Нижний Нольдур (Марий Эл) полон парадоксов: добираешься до него по пыльной полевой дороге с ямами, а околица встречает асфальтом. В асфальт одет и весь проезд с одного конца деревни до другого – это улица Зеленая, сразу за которой начинается Сернурский район.
- За дорогу «спасибо» бывшему нашему однодеревенцу Николаю Свинцову, – говорит староста Дмитрий Горинов, – в бытность его на посту министра финансов республики подсобил нам с этим делом. Тогда и дорогу до деревни начали строить: дамбу подняли, но на этом все встало.
Мал золотник, да дорог
Вместе со старостой прогулялись мы по Осыпъялу, как в округе еще зовут эту деревню. Нижний Нольдур невелик, всего дюжина жилых усадеб, но целых две улицы: Шоссейная и Зеленая, местные называют ее «горной», потому как стоит она на бугре. Говорят, что там всегда стояло три двора, и сейчас ничего не поменялось.
Деревня была маленькой, но крепкой: две фермы, конюшня, шерстобойка, медпункт, и даже пожарный сарай, где школьники хранили собранные золу и птичий помет. А, самое главное, водяная мельница, там гудящим миром жерновов и рычагов заправлял батюшка старосты Федор Ефимович. Народу сюда съезжалось множество, поскольку обслужить всех клиентов за день не успевали, колхоз построил гостевой домик, где народ мог переночевать.
Правда, в пору централизации фермы и мельницу перетащили в соседнюю деревню, где они благополучно сгинули. Событием для Нижнего Нольдура стал 1994 год, когда построили плотину и образовался большой пруд. Люди купались, ловили здоровенных налимов, но радость была недолгой, потому что через пару лет вода ушла – промыло землю под самой плотиной. Теперь здесь небольшой «лягушатник» – гусиная вотчина. Их тут действительно много, а вот с живностью покрупнее народ, как и везде, почти раздружился: одна корова на всю деревню, коз, правда, больше. Вот и староста с утра отвел на выпас двух своих Манек.
За знаниями – в соседний район
В прежние времена, вспоминает Дмитрий Федорович, тут у нас многолюдно было – рядом проходила трасса Сернур – Параньга, да и семьи были большие, причем рожали местные женщины в большинстве своем пацанов. Сам Горинов тоже не подкачал – у них с супругой Галиной Анисимовной семеро детей, двоих, правда, уже нет. Но сейчас в состарившейся деревеньке всего пятеро ребятишек: два детсадовца и три школьника, в том числе внучка старосты семиклассница Настя. Учатся дети в Сернурском районе в деревне Лажъял – туда ближе.
Это традиция – там же набирались знаний все поколения нижненольдурцев. Местные жители в соседнем районе бывают чаще, чем в своем, ведь до сернурской деревни Торешкюбар всего 600 метров. Это для Осыпъяла своего рода дорога жизни, зимой люди даже скидываются трактористам на расчистку проезда. Да и летом, когда заненастит, проблемы – мужики рассказывают, что им приходилось застрявшую «Скорую помощь» трактором вытаскивать.
– Дорога – это самая большая проблема, – говорит Алексей – сын старосты, – поэтому и молодежь не хочет здесь оставаться. Тут у нас одна семья, переехавшая в другой регион, выставила дом на продажу, покупатели были, но как узнают, что нет дороги с твердым покрытием – сразу идут в отказ.
Где родился, там и пригодился
Впрочем, возрастные жители, а их здесь большинство, крепко держатся за свою малую родину, в том числе и староста. Вся его жизнь связана с Осыпъялом. Здесь родился, никуда, кроме армии, не уезжал, после школы сразу пошел работать в колхоз – сначала разнорабочим. Вспоминает, как двуручной пилой (в народе ее звали «дружба-2») лес валили, потом выучился на механизатора. Так всю жизнь и проработал на тракторах, начинал с МТЗ -5 –они были еще без кабины, а в последние годы трудился на Т-150 и «Кировце». Когда колхоз с многообещающим названием «Рассвет» рассыпался, поездил с мужиками на заработки.
Сейчас возраст уже не тот, как-никак 70 лет, да и болячки. Забот у ветерана, впрочем, хватает: огород, живность, общественная работа. Вот уже 17 лет (!) Горинов является бессменным деревенским старостой. Хлопот немало, одно из последних дел – устройство переезда для грузового транспорта. Администрация поселения помогла щебнем и плитами, мужики уложили их на перекат за плотиной и теперь тракторы и грузовики без проблем форсируют речку.
Дмитрий Федорович и рад передать «руководящий пост» кому-то из более молодых земляков, но никто не соглашается. Кому нужны бесплатные заботы? Поэтому, как говорится, «в бой идут одни старики».
Еще мы рассказывали о том, почему лыжники в Марий Эл взялись за топоры.
