Театральный мир состоит из великого множества интереснейших профессий. Какие-то из них нам хорошо известны, а о каких-то мы почти ничего не знаем. Например, о работе хормейстера, «начальника хора», как дословно переводится это слово. О том, какова его роль в музыкальном театре, зачем обязательно надо «влюблять» артистов хора в музыкальное произведение и еще о многом другом из жизни хорового «закулисья» мы говорили с Ольгой Жилинской, заведующей оперной труппой, главным хормейстером театра оперы и балета им. Э. Сапаева в Йошкар-Оле, заслуженным работником культуры Марий Эл.
Надо сказать, что я давно мечтала написать статью об этой яркой, статной, невероятно импозантной женщине с горящим взором, чья работа была мне знакома лишь в общих чертах, но от этого становилась еще более привлекательной. И вот мы обе наконец-то «созрели» для встречи, которая стала для меня во многом открытием. Ольга Константиновна – прирожденный рассказчик, когда это касается ее самого любимого дела в жизни - работы с театральным хором, куда она пришла 18-летней девочкой и с тех пор даже ни разу не задумывалась, что могла бы заниматься чем-то другим.
Непоседа из Медведева
Ольга, сколько помнит себя, столько помнит и свою любовь к пению. Девочка пела всегда и везде, благо, что возможностей для этого было предостаточно: в семье всегда звучали песни. Оба родителя, хотя и обладали хорошими голосами, профессиональными исполнителями не были. Маленькая Оля всегда выступала на семейных торжествах, и уговаривать ее не приходилось.
- Меня никогда не ставили на стульчик перед гостями, как раньше часто поступали другие родители, - вспоминает Ольга Жилинская. - Я всегда сама вставала на этот пресловутый стул и начинала концерт. Никого не стеснялась, росла очень активным ребенком и пела при любой возможности. Так что для меня вопрос о будущей профессии не стоял никогда, хотя интересовалась я практически всем. Все кружки, которые на тот момент работали в Медведевском доме культуры, я умудрялась посещать: от выжигания по дереву до драматического и танцевального. Усидеть на одном месте не могла. Но все же музыку и пение любила больше.
Когда девочка училась в музыкальной школе, ее уверенность в выборе будущей профессии крепла с каждым днем, и после окончания восьмилетней школы она самостоятельно подала документы в Йошкар-Олинское музыкальное училище, сдала экзамены и поступила… сразу на два отделения.
Как в воду глядела
- Меня взяли на вокальное и дирижерско-хоровое отделения, - продолжает моя собеседница. – Так решила приемная комиссия. А я была только рада. Не испугалась нисколько. Учиться мне нравилось. Я и вокалом серьезно занималась, и абсолютно все предметы теоретические на дирижерско-хоровом посещала. Помню, очень удивлялась, как мои однокурсники некоторые могли себе позволить прогуливать. Я приезжала в училище к шести утра, чтобы перед уроками позаниматься на инструменте, так как дома его еще не было, а уходила поздно вечером. Никогда меня это не напрягало.
Перед самым распределением к Ольге подошел Михаил Капланский, знаменитый руководитель и дирижер Марийской государственной капеллы им. Искандарова, и буквально велел сказать комиссии, что она после окончания училища пойдет петь в его прославленный коллектив. Но девушка, мечтавшая работать в детской музыкальной школе, почему-то вдруг уверенно заявила удивленным педагогам, что будет служить в музыкальном театре. Как в воду глядела. Попытка поступить в Казанскую консерваторию оказалась безуспешной, но Жилинская этому обстоятельству даже обрадовалась и, вернувшись в Йошкар-Олу, пошла пробоваться в музыкально-драматический театр, ныне Марийский государственный академический театр оперы и балета им. Э. Сапаева. Гавриил Таныгин, тогда дирижер и главный хормейстер, взял Ольгу артисткой хора даже без прослушивания. Так в 1987 году началась главная история в жизни моей героини.
Сильное звено
- Мне очень нравилась моя работа, - вспоминает Ольга Жилинская. – Я могла б, если бы так надо было, вообще не уходить из театра. Приезжие режиссеры зачастую предлагали мне яркие характерные роли второго плана. Я и бабушку в 18 лет играла, и девушку легкого поведения. Вот только рост мне мешал. Я была в хоре самая высокая, и претендовать на роль солистки с такими данными сложно: партнер же должен быть как минимум вровень с тобой, но очень высокие оперные певцы во все времена – товар штучный.
