Заговенье на Петровский пост всегда было одним из главных праздников Пукшалмы (Марий Эл). Как вспоминает бывшая жительница деревни Антонида Желонкина (Малявина), в этот день обязательно устраивали гулянья. На двух толстенных, в два обхвата ивах, устанавливали качели, играло несколько гармошек, танцующих было столько, что они не помещались на широкой деревенской улице.
Опустела деревня
С тех пор прошло много лет, официально Пукшалма исключена из учетных данных в 1995 году, а вообще люди покинули эти места еще раньше. Последней отсюда съехала семья Сергея Желонкина.
Но привычка навещать малую родину у людей осталась. И вот в прошлом году, рассказывает жительница поселка Куженер Тамара Мочалова, собрались мы там, поговорили и решили, что нужно поставить в Пукшалме достойный памятник.
Чтобы и спустя много лет люди знали, что здесь стояла русская деревня Пукшалма, жили люди, работали, любили, рожали детей, уходили на войну защищать Родину. Кстати, в Великую Отечественную солдатами Красной армии стали 35 пукшалминцев, вновь увидели родных и близких всего 15 человек, в