В тексте, полученном электронной почтой, я обратил внимание на смешное место со словом «давно» (подумал: это по-яшински...):
– Сергей Васильевич Яшин. Родился в Йошкар-Оле 4 ноября 1954 года.
Образование высшее (исторический факультет, МГПИ, давно). Мастер спорта по спортивному туризму. Отличник физической культуры РФ. Люблю путешествовать, объездил бывший СССР от Камчатки до Кольского полуострова (Алтай, Саяны, Хамар-Дабан, Забайкалье, Чукотка, Якутия, весь Север, Хатанга, Колыма, Урал весь, в т.ч. Приполярный, Тянь-Шань, Кавказ, Карпаты и др.). Отличник народного просвещения РФ, заслуженный работник образования РМЭ. Работаю директором Детско-юношеского центра «Азимут», где около 600 обучающихся туристско-краеведческой направленности.
* * *
НАШЕ с Сергеем Яшиным знакомство состоялось на общем интересе к авторской песне. Как бард он заинтересовал меня и продолжает интересовать.20 лет назад мы вместе с Алексеем Кирилловым, Валерием Багаутдиновым и Сергеем Щегловым принимали решение о возрождении городского клуба самодеятельной песни – КСП. Сейчас это известный клуб «Четверг». И первые летние фестивали на озере Яльчик начинались с нашим активным участием.
Яшин, безусловно, наиболее колоритный, самый заметный из коллег по местному «профессиональному цеху». Не расставаясь с гитарой, исколесил точно не меньше полсвета. Лет семь назад он необыкновенно увлекательно рассказал мне о своём путешествии на пограничном вертолёте по всему побережью Северного Ледовитого океана. Насмотрелся он тогда такого, что слушать было и занимательно, и горько... Я не удивляюсь его страсти к путешествиям, как и его удачам. В дальней дороге такой парень – с гитарой и большущим репертуаром – самый желанный попутчик.
О некоторых маршрутах путешествий Сергея можно судить по заголовкам его стихов в недавно вышедшем новом сборнике поэзии и прозы «За кулисами души...»: «В Риме», «В Марокко», «На Мадейре», «В Барселоне»... Книгу он издал к 65-летию. По тому же случаю вновь, как и пять лет назад, позвал друзей и почитателей на авторский вечер. Приехали известные казанские барды – Дмитрий Бикчентаев и наши давние друзья из группы «Игрушки». Концерт удался.
Жаль, не могу опубликовать ни один из его семнадцати рассказов. «Я стал слишком ранимым. Мне... всё сложнее переживать трудности... Хочется лечь спать, не думая о своих проблемах, и жить в счастливом предвкушении завтрашнего дня... Копание в прошлом натолкнуло меня на написание прозы», – так в предисловии «От автора» поясняет Сергей обращение к новой для себя литературной форме. «Рисовать я уже давно разучился, – пишет он, одно время работавший художником-оформителем. – Но решил сам проиллюстрировать свою книгу».
Впрочем, о барде, туристе и путешественнике Сергее Яшине стихи его поведают тоже немало...
Каникулы
Столик сернурской харчевни,
Чёрный хлеб и огурец...
На каникулы в деревню
Вновь везёт меня отец.
Битый час сидим без толку.
Летний день горяч и сух.
Ходят гуси по посёлку,
И сквозит навозный дух.
Во дворе мычит корова.
Ждём автобус, сев на пни...
Так вплывают в память снова
Детства прожитые дни.
Толкотня. Народу много.
Как баранку ни крути,
Разухабилась дорога –
Не проехать, не пройти...
Так настойчиво, репризой
Возвращают ныне сны
В дом, где главной – баба Лиза
С материнской стороны.
Сон про детство –
Божья милость.
Я смотрю из-под руки
На деревню, что прижилась
У Арбошки, у реки.
Дед, беззубая улыбка,
Во дворине – старый клён,
В потолке – кольцо от зыбки
С незапамятных времён.
Дед заносит в избу вёдра,
Самовар в углу кипит.
«Что-то нынще ощень вёдро.
Вишь, как солнышко лупит?
Прогоню гусей со грядки,
Там опять крищит пятух...» –
Всем напевный говор вятский
Мне приятно гладит слух.