В те годы в театре часто менялись хормейстеры (хормейстер - руководитель хорового коллектива, отвечающий за подготовку и исполнение хоровых произведений), и дирижеру очень не хватало помощника, который бы мог стать связующим звеном между артистами хора и им. Ольга Жилинская как раз и стала таким звеном. Сначала на добровольных началах, а с 2001 года уже и официально. В самом начале 2000-х годов с приходом молодого художественного руководителя Константина Иванова репертуар в театре заметно не только расширился, но и усложнился. Оперная труппа, конечно, тоже не осталась в стороне.
Короля делает свита
Более того, артисты хора участвуют теперь и в некоторых балетных спектаклях. Например, «Щелкунчик» и «Войну и мир» украшают хоровые партии. А представить оперу без хора вообще невозможно. Но считать, что он - лишь «звуковая» массовка в спектакле, категорически нельзя.
- Хор на сцене не для массовости, - авторитетно заявляет Ольга Жилинская. – Он - важнейший элемент любой оперной постановки. На сцене всегда есть прекрасные солисты, исполнители ведущих партий, а есть артисты, которые создают атмосферу, передают эмоции, комментируют действие, могут создать эффектный финал. Когда хор выходит на сцену, зал сразу оживает, потому что оживает картинка. Выражение «короля делает свита» в полной мере относится к театральному хору. Образно говоря, он – свита, без которой существование в оперном спектакле только главных героев было бы непонятно и лишено смысла.
Занятия с хором проходят каждый день. Голос нужно тренировать постоянно.
Одно целое
Моя собеседница может говорить про жизнь в театре бесконечно, потому что ее погруженность в профессию не заканчивается никогда. Она искренне гордится всеми без исключения артистами оперной труппы, говоря, что они – команда, одно целое, когда речь идет о работе. Ольга Константиновна обязательно присутствует на каждом спектакле, даже если не участвует в нем в качестве «закулисного» дирижера или артистки хора (завтруппой, хормейстер не может иногда отказать себе в удовольствии выйти на сцену. – Прим. авт.).
Иногда выходить на сцену опять в качестве артистки хора - большая радость. Опера "Аида".
Ее рабочий день расписан буквально по минутам. В нем нет места бездействию: она умеет одновременно координировать, составлять расписание, созваниваться, перезванивать, заниматься подготовкой клавира каждому артисту хора, договариваться, если есть необходимость, о занятиях солистов с репетиторами, педагогом, самой проводить ежедневный (!) тренаж с хором, всегда быть на связи с каждым из цехов, когда речь идет о новом спектакле, и, конечно, взаимодействовать с дирижером и режиссером. Такой темп Ольге Жилинской под силу. Скорее, существование в другом режиме будет для нее некомфортным.
«Как будто колокольчики звенят…»
Думается, что энергией ее наполняет хорошая музыка, а также позитивные, созидательные мысли и команда единомышленников.
- Я сначала сама должна обязательно влюбиться в произведение, которое надо разучивать с хором, и только потом влюбляю в него артистов, - продолжает хормейстер. – По-другому нельзя. Чтобы «зазвучать» по-новому, «заиграть» новыми красками, нужно прочувствовать предложенный музыкальный и драматический материал, напитаться им. Помогает в этом образный язык. Поэтому всегда повторяю, что в хоре «Девицы, красавицы…» из оперы «Евгений Онегин» вы должны петь так, как будто колокольчики звенят (улыбается. – Прим. авт.).
Фото после спектаклей - добрая театральная традиция.
Но в «царстве» многоголосия очень не хватает мужчин. Моя героиня сетует на то, что в хоре нашего театра мужские голоса – большой дефицит. Не популярная эта профессия у представителей сильного пола, к сожалению. А еще Ольга Константиновна мечтает увеличить количество артистов хотя бы до 30-ти. Сейчас в хоре поет всего лишь 21 человек. Но количество, к счастью, качеству не помеха.
- С нашим хором, солистами можно горы свернуть, - убеждена хормейстер. Но мне все равно всегда хочется что-то улучшать, изменять, дополнять, чтобы звучать еще лучше, чтобы зрители не переставали аплодировать и кричать «Браво!» нашим артистам. Это ведь результат и моей работы, которую очень люблю и не перестану никогда об этом говорить!
БЛИЦ для Ольги Жилинской
Опера или оперетта?
- Для меня они равноценны.
Шопен или Стравинский?
- Шопен.
Море или горы?
- Море.
Тишина или тусовка?
- Тишина.
Утро или вечер?
- Вечер.
Байкал или Мальдивы?
- Хочу и там, и там побывать.
Фуа-гра или жареная картошка?
- Жареная картошка.
Фото предоставлены Ольгой Жилинской.
- Ранее «Марийская правда» писала о преподавателе эстрадного вокала Людмиле Микушкиной, у которой нет волшебной палочки.
