Выбор, достойный уважения
Сразу скажу, что наш интерес к монастырской жизни вызван не желанием выставить ее на всеобщее обозрение, а стремлением попытаться понять, насколько велика в человеке сила веры, что сегодня, в продвинутое во всех отношениях время, он добровольно отказывается от мирской жизни и полностью посвящает себя служению Богу. Согласитесь, выбор, достойный уважения.
Конечно, сделать это за один визит в обитель практически невозможно. Тем более, что, как не зря говорится, со своим уставом (в нашем случае — понятиями, «сложившимися» в атеистическое время) в чужой монастырь не ходят. Но получить кое-какие представления — вполне возможно.
К тому же первое впечатление всегда бывает самым ярким и запоминающимся. Как у меня теперь о Мироносицком монастыре — необыкновенно тихом и красивом месте, куда стремятся многие паломники, где находится один из древних храмов нашего края, зреют яблоки и виноград. А еще всегда вспоминается приятная улыбка его настоятельницы — игуменьи Варнавы, которой было назначено поднять из руин древнюю обитель и вернуть прежнюю славу святому месту.
«Мама «привязала» к этому месту»
С середины XVII века Мироносицкая пустынь, возникшая в месте явления образа Богоматери со Святыми Женами Мироносицами, была оплотом православия в Марийском крае. Она переживала разные времена, была даже обласкана милостью императрицы Александры Федоровны. В 30-е годы прошлого века ее постигла участь большинства церквей и храмов: обитель закрыли, монахов разогнали. Но даже в советские годы верующие жители республики помнили о монастыре, храня старую литографию с его изображением. Именно на нем чуть больше четверти века назад я впервые увидела монастырь в доме бабушки моего мужа. Хотя в то время от него оставались только разрушенные храм и жилой корпус. «В настоящее время памятник находится в заброшенном состоянии и разрушается», - говорилось в официальном от 1983 года акте обследования технического состояния монастыря, считавшегося тогда и до сих пор являющегося памятником архитектуры.
Лишь через двадцать лет после этого, осенью 1993 года монастырь передали только что образованной Йошкар-Олинской и Марийской епархии. К этому времени на храме не было ни крестов, ни куполов, шатровая часть колокольни разобрана, крыша сильно протекала, стены от сырости портились, росписи не сохранились, рухнул межэтажный свод боковых приделов, не было ни окон, ни дверей, ни стен обители. Через год сюда приехали первые монахини из Толгского монастыря, что в Ярославской области.
Среди них была и матушка Варнава. От увиденного, как вспоминает она сегодня, плакать хотелось, иногда даже возникало желание вернуться в Толгу.
- Но моя мама не позволила мне, - вспоминает игуменья, - она приехала со мной с Толги, мы вместе там в монастыре были. Здесь мама постриглась, а позже была погребена. Она меня и «привязала» к этому месту. Теперь мне здесь уже все родное.
Труд для людей ради Бога
Верующие считают, что поднялся монастырь не иначе как с Божьей помощью, с благословения архиепископа Йошкар-Олинского и Марийского Иоанна. У людей невоцерковленных, возможно, на этот счет другое мнение. Но как бы то ни было, сегодня это место не узнать. Чистые дорожки и множество цветов, большущий огород, где порядок такой, что любой садовод позавидует, фруктовый сад, плюс — картофельное поле за пределами монастыря, а еще образцовый коровник, пруд, где монахини разводят рыб, - в общем, хозяйство огромное. В голове не укладывается, как со всем этим справляются девять обитательниц монастыря. Не спят, что ли?
- Конечно, спим. Мы тоже люди, - с улыбкой отвечает на вопрос матушка Варнава. - Нам часто помогают люди, волонтеры, даже из Казани приезжают. А еще есть несколько постоянных работников, мы им зарплату платим, как и положено.
Она соглашается, что труд огромный, но при этом тут же обезоруживает признанием: «Мы же не для себя работаем, стараемся все по совести делать — к нам же люди приходят».
Трудно сомневаться в искренности игуменьи, которая работает наравне со всеми. Нас она встретила не в парадном облачении, а в повседневной одежде, уже слегка помятой и запыленной — вместе со всеми матушка Варнава освобождала от мебели помещения сестринского корпуса, где сейчас вовсю идет ремонт.
- Если начальник не будет работать, что будут подчиненные делать? - ответила она вопросом на вопрос, почему в монастыре работает даже «руководство». И добавила, видя мои сомнения: «В Евангелии написано, хочешь быть старшим, будь всем слуга. Вот я и служу».
Здесь особая служба
К слову, служба эта подразумевает не только труд в саду-огороде, но в первую очередь — Богу и православной церкви. Насколько она важна и трудна, могут сомневаться люди неверующие, но только не те, для кого вера является основой жизни. Не случайно они отовсюду едут и идут в Мироносицкий женский монастырь. Здесь такая благодать, которая в первую очередь исходит от древнего храма, восстановленного стараниями многих и многих: епархии, верующих, благодетелей — от простых жителей республики и до чиновников высоких должностей.
И с каждым годом все больше приходит людей в монастырь на службы, особенно в выходные дни.
- Почему? Видимо, нравится им наша монастырская служба. Мы поем просто. Службы и так долгие, зачем их еще удлинять длинными песнопениями, - опять то ли в шутку, то ли всерьез отвечает матушка Варнава и снова открыто улыбается.
Аж дух захватывает на колокольне
Признаться, первое время ее обезоруживающая улыбка сбивала меня с толку. Мы-то привыкли, что монахини всегда замкнутые, смотрят из-под бровей...
- ...ну, из-под бровей смотреть очень уж жестоко, меня испугаются, - отшучивается моя собеседница. - А вообще я в детстве была у одной монахини, мне тогда лет девять было. Так вот она мне сказала очень хорошие слова: «Всегда улыбайся, никогда не будь печальной».
Вот что ты с ней будешь делать! То ли это характер такой, то ли все же не хочет игуменья «раскрываться». И все же нам удалось «подсмотреть» отблеск печали в ее глазах. Во время нашего разговора, матушке сообщили, что кто-то приехал из Толги. Там находится один из древних русских монастырей, в нем 26 лет назад матушка Варнава впервые надела подрясник, там прожила она почти семь лет, там у нее остались подруги — сестры, с которыми постригалась. И даже через двадцать лет разлуки с ними, всегда ждет весточки оттуда, а еще лучше — нечаянной встречи.
Потому и заторопилась к монастырским воротам, но увидев возле них «чужих», немного опечалилась. Впрочем, хорошее настроение тут же вернулась, как только ближе познакомилась с гостями из Толги. Оказывается, живут они рядом с монастырем, хорошо общаются и помогают его обитательницам. И полились воспоминания об общих знакомых, обсуждение коротких новостей из обители, готовящейся к 700-летнему юбилею. И не прерывались даже на колокольне, куда матушка Варнава на правах хозяйки пригласила всех и с легкостью забралась первой.
А оттуда, как на ладони, виден весь монастырь и его окрестности. Там легко дышится. И верится, что еще долго стоять Мироносицкой обители, какие бы ветра ни бушевали над ней...