Не спеша заходим в избу,
Разуваясь, босиком.
Угощенье бабы Лизы –
Земляника с молоком.
Дед в рубахе из холстины
Сел за ужин, помолясь...
И сменяются картины,
Снова в память возвратясь.
Хлев, соломенная крыша,
На покосе – мужики,
Мальчуган соседский Миша,
Пруд и роща у реки,
Жеребец по кличке Проня,
Крупный, как индийский слон,
А пастух скотину гонит
Под кузнечный перезвон.
У завалинки – скамейка,
Поросёнок во хлеву,
Дым у бани – тонкой змейкой...
Вижу, словно наяву.
...Мы взрослеем постепенно,
И возврата в детство нет.
Поглотили перемены
Всё быльё за много лет.
Нет и сернурской харчевни,
Видно, время унесло.
Нет давно большой деревни –
Всё бурьяном поросло.
Впечатление
Из записной книжки
Частный домик с магазином в Швеции,
У окошка – тусклая свеча.
На прилавке – из Ташкента специи
И из Казахстана алыча.
А ещё из Краснодара семечки,
Русской водки – двадцать пять сортов.
Мы с друзьями коротаем времечко,
Заказав коньяк, шашлык и плов.
На витрине за стеклом – не маленький
Дагестанский кованый кинжал
И узором вышитые валенки...
Словно никуда не уезжал.
Тот же «Спрайт» и сыр из Белоруссии,
И привычная колода карт,
Те же пиво, чёрный чай из Грузии
И холодный, как в России, март.
Частный домик с магазином в Швеции,
Где-то на задворках у Земли.
На прилавке – из Ташкента специи,
Кроны, евро... Только не рубли.
В такси
Сел в такси известный богатей,
Он сегодня выиграл в рулетку.
И таксист подумал: в сонме дней
Пассажир такой бывает редко.
Греет душу «новый миллион»
В отблеске неоновой рекламы –
И клиент похвастался, что он
Завтра уезжает на Багамы.
Всю дорогу что-то бормотал
Он о фирмах в Австрии и Польше...
Деньги аккуратно отсчитал –
Заплатил ровнёхонько, не больше.
– Мне сынок Ваш, – как бы невзначай
Говорит таксист, – вчера оставил
Очень щедро долларов на чай.
В тратах-то не держится он правил.
– Не того ты ставишь мне в пример, –
Говорит услышавший про сына. –
У него отец миллионер –
Ну а я-то круглый сиротина.
Благодарность
Если будем живы – не помрём:
Гладил бомж бездомную собаку...
В холоде под тусклым фонарём
Подошёл он к мусорному баку.
Отыскал литые сапоги –
По размеру и совсем не жали:
Тяжелы усталые шаги,
Но зато мы чуть богаче стали.
Он уже давно не знает слёз,
Нет давно в живых родных и близких:
...Ишь, доволен как приблудный пёс,
Найденные выклянчив сосиски.
Этот пёс – теперь его семья.
Рядом в парке музыка играла.
У кустов – любимая скамья,
Спрятанное утром одеяло.
Улыбнулся: кончен трудовой
День ещё один, – пожалуй, лягу.
И нырнул в лохмотья с головой,
Приласкал дрожавшую собаку.
Накрывала парк ночная синь.
«Жалко, что опять проходит лето, –
Бомж подумал. – ...Но прекрасна жизнь!
Господи, люблю тебя за это».
У каждого свой перевал
Есть те, кто не раз штурмовал перевал,
До боли вгрызаясь зубами.
Есть те, кто его никогда не видал,
Лениво барахтаясь в яме.
Одни достигают высоких вершин,
Настойчиво двигаясь к цели.
Другие считают вершиной аршин,
Ползут – да и то еле-еле.
Пытаясь исполнить девиз на гербе
«Идущий осилит дорогу»,
Я, может, не выбрал кафтан по себе,
Не принял угодное Богу.
И тщетно стараясь повыше взойти,
Карабкаюсь к скользкой вершине,
Ещё предстоит перевал на пути...
Подняться б к его седловине.
Во всём и всегда ли я преуспевал,
Творимое благо ли, к проку?
...Познать бы, постичь бы мне мой перевал,
Осилить бы к цели дорогу.
