных напитков!
Отец: - Ну а толку? Металла за смену все равно больше не выплавляете?!
Сын: - С этим, да, согласен... А вот почему так, папа?
Нависает пауза, и тут дед из спальни кричит: - Так, внучек, а что ты хотел-то? Как мы эти печи после войны построили, так вы на них и плавите...
 
    Общее для всех только небо. Чего не скажешь о той же земле.
 
    А помните, как в детском саду - нарисуешь маме на 8 Марта "каляку-маляку" - она так радуется! Почему-то с женой этот фокус не проходит..
 
    - Сахалин? Алло?
- Здеся, здеся.
- Что решили?
- Все хоросе-до, все хоросе-до. Горосуем.
- Что голосуем? Чего вдруг?
- К Японии переходим, да, всеобщим тайным горосованием.
- И как разделились голоса?
- Никак не раздерирись. Единограсно к Японии.
- Против есть?
- Есть, есть, японаци против, но уже позадно, мы уже присоединирися.
 
    Внучка писателя Валентина Катаева рассказывала, как ее подружке в школе задали написать сочинение о том, что именно Катаев вложил в образ Вани из повести "Сын полка". Подружка пришла к Катаевым в гости и спросила об этом самого писателя, взяв его слова за основу своей работы. В итоге за сочинение она получила тройку с минусом с комментарием, что Катаев думал совсем о другом.
 
    Девушка выгуливает какую-то микро-шавку, чихау-хуа или что-то подобное: мелкое, дрожащее в розовой кофточке. А перед ними слесарь Иваныч со своим котом из подвала выбрался. Кот (огромен и шикарен) в боевую позу перед чихаем стал, зашипел и попытался ударить лапой. Ну, девушка в крик. А Иваныч спокойно так изрек:
- Фу, Мурзик Борисович... Фу... Что там есть, там же сплошные ГМО!