Его знают все, ну или почти все жители Йошкар-Олы, которые так или иначе интересуются музыкой, живописью, поэзией, фотографией, юмором. Причем люди эти принадлежат совершенно к разным поколениям. Сергей Федонин тоже человек без возраста, но ему есть уже чем поделиться, о чем вспомнить и, конечно, есть к чему идти и о чем мечтать.
Имя моего сегодняшнего собеседника на слуху, знают его лично или заочно тоже многие. Кто-то помнит Сергея Федонина как участника знаменитого СТЭМа «Бардак», у кого-то он ассоциируется с арт-проектом «Поволжский треугольник», кто-то видит его исключительно членом кавер-группы «Речкин Бэнд», а некоторые совсем недавно познакомились с Сергеем Федониным и творческим сообществом «Третий звонок» на фестивале театральных капустников «Нескучный Лось», на котором новый коллектив, представляющий Республиканский театр кукол, не просто ярко дебютировал, но и безоговорочно стал победителем! Скрывать не стану, это стало поводом для нашей встречи, но исключительно только поводом: сомнений не было в том, что разговор будет разносторонним, интересным, неожиданным для меня и в какой-то степени ностальгическим для обоих. К великому моему удовольствию и как человека, и как журналиста, именно так все и сложилось.
Деревенский парень
- Сергей, давай для начала кому-то напомни, а кого-то удиви и расскажи, откуда ты родом? Где твои корни?
- Я – насквозь деревенский парень. Родина моя – небольшое село в Башкирии, практически в предгорье Южного Урала. Я там жил, рос и закончил среднюю школу, так что детство мое было абсолютно таким же, как у всех сельских детей: мы и за коровами в хлеву убирали, и пастушили, и еще много где помогали старшим. Более того, в начальной школе я учился писать чернильным пером, и чернильницы у нас были встроены в старенькие парты под наклоном! А ведь это была уже середина 70-х годов ХХ века! Семья моя относилась по социальному статусу к сельской интеллигенции: мама работала учителем музыки в школе, папа – связистом.
- Мама – учитель музыки. Значило ли это, что ты прям «с пеленок» стал проявлять интерес к музыкальному искусству?
- Нет. Но когда мне было лет 10, мама начала выписывать журнал «Кругозор». Сейчас молодые люди вообще не знают, что это за издание такое, а в 70-е, 80-е годы прошлого века у большинства из нас только этот журнал и был «окном» в западный музыкальный, рокерский мир. Прозрачные, тонкие голубые отрывные пластинки, вклеенные в журнал, знакомили таких, как я, с «Pink Floyd», «The Rolling Stones», «The Beatles», другими известными исполнителями. Так что к окончанию школы я был уже довольно разбирающимся меломаном. В восьмом классе мне купили гитару, но очень скоро отец заметил, что она сильно отвлекает от учебы, и попросту сломал ее. Уже в Йошкар-Оле я опять начал играть.
Под «перестроечным угаром»
- Как появилась в твоей жизни Йошкар-Ола? Осознанным это был выбор или отчасти случайным?
- Отчасти случайным. Несмотря на то, что моих одноклассников и меня тоже боялись отпускать далеко от дома получать высшее образование, я приехал именно в Йошкар-Олу поступать в политехнический институт им. А.М. Горького, потому что здесь уже три года учился один парень из нашего села и ему все нравилось.
- Ты поступил. А кем должен был стать после окончания института?
- Я должен был стать инженером, работать в лесной отрасли и заниматься водным сплавом леса.
- Ого! Сейчас невозможно себе представить Сергея Федонина, который с серьезным лицом руководит водным сплавом древесины по какой-нибудь реке…
- А уже много лет вообще нельзя никого представить за этим занятием: когда я учился на пятом курсе, государство посчитало это направление малоэффективным, и в вузах тогда такое отделение закрыли.
- Но ведь именно во время учебы у тебя произошел своеобразный перелом, после которого ты уже никогда не смог бы стать ни инженером, ни врачом, ни космонавтом?
- Это случилось после армии уже. После первого курса меня, как и всех тогда 18-летних студентов, забрали в армию. После возвращения в институт в общежитии образовалось такое место, куда приходили многие студенты, где готовились к «студенческим веснам», там мы подружились с Сергеем Лялиным, другими парнями. У нас сформировалась некая творческая инициативная группа. Мы начали что-то сочинять, придумывать, юморить. Под «перестроечным угаром» (это были первые годы горбачевской перестройки - прим. авт.) стали формироваться очередные музыкальные интересы, рождались юмористические миниатюры, появился даже кантри-клуб. Мы достаточно часто выходили играть на улицу, устраивали первоапрельские митинги, марши, нас приглашали на Марийское телевидение частенько. Словом, жизнь наша, молодежная и творческая, кипела бурно. Тогда же мы увлеклись КВНом, собрали команду, капитаном у нас был Сергей Васильевич Лялин, творили мы исключительно коллективно, и очень неплохо получалось.
Молоды. Безбашенны. Отчаянны. Смелы
- А шутить на «волне перестройки» разрешалось про все?
