Доброта – в сердце, тепло – в руках

Особенное место для особенных детей

В декабре прошлого года учреждение отметило 25-летний юбилей. За годы своего существования для многих родителей центр стал главным помощником в воспитании и развитии детей с инвалидностью. Сейчас здесь занимается 30 детей с ограничениями по здоровью и 30 ребят, имеющих инвалидность. Диагнозы самые разные - аутизм, ДЦП, синдром Дауна, гидроцефалия и другие. У кого-то нарушения по здоровью незначительные. С детьми работают профильные специалисты по различным направлениям: логопеды, дефектологи, инструкторы ЛФК. Воспитанники находятся под особым вниманием педиатра и психиатра. Получают физиолечение, занимаются плаванием. Кроме этого, с детьми работают воспитатели, которые организуют досуг и развлечения.

Все услуги Центра предоставляются бесплатно по линии Министерства социального развития РМЭ.

Многие специалисты учреждения работают в нем с самого его основания, в том числе и Ольга Красненкова. В прошлом году она стала победителем республиканского конкурса на звание “Лучший работник социального обслуживания” в номинации “Лучшая медицинская сестра учреждения социального обслуживания для детей-инвалидов”.

Первый опыт

 Через теплые добрые руки Ольги Николаевны прошли сотни детишек с самыми разными диагнозами и особенностями в развитии.

- Кем вы больше себя ощущаете: социальным работником или медицинской сестрой?

 - Наверное, специалистом по движению. Все-таки я работаю над улучшением моторного развития ребенка. И, учитывая весь мой опыт, уже сейчас я понимаю, что являюсь именно таким специалистом. Хотя я дипломированная медицинская сестра и работаю в социальном учреждении.

 - У нас в семье многие связали свою жизнь с медициной: моя бабушка, тети, двоюродные сестра. С самого детства я воспринимала  медицинских работников как что-то светлое: они всегда казались мне очень красивыми, добрыми, в сияющих белых халатах. Во дворе мы всегда играли в больницу. Будучи совсем молодой девушкой, я подрабатывала санитаркой в ЛОР-отделении.  Потом поступила в волжское медицинское училище. Хотела продолжить обучение в университете, потому что мечтала быть патологоанатомом, чтобы проводить криминалистические исследования. Мне легко давалась анатомия.

- А как получилось так, что вы выбрали другую стезю?

- Перед самым окончанием меня и еще одну студентку вызвала директор училища Любовь Николаевна Кузнецова. Она сказала, что хочет направить нас на дальнейшее обучение на массажистов. Сначала я, конечно, не хотела. На что директор ответила, что потом еще и благодарить будешь, так как хороших массажистов всегда очень мало. А во мне она видела хороший потенциал. Так я оказалась в Йошкар-Оле. После завершения обучения меня по распределению направили в Красногорский госпиталь ветеранов войн. Но, честно скажу, мне было там тяжело. Во-первых,  далеко от дома. А во-вторых, со взрослыми как-то сложнее было находить контакт. Но тогда я как раз вышла замуж, забеременела и ушла в декрет. А потом меня пригласили на работу в открывающийся реабилитационный центр для детей и подростков. И я согласилась.

 - Когда я пришла в центр, то он был почти пустой. Мы сами доделывали ремонт, обустраивали его. Я только-только стала мамой. А маленькие дети часто болеют. Но мне помогла моя собственная мама, которая сразу заметила мое стремление развиваться в профессии. Я никогда не забуду свою первую встречу с ребенком с синдромом Дауна. Ко мне на массаж пришел мальчик лет одиннадцати. Он, увидев меня, сразу побежал ко мне. Но тогда я не знала, как себя вести. Испугалась. И, представляете, стала от него убегать! Потом мне объяснили, что детки с синдромом Дауна очень ласковые и добрые, и мальчик хотел просто меня обнять. Конечно, со временем мы с ним очень подружились. Он до восемнадцати лет ходил к нам в центр.

Сейчас все изменилось. Тогда было другое время. Изменились и сами мамы, которые воспитывают детей с инвалидностью. В начале девяностых все просто сидели по домам,  особенных детей прятали. Сейчас мамочки  стали больше заниматься с ними,  прикладывают огромные усилия, чтобы социализировать ребенка.

