В преддверии Нового года отдел редкой книги главной библиотеки Марий Эл решил порадовать посетителей экспозицией, в которую вошли уникальные экспонаты из коллекции жительницы Йошкар-Олы Елены Жигаловой.
Ожидание Нового года и Рождества – время совершенно особенное для миллионов людей на планете Земля. Пусть некоторые говорят, что в их жизни ничего не меняется в эти дни, и в Деда Мороза верят только маленькие детки, да и то не все, новогодняя елочка, большая или совсем крохотная, натуральная или искусственная, точно стоит сейчас в каждом доме. Стоит, украшенная шарами, мишурой, звездочками и прочими яркими игрушками. Этой традиции уже много лет, но, возможно, кто-то и не знает, что были в России и СССР времена, когда волшебный праздник не отмечали.
Есть елка. Нет елки
Говорят, что первые елочные шары появились благодаря… неурожаю яблок. Это случилось в 1848 году в маленьком немецком городке Лауше, где стеклодувы создали стеклянные «яблоки» вместо настоящих. Мастера не прогадали: шарики были нарасхват. В России же обычай украшать елку ввел Петр I, но традиция продержалась только до смерти императора, затем об указе забыли. В следующий раз наряженные вечнозеленые деревья в домах и на улицах появились лишь через 100 лет, во времена правления Николая I. Первая мировая война породила ненависть ко всему немецкому, и в 1916 году запретили ставить пушистые деревца в общественных местах, но в 1919 году Ленин настоял на проведении правительственной елки в Сокольниках для пролетарских детей. После смерти вождя на елки снова начались гонения, а в 1929 году в Советском Союзе вовсе отменили новогодние мероприятия. Только в декабре 1935 года Сталин неожиданно реабилитировал лесную красавицу и вернул народу добрый праздник. Почти сразу заработало фабричное производство елочных игрушек в нескольких крупных городах страны, на прилавках магазинов вновь стали появляться не только стеклянные шарики, гирлянды, но и корзиночки, фрукты, стрекозы, рыбки, птички, изготовленные из плющеной проволоки на заводе «Москабель», а также новогодние украшения из картона, ваты, мишуры, канители (тонкая металлическая нить), галуна (мишурная тесьма или плотная лента различных цветов), фольги. Примечательно, что многие из них отражали актуальные события, происходящие в те годы в стране, были пропитаны духом времени.
Спасавшая от уныния и вселявшая надежду
Именно такие игрушки свыше 20-ти лет собирает и бережно хранит йошкаролинка Елена Жигалова, по профессии учитель-логопед и дефектолог, мама троих дочерей. В ее коллекции, которая начала зарождаться совершенно случайно, нет стеклянных игрушек и в основном она состоит из экспонатов, выпущенных в период с конца 30-х до 60-х годов прошлого века. Это был сознательный выбор коллекционера.
– Мне кажется, что нестеклянные игрушки очень атмосферные, передают дух времени, – поделилась с «Марийской правдой» Елена Андреевна. – Они – моя любовь. Да, не яркие, не очень красивые, но каждый раз, когда беру их в руки, возникает ощущение, что прикасаюсь к давно ушедшей эпохе. Это своего рода предметное отражение истории СССР. Страны, в которой родились, выросли мои бабушки, дедушки, родители и я. Игрушки в моей коллекции могут рассказать много интересного людям увлеченным, неравнодушным к прошлому, поэтому и возникла идея сделать выставку.
Экспозицию неслучайно назвали «Елочные игрушки военных лет», потому что на ней большей частью представлены новогодние украшения времен Великой Отечественной войны. Казалось бы, тяжелая ситуация не способствовала празднованию Нового года, но елки наряжали и на передовой, и в госпиталях, и, конечно, в тылу. По всей стране для детей устраивали торжества в честь Нового года. Вместо праздничного обеда угощали жиденьким супом и вторым, а в качестве подарков предлагали взять украшение с елки. В военные годы ель для советских людей была той самой соломинкой, спасавшей от уныния и вселявшей надежду на мир.
Спасибо, друг!
На выставке есть елочная игрушка, появившаяся в конце Великой Отечественной, которая, на мой взгляд, никого не сможет оставить равнодушным.
– В те тяжелые годы начали выпускать новогодние игрушки в виде собаки-санитара с закрепленной сбоку походной аптечкой, – рассказала Елена Жигалова. – Сейчас такие игрушки – большая редкость, а тогда и после войны они были очень популярны неслучайно. В Красной армии на довольствии стояло около 75 тысяч служебных собак, большая часть из которых выносила раненых с поля боя. Надрессированы они были так, что не подбегали к умершим и немецким раненым (запах совсем другой), а находили только советских бойцов. Четвероногие спасатели лизали лицо нашим солдатам до тех пор, пока они не приходили в сознание, затем поворачивались стороной, где была сумка с бинтами и медикаментами, чтобы человек мог сам себе оказать первую помощь. Если такого не происходило, то собаки брали в пасть палочку, висевшую у них на шее, и бежали в сторону своих. Это был знак, что близко есть тот, кого срочно нужно транспортировать. Они спасли таким образом немало жизней.
Время чудес только начинается!
Казалось бы, открытая к Новому году выставка коллекционных елочных игрушек должна была стать просто поводом создать новогоднее настроение посетителям, но Елена Жигалова и «хозяйка» отдела редких книг главной библиотеки Марий Эл Наталья Ванюшкина, люди увлеченные и творческие, решили пойти дальше и нашли в фондах настольные игры в журналах времен войны (на «исторических посиделках» в них поиграли), а еще две статьи из газеты «Марийская правда», одна из которых датирована 19 декабря 1943 года. В ней написано о получении заказа артелью «Красная звезда» под руководством товарища Стефановского в размере 20-ти тысяч рублей (!) на изготовление Дедов Морозов, зонтиков, корзиночек, птичьих гнезд. Огромный заказ для очень маленького города в то время. К сожалению, ни одной игрушки из этой партии пока не удалось найти. Поиски Елены Жигаловой на данный момент зашли в тупик, но, может быть, случится чудо, и эта история получит неожиданное продолжение. Время чудес только начинается!
Фото предоставлены Национальной библиотекой им. С. Чавайна.
Ранее «Марийская правда» писала о том, что в Йошкар-Оле работает выставка любительской живописи особенных детей и их родителей.
