Брат Большого
История этого храма муз искусства, исполненного в строгих античных традициях, началась еще на рубеже 40-х и 50-х годов прошлого века, когда архитекторы готовили проекты строительства монументальных зданий и площадей в стиле позднего сталинского ампира, питавшегося традициями Древней Греции и Римской империи, давших импульс классицизму XIX века. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть на изображение Большого театра в Москве на 100-рублевой российской купюре. Первоначальный проект театра в Йошкар-Оле, опубликованный в книге П.А.Самсонова «Йошкар-Ола» (1950 г.), почти один в один напоминает здание Большого. Сходство с московской архитектурой усиливает наличие в проекте Центральной площади фонтана и высоток со шпилями. Поэтому стремление местного начальства сделать у себя «как в столице» не очень удивляет и в наши дни, когда Йошкар-Ола получила подобие Спасской (Фроловской) башни
Московского Кремля.
Но в конечном счете судьбу проекта, как бы хорош он ни был, решает финансирование. 2 октября 1953 года Совет Министров Марийской АССР принял постановление «О строительстве драматического театра в городе Йошкар-Ола». За дело взялись без промедления, уже на следующий день востребовав необходимую документацию. Конторе «Заготлён» предписывалось до 1 ноября того же года убрать с площадки предполагаемого строительства принадлежащие ей дома. Одновременно вместе со строительством театра встала задача построить новую контору «Заготльна» и жилье для строителей, на что требовалось не менее миллиона рублей сверх утвержденной сметы, которые надо было испрашивать или «выбивать» (кому как нравится) в Москве у Министерства культуры РСФСР.
Не успели к юбилею
Строительство оказалось дорогостоящим и затяжным. 22 марта 1958 года тогдашний глава марийского Совмина Г.И.Кондратьев обратился с ходатайством к председателю Совета Министров РСФСР Ф.Р.Козлову о помощи республике в финансировании ряда программ, в числе которых значилось строительство драматического театра на 800 мест. От «высоток» и фонтана к тому времени отказались: дорого, да и не вписывалась архитектурная пышность в хрущевскую политику удешевления и упрощения строительства. Да и поздно было что-либо менять в проекте, который предполагалось реализовать к 40-летию Марийской АССР. Строили до самого конца юбилейного 1960 года, доделывая уже в следующем году, так что театр имени Шкетана не успел попасть в ряд изданий, приуроченных к юбилейным торжествам. Не было его фото и в номере «Марийской правды» от 4 ноября 1960 года.
Убранство
Главным, наиболее запоминающимся элементом здания стал его великолепный фасад с восемью колоннами. Скульптурная группа из двух женских фигур в арке фронтона и скульптурное оформление интерьеров исполнено воспитанником знаменитого с дореволюционных времен Строгановского училища К.И.Блажновым.
Все в театре - от фонарей «под старину» до беломраморных лестниц и нарядных кресел служит созданию удивительной атмосферы сопричастности рождению чуда творческого действа.
Нельзя не заметить роскошную хрустальную люстру и великолепный темно-красный занавес, окаймленный марийским народным орнаментом, исполненный в мастерских легендарного Большого театра.
Начинается земля…
В Марийском национальном театре, одно время объединявшем под одной крышей творческие коллективы драматического театра имени Шкетана и театра оперы и балета имени Э.Н.Сапаева, старались проводить наиболее значимые общественно-политические мероприятия. Здесь проходили вручения наград, торжественные заседания, крупные форумы и фестивали, инаугурации руководителей республики. На площади перед театром устраивали и продолжают устраивать праздники, митинги, ярмарки. Здесь уже несколько десятилетий ставят самую высокую в городе новогоднюю елку, потому что театр сделал площадь главной. В советских букварях учили: «Начинается земля, как известно, от Кремля». У нас в Марийской республике и без учебников всякий знал, что марийская земля начинается отсюда, от этих колонн и широкой лестницы.
