Юрий Матвеев, г.Йошкар-Ола.
Редакция «Марийской правды» попросила ответить на этот вопрос главного научного сотрудника государственного заповедника «Большая Кокшага» Геннадия Богданова.
Беда закрытых водоемов
- Увы, замор рыбы бывает почти каждый год, - рассказал Геннадий Алексеевич. – Разве что только прошлой зимой из-за теплой погоды, таяния снега и поступления талой воды, насыщенной кислородом, как такового замора не было.В этом году замор на озере Паленом начался 2-3 марта, когда резко подскочила температура. Толстый слой снега, льда препятствует попаданию солнца в толщу воды, водные растения, одноклеточные и многоклеточные водоросли, цианобактерии начинают гнить, и при этом потребляется большое количество кислорода.
В первую очередь страдают активные, хищные рыбы: щука, окунь, затем плотва, лещ, язь, красноперка. Караси, вьюны, ротаны от нехватки кислорода погибают последними. При гниении растений также выделяются метан (во льду видны иногда замерзшие пузырьки), сероводород и летучие соединения азота. Это также не способствует продлению жизни рыб.
Буром дело не поправишь
Конечно, можно делать лунки, полыньи, но это, вопреки традиционному мнению, Сизифов труд. Тут, в зависимости от водоема, нужны огромные площади полыньи и, конечно, необходимо насыщать водоем кислородом при помощи компрессоров, помещая на дно трубы с большим количеством отверстий. Тогда только можно спасти рыб от гибели, да и то не всех. Самое лучшее – увеличить проточность озер, почистить все родники, притоки, но сейчас их все запрудили бобры, и поступление свежей воды с кислородом сильно затруднено.Бывает и жарким летом
На моей памяти было и два летних замора рыбы на наших реках: в 2001 и 2017 годах (25-30 июля). Тогда летом из-за проливных дождей затопило все луга. Было жарко, трава в теплой воде начала гнить, и кислорода практически не было. В заповеднике на Большой Кокшаге появилось очень много чаек и цапель, которые легко ловили и ели снулую рыбу.Некоторые говорили, что с ферм и комплексов, что выше по течению, сбросили нечистоты, навоз. Долго приходилось объяснять, что уже 15-25 лет в верховьях нет никаких колхозов и совхозов и нечего и некому что-то сбрасывать в реку.
Большая часть рыбы тогда устремилась в притоки Кокшаги: Шапинку, Чернушку, Нужу, Ларь, Аръя, Витьюм и другие. Там и спаслись от замора, но много рыбы погибло. Еще месяца два река очищалась от последствий. Не повезло тогда водным туристам, а их было много по большой воде – ни поплавать, ни попить. Наблюдая летний замор, понимаешь, что лунки во льду зимой не играют никакой роли для спасения рыб.
Кстати, охота на водоплавающую дичь в Марий Эл открывается с 17 апреля
