В Йошкар-Оле вышел на финишную прямую ХV Международный фестиваль русских театров «Мост дружбы»
Семь из одиннадцати дней театрального марафона уже позади. За неделю девять коллективов, участников фестиваля, показали марийскому зрителю и жюри одиннадцать совершенно разных по стилистике спектаклей. Выступили и гости «Моста дружбы». Государственный драматический театр им. А. Островского из Кинешмы привез весьма необычную версию знаменитой «Снегурочки». Академический театр драмы им. Г. Константинова заявил о себе на фестивале двумя постановками: «Валентиновым днем» и «Аферистами», а творческое объединение «Все!», возглавляемое Юрием Синьковским, драмой «Гроза». Но, на мой взгляд, открытием прошедшей недели фестиваля стал спектакль театра «Русская сцена» из Берлина «Рудольф Нуриев. 48 часов».
На одном дыхании
Этот моноспектакль поставлен режиссером и художественным руководителем театра Инной Соколовой-Гордон. Она же занималась сценографией, музыкальным, световым оформлением, костюмами и хореографией. В центре сюжета реальная история из жизни великого танцовщика Рудольфа Нуриева, которому только почти через 30 лет после побега на Запад СССР выдал визу для поездки в Уфу, чтобы попрощаться с умирающей матерью. Срок визы был всего 48 часов…
Непростую задачу поставили перед собой режиссер Инна Соколова-Гордон и актер Андре Мошой – за полтора часа рассказать зрителям о самых важных моментах жизни гениального артиста, знаменитого на весь мир, но при этом бесконечно одинокого, страдающего от разлуки с матерью, буквально сжигаемого воспоминаниями о своем голодном военном детстве, о несправедливости советского режима, о предательстве друзей и непонимании родных. Колоссальная нагрузка легла на одного-единственного актера на сцене. Нагрузка и смысловая, и физическая. Пластическая драматургия в этом спектакле – еще одно действующее лицо. Андре Мошой - не Нуриев, но играть танцовщика и не использовать язык танца здесь невозможно. Прекрасная физическая форма артиста, его «говорящее» о Красоте тело, помогают создавать завершенный, целостный образ. Моноспектакль – это почти всегда минимум декораций, минимум костюмов. Только сцена, только созданный артистом образ и зрительный зал перед ним, внимание которого нужно сначала привлечь, а потом удерживать на протяжении всего действа. Это очень непросто. Но у Андре Мошоя все получилось блестяще. Йошкар-олинская публика отзывалась на каждое движение артиста в ее сторону, и пару раз монолог превращался в диалог.
- Когда я выхожу на сцену, то первые пять минут страшно боюсь зрителей, - поделился своими эмоциями Андре Мошой. – Я же не знаю, кто сидит в зале, не знаю, смогу ли удерживать полтора часа его внимание. Поэтому первые минуты спектакля очень важны для меня и, думаю, для зрителя тоже. Ведь он – участник спектакля, он помогает тебе строить именно тот спектакль, который ты хочешь. Актерство – вещь эгоистичная. Кстати, в одном своем интервью и Рудольф Нуриев говорил об эгоизме артиста. В моноспектаклях это особенно проявляется. Я обязательно должен получать удовольствие от своей работы, своей игры. И зритель тебе больше доверяет, идет за тобой, дышит с тобой одним воздухом, когда видит, что тебе там, на сцене, в образе, хорошо и комфортно.
Хорошо и комфортно было и в зрительном зале. Спектакль прошел на одном дыхании. Показалось даже, что люди на время перестали кашлять и ерзать на стульях, точно боялись помешать Андре или, может быть, уже самому Нуриеву рассказывать про свою непростую жизнь…
Не рассказал, а прожил
Моноспектакль – не очень популярный в России театральный жанр. У него есть свои законы, свои правила. Далеко не каждый режиссер способен поставить хороший спектакль для одного актера, и совсем не каждый актер сможет в нем сыграть так, чтобы у зрителя мурашки по спине бегали. Инне Соколовой-Гордон и Андре Мошою это удалось.
- Я стараюсь подходить к моноспектаклям как к полноценной, объемной вещи, как будто у меня «многонаселенный» спектакль, который должен эксплуатироваться и в световом, и музыкальном, и пластическом режиме, - говорит Инна Соколова- Гордон. Но все-таки самое важное, на мой взгляд, - это выбор материала для спектакля. Ведь именно тема, в первую очередь, поддерживает интерес зала к единственному действующему лицу на сцене. Бытует мнение, что зритель боится моноспектаклей и уже через пять минут начинает ненавидеть актера, ненавидеть себя за потраченное время. Потому что ему становится неинтересно… Думаю, что на наших спектаклях такого не происходит. По закону объема они легко могут конкурировать с традиционными, классическими театральными постановками.
«В вашем спектакле много поэзии», «сценография у вас гениальная», «вы уникальный пластический актер», «вы, конечно, не Нуриев, но теперь для меня равновеликий ему артист», «уверена, что дуэт Инны и Андре войдет в историю европейского театра», «ваш акцент здесь очень органичен», «вы не рассказали, вы прожили эту историю на сцене, а мы с вами в зале» - это лишь часть высоких оценок членов жюри, которыми они наградили режиссера и актера после спектакля на традиционном обсуждении. Думаю, что услышать такие слова от известных российских и зарубежных театральных деятелей, как Нина Мазур (Германия), Валерий Бегунов (Москва), Драгана Бошкович (Сербия), Армине Оганесян (Москва), гостям из Берлина было приятно, но почивать на лаврах они не собираются, планируют дальше открывать для себя новые горизонты и хорошо делать свое дело, чтобы еще не раз услышать про свое детище такие слова: «Невероятный успех вашего спектакля – это результат режиссерского и актерского таланта, который способен изменять пространство вокруг себя». В этом же состояла и тайна успеха гениального Нуриева.
КСТАТИ
Андре Мошой родился в молдавской деревне, его родной язык - румынский. Окончил молдавский курс актерского мастерства Щукинского училища. 5 лет работал в Италии, играл на итальянском языке. С 2006 г. живет в Германии. С 2007 г. служит в театре «Русская сцена». И только здесь начал играть на русском языке.