История этого храма муз искусства, исполненного в строгих античных традициях, началась еще на рубеже 40-х и 50-х годов прошлого века, когда архитекторы готовили проекты строительства монументальных зданий и площадей в стиле позднего сталинского ампира, питавшегося традициями Древней Греции и Римской империи, давших импульс классицизму XIX века. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть на изображение Большого театра в Москве на 100-рублевой российской купюре. Первоначальный проект театра в Йошкар-Оле, опубликованный в книге П.А.Самсонова «Йошкар-Ола» (1950 г.), почти один в один напоминает здание Большого. Сходство с московской архитектурой усиливает наличие в проекте Центральной площади фонтана и высоток со шпилями. Поэтому стремление местного начальства сделать у себя «как в столице» не очень удивляет и в наши дни, когда Йошкар-Ола получила подобие Спасской (Фроловской) башни
Московского Кремля.
Но в конечном счете судьбу проекта, как бы хорош он ни был, решает финансирование. 2 октября 1953 года Совет Министров Марийской АССР принял постановление «О строительстве драматического театра в городе Йошкар-Ола». За дело взялись без промедления, уже на следующий день востребовав необходимую документацию. Конторе «Заготлён» предписывалось до 1 ноября того же года убрать с площадки предполагаемого строительства принадлежащие ей дома. Одновременно вместе со строительством театра встала задача построить новую контору «Заготльна» и жилье для строителей, на что требовалось не менее миллиона рублей сверх утвержденной сметы, которые надо было испрашивать или «выбивать» (кому как нравится) в Москве у Министерства культуры РСФСР.
Не успели к юбилею
Строительство оказалось дорогостоящим и затяжным. 22 марта 1958 года тогдашний глава марийского Совмина Г.И.Кондратьев обратился с ходатайством к председателю Совета Министров РСФСР Ф.Р.Козлову о помощи республике в финансировании ряда программ, в числе которых значилось строительство драматического театра на 800 мест. От «высоток» и фонтана к тому времени отказались: дорого, да и не вписывалась архитектурная пышность в хрущевскую политику удешевления и упрощения строительства. Да и поздно было что-либо менять в проекте, который предполагалось реализовать к 40-летию Марийской АССР. Строили до самого конца юбилейного 1960 года, доделывая уже в следующем году, так что театр имени Шкетана не успел попасть в ряд изданий, приуроченных к юбилейным торжествам. Не было его фото и в номере «Марийской правды» от 4 ноября 1960 года.
Убранство
Главным, наиболее запоминающимся элементом здания стал его великолепный фасад с восемью колоннами. Скульптурная группа из двух женских фигур в арке фронтона и скульптурное оформление интерьеров исполнено воспитанником знаменитого с дореволюционных времен Строгановского училища К.И.Блажновым.
Все в театре - от фонарей «под старину» до беломраморных лестниц и нарядных кресел служит созданию удивительной атмосферы сопричастности рождению чуда творческого действа.
Нельзя не заметить роскошную хрустальную люстру и великолепный темно-красный занавес, окаймленный марийским народным орнаментом, исполненный в мастерских легендарного Большого театра.
Начинается земля…
В Марийском национальном театре, одно время объединявшем под одной крышей творческие коллективы драматического театра имени Шкетана и театра оперы и балета имени Э.Н.Сапаева, старались проводить наиболее значимые общественно-политические мероприятия. Здесь проходили вручения наград, торжественные заседания, крупные форумы и фестивали, инаугурации руководителей республики. На площади перед театром устраивали и продолжают устраивать праздники, митинги, ярмарки. Здесь уже несколько десятилетий ставят самую высокую в городе новогоднюю елку, потому что театр сделал площадь главной. В советских букварях учили: «Начинается земля, как известно, от Кремля». У нас в Марийской республике и без учебников всякий знал, что марийская земля начинается отсюда, от этих колонн и широкой лестницы.
Факт
Проект театра разработала контора Министерства коммунального хозяйства Марийской АССР на основе типового решения проектного института «Гипротеатр».