Желание помогать

 - После преодоления психологического барьера стало полегче?

 - Знаете, легче не стало. Когда я начала работать с детьми с особенностями, поняла, что очень не хватает знаний именно в этой области. В те времена курсов повышения квалификации по массажу почти не было. И я мало что знала о них. Да и время было тяжелое. Зарплату не давали по шесть месяцев! Когда я все-таки нашла место, где можно пройти дополнительное обучение, а это было в Казани, мне снова помогла мама. Она сидела с дочкой. Давала мне денег на билет на электричку. Иногда было так тяжело, что приходилось ездить «зайцем». За деньги по договоренности я побывала в одном из реабилитационных центров. Посмотрела, как работают с детьми с инвалидностью, пообщалась с массажистами. Мне посоветовали, где я могу пройти дополнительную подготовку. С тех пор по несколько раз в год я стараюсь получать новые знания. Общаюсь с коллегами, учусь чему-то новому.  

 - Помните еще каких-то своих первых пациентов?

 - Конечно! Особенно мне запомнился один маленький мальчик. Его случай меня очень заинтересовал.  У ребенка был снижен тонус мышц, он почти не двигался.  Мне очень хотелось ему помочь. Я достала все свои книги, конспекты. Анатомия же мне хорошо давалась, поэтому, еще раз освежив в памяти строение и возможности мышц человеческого тела, я разработала ему свою схему массажа. И у меня получилось. Ребенок стал двигаться и хорошо развиваться. Я часто встречала его уже подросшим. Однажды он был вместе с бабушкой, которая напомнила ему, что «с этой тетей надо здороваться всегда». Настолько семья была мне благодарна. И он здоровается до сих пор. Правда, это уже не мальчик, а высоченный 30-летний мужчина.

 - Как именно вы работаете с пациентами?

 - В зависимости от диагноза у меня может быть целью либо улучшить моторное развитие ребенка при помощи массажа, либо поддерживать физическое состояние пациента, чтобы оно не ухудшалось. Все дети разные, и с каждым нужно работать индивидуально. Дети с ДЦП, например, очень умненькие. И если ты где-то дашь слабину, то они обязательно почувствуют. Но при этом заболевании лениться нельзя, нужно усиленно работать, чтобы улучшать их двигательные функции.  Но и перегибать тоже нельзя, иначе ребенок просто закроется и не будет тебе доверять. Я считаю, что делить детей на имеющих инвалидность и без нее не совсем правильно.  Мы все одинаковые люди.  А жалость расслабляет каждого. А нам все-таки нужно научить человека жить в том теле, которое ему дано, укрепить его здоровье.

 - Вы работаете с детьми, не имеющими инвалидность?

 - Ко мне за помощью часто обращаются молодые мамочки. Я берусь в том случае, если действительно есть рекомендации врача-невролога. Здоровым детям массаж делать не нужно! Малышу в первую очередь нужна забота, а это спокойная, ласковая, здоровая мама. И, конечно же, папа. Маленькому ребенку нужна еда, сон и комфорт. И, заметьте, малышу совсем неважно, в новой или старой одежде он лежит. Главное, чтобы было чисто и сухо.

Если есть показания, то я могу помочь. Но и в этом случае нарушения незначительны. Человек по своей природе так устроен, что многое может пройти физиологично. Ему необходимо лишь немного помочь. И здесь также важна мама, которая может сама проводить небольшие занятия с ребенком. Я всегда показываю мамочкам различные упражнения, чтобы помочь ребенку, например, сделать первый поворот, или научить ползанию. Каждый ребенок индивидуален, и установленные границы развития достаточно размытые.

Главный стимул

- Какие у вас планы?

 - Мне очень интересна Войта-терапия. Планирую пройти обучение по данному направлению. Это эффективный способ при реабилитации детей с нарушениями центральной нервной системы. Сейчас я активно практикую кинезиотейпирование. При помощи специальных хлопковых полосок – тейпов – мы фиксируем мышцу ребенка, облегчая ему движения и в то же время тренируя мышцу.

Я постоянно учусь, стараюсь позитивно смотреть на мир. Ведь от того, что впадаешь в отчаяние из-за какой-либо проблемы, результат только негативный. Ничего не получится в жизни, если сложить руки.