Наш путь лежал в Соловьи, затерявшуюся в лесах крохотную деревушку. К стыду своему, за много лет работы в журналистике, побывать там мне не довелось ни разу, а тут молва донесла весть о человеке, с появлением которого в угасающую деревню пришло второе дыхание. И вот на дороге видим самодельный деревянный указатель - поворот на Соловьи. Это уж потом мы узнали, что на этой развилке Степан Эльтеров установил уже третий по счету указатель. Два первых были сделаны из железных столбов и их выдрали металлисты. Тогда Эльтеров заказал деревянный - в расчете, что на него-то не позарятся.

Вышел на пенсию и вернулся в деревню

Степан Дмитриевич по рождению местный, когда отслужил в армии, хотел ставить в Соловьях дом, но не разрешили, в период политики неперспективных деревень строиться дозволялось только на центральной усадьбе. И вот в 1975 году он перебрался в Сернур и устроился работать на Памашъяльский каменный карьер. Пару лет назад бывший тракторист вышел на пенсию и перебрался в Соловьи, нужда заставила - парализовало маму, которая жила в деревне, и ему пришлось ухаживать за старушкой. Анисье Никитьевне 83 года, очень плохо видит, забывает все на свете, в общем, без пригляда никак. - Не думал, не гадал я, что на старости лет доведется вернуться в деревню, - разводит руками Степан Дмитриевич, - но деваться некуда. Готовить, стирать, мыть мать в бане - все приходится самому. Забот вообще хватает - огород, пасека.

Дорога жизни

Вновь став вынужденным соловьевцем, Эльтеров принялся наводить там порядок. Хотелось жить пусть в маленьком, но более-менее обустроенном мирке. Начал с дороги, потому как для отрезанной лесами от "большой земли" деревеньки это настоящая "дорога жизни". Случись что, по огромным колдобинам, которые нарыли в лесу груженые лесовозы, пробиться к ним могли только внедорожники.
Степан еще в годы работы в карьере выкупил старенький "Беларусь", поставил его на колеса, и в деревне он теперь первый помощник. Участки вспахать, дрова привезти, да мало ли что, другой техники в Соловьях просто нет. На этом тракторе Эльтеров грейдирует дорогу летом, зимой чистит от снежных заносов, хотя никто ему за это не платит ни копейки. Просили чистить дорогу администрацию своего поселения, но без толку. Поистине, спасение утопающих - дело рук самих утопающих.

Тачка вместо КамАЗа

Дорожным строительством Эльтеров занимается уже третий год, причем именно строительством, он собирает битый кирпич, щебень, камень-известняк и заделывает ими большие ямы. Поставил перед собой задачу - каждый день на ручной тележке, какими пользуются садоводы, делать на дорогу 10 рейсов с грузом. Последователей не нашлось, одни жители совсем немощные, что называется излом да вывих, другим ничего не надо. - Тачка это у меня КамАЗ, - шутит Степан Дмитриевич, - а лопата - экскаватор. Благодаря строителю-волонтеру лесная дорога сейчас действительно находится в приличном состоянии, тем более что Эльтеров отвадил от нее водителей лесовозов. Теперь приехать в Соловьи можно даже на такси, местные, когда деньги есть, заказывают таксистам продукты, а то и водочку. Цена божеская - 150 рублей за поездку.

Красный петух не пройдет

Помимо дороги неугомонный новосел занялся прудом. Деревушку на две части рассекает безымянный ручей, его перегородили плотиной, вот и получился пруд. Эльтеров еще в бытность работы в карьере специально пригонял экскаватор, чтобы вырыть котлован. Сейчас водоем получил статус противопожарного, тут даже пирс есть, чтобы могла подъехать машина. Случись в округе пожар, воду больше взять негде, в том числе и соседней деревне Памашнур. У Степана Дмитриевича и мотопомпа имеется. Теперь на прудике просиживают зорьки рыбаки - сын Эльтерова привез и выпустил малька карпа, его облюбовало для жизни семейство уток и здоровенный бобр. Рядом с прудом еще одно начинание Степана Дмитриевича - обустроенный родник. Все делал сам: вычистил, поставил сруб, закрыл, материалы, правда, оплатила администрация поселения. Рядом с ключом на скамеечке кружка, чтобы каждый путник мог утолить здесь жажду.
Сопровождаемые роем возбудившихся от свежей крови комаров, мы идем к деревне. Воздух невероятный - он буквально пропитан сладким запахом липы и цветущего кипрея. Соловьи - настоящая липовая столица, когда-то деревня жила тем, что драли здесь мочало с молоденьких липок, ну а теперь раздолье для пчеловодов. Если где и можно взять липовый мед, то это здесь. Кстати, с пчеловодством соловьевцы дружат - три пасеки это серьезно.

На пять дворов восемь жителей

Перекинуться словечком с приезжими собираются жители деревни. Тут всего пять жилых дворов, три на Родниковой улице и два на Шойской. С обитателями негусто - восемь человек, в основном пенсионеры, те, кому за 70. Среди них бывший кузнец Петухов Леонид Михайлович, он стоял у горна уже в 1962 году, или колхозный тракторист Рябинин Николай Иванович. Поэтому самый главный праздник в деревне это 18 число каждого месяца, когда почтовики привозят в деревню пенсии. Работой почтового ведомства соловьевцы довольны, ведь помимо денег они по заказу доставляют и все необходимые продукты. Никакой другой возможности прикупить товар у местных больше нет, что такое автолавки райпо люди уже забыли.

Сено здесь не косят

Несмотря на возраст, старики справно содержат огороды, пчел, ходят в лес по грибы и ягоды. А вот сено соловьевцы уже не косят, потому что из всей живности в хлевах у людей остались только куры. Зато в лесу, который у каждого начинается прямо за ободворицей, кого только нет: лоси, кабаны, компанию резвых бельчат мы встретили прямо на дороге, есть и медведи.
- Тут рядом с деревней мишка смирный, я его видел, - рассказывает Эльтеров, - а вот на болоте обитает медведица с двумя медвежатами. Народ за черникой туда теперь ходить боится.

По деревне ходит тишина

Мы идем по деревне, которая в семидесятые годы прошлого века насчитывала два с половиной десятка дворов. Сейчас на месте домов пустые проплешины или доживают свой век, врастая в землю, покосившиеся, потемневшие от старости избенки. На улице тихо, очень тихо, не слышно даже соловьев, из-за которых в свое время дали название появившейся в лесах деревеньке. Жильцов в деревне не прибавляется даже летом, странно, но дачников в этой благодати нет.
Жизнь проходит где-то по соседству - арендаторы рубят лес, артельщики дерут мох, на заросших березовым мелколесьем бывших полях приезжие готовят веники и собирают грибы. А ведь раньше, оживившись, вспоминают старики, здесь жгли уголь, гнали смолу, была ферма, пилорама, конный двор, где за неимением клуба на вечерки собиралась деревенская молодежь. Еще садоводством сильно занимались, и сегодня даже на заброшенных усадьбах стоят прекрасные яблоневые сады. Был, говорят, в деревне энтузиаст, моряк дальнего плавания, который, приезжая домой на побывку, обязательно привозил саженцы яблонь и сажал их, где только можно.
Но те времена остались в прошлом. Скукожилась, обезлюдела деревня, если в начале 2005 года в Соловьях, худо-бедно, проживали 25 человек, то сейчас только восемь. И вот, оторвавшись от телевизоров с самодельными антеннами, которые здесь ловят всего два канала, усевшись на скамейку, старики вспоминают молодость и жалуются нам на свою сегодняшнюю жизнь.

(Куженерский р-н).