- Тогда времена были удивительные: вроде бы всем сказали, что жить теперь будем по-новому, а конкретно как, не знал никто. Что - можно, что – нет, непонятно. Доходило до того, что нам однажды один серьезный человек из ректората сказал: «Критиковать можно, смеяться – нельзя!». Вот так и пытались балансировать, хотя «хулиганили», конечно, чаще: тормозов у молодых никогда не было, да и сейчас тоже нет (смеется – прим.авт.).
- Институт в итоге ты так и не окончил, возвращаться в село, естественно, уже желания не было, пару лет жил довольно непросто, но судьба твоя опять привела тебя в политех. Теперь уже в студенческий клуб. Примерно с этого времени начинается история знаменитого «Бардака»?
- В общем-то, да. Я тогда в студклубе стал работать, Сергей Лялин был уже председателем студенческого профкома, и однажды к нам пришел Александр Бажин. Он приехал сюда по распределению из Самары, где активно участвовал в СТЭМовском движении. Мы тогда практические вообще ничего не знали про студенческий театр эстрадных миниатюр, а он просто зашел к нам в студклуб и просто предложил свою помощь в создании СТЭМа! Александр стал нашим первым руководителем, и при нем же СТЭМ наш начал называться «Бардак». Весело. Озорно. Молодежно.
- И что началось?
- Мы начали активно выступать на всех студвеснах и у себя в политехе, и в других вузах. Много сочиняли сами, немало нам подарил Бажин. В первый состав «Бардака», кроме меня и Александра, вошли еще Сергей Лялин, Сергей Хуморов, Алексей Козловцев и Евгений Красин. Мы именно этой командой впервые приняли участие во всероссийском фестивале «Икариада». Нашли там много друзей, с которыми до сих пор поддерживаем связь. Все были молоды, безбашенны, отчаянны, смелы!
- «Золотой» период «Бардака» и вашу невероятную популярность я очень хорошо помню. Попасть на выступление команды, где одновременно на сцене можно увидеть Федонина, Лебедева, Воронкова, было очень непросто! Молодые люди дарили девушкам билетик на мероприятие, где будет «Бардак», и это считалось очень крутым подарком! «Звездная болезнь» не сильно задела? «Крыша» не поехала?
- Не задела вообще и ничего не поехало. Все на месте осталось. Мы много работали, много ездили, и это было круто!
«Все стараюсь делать в удовольствие»
- Все всегда подходит к логическому завершению. Жизнь Сергея Федонина после «Бардака» стала какой?
- Я поработал управляющим в нескольких популярных ночных клубах Йошкар-Олы, Чебоксарах, организовывал в ДК им. ХХХ-летия Победы гастрольные выступления популярных в России команд КВН, даже в Сочи поработал в составе одного музыкального коллектива.
- Ты ушел в бизнес?
- Нет! Практика жизненная давно уже показала, что бизнесмен из меня «никакой».
- У тебя творческие идеи и проекты зарождаются в голове параллельно или последовательно? Ты их придумываешь для себя или цель твоя другая?
- Когда как, но чаще всего одно вытекает из другого. Душа моя – неугомонная, я по-другому жить не умею! Пришло однажды в голову собрать выставку своих фоторабот, а дальше - больше: посидели с профессиональными фотохудожниками, подумали, прикинули, и родился арт-проект «Поволжский треугольник». В первую очередь, все, чем занимаюсь, я делаю потому, что мне это нравится! Ну и еще, конечно, хочется землякам время от времени наглядно показывать, что есть еще много всего интересного, нестандартного, необычного, глубокого, проникновенного, с претензией на высокое искусство в разных творческих жанрах, и одновременно доступное для восприятия любого человека, неравнодушного к прекрасному. Все стараюсь делать в удовольствие. Играю в кавер-группе «Речкин Бэнд» в кайф! Когда могу, то помогаю некоторым хорошим музыкантам продвигать их творчество.
- А ты на «Нескучном Лосе» как вдруг появился? Мало того, что просто появился, еще и команда твоя победителем стала!
- Я много лет назад уговаривал Юрия Александровича (Синьковского - прим.авт.) дать нам возможность с Сашей Лебедевым выступить на этом фестивале. Но мы же не были работниками театра, и он нас не пустил тогда. И вот сейчас мне пришлось устроиться в Республиканский театр кукол звукорежиссером, чтобы уже на законных основаниях принять участие в конкурсной программе! Я, конечно, пошутил сейчас, но в каждой шутке есть только доля шутки. А если серьезно, то я правда работаю сейчас звукорежиссером в театре кукол и просто решил вспомнить молодость, предложил поучаствовать, ребята откликнулись. Сочинил, вспомнил, вроде получилось.
- Какая твоя самая положительная черта?
- Неуспокоенность.
- А отрицательная?
- Лень и неуравновешенность.
- Что еще хочется?
- Хочется все-таки организовать фестиваль уличных музыкантов! Хочется еще несколько проектов осуществить. А еще хочется, чтобы сил хватало на реализацию всего задуманного!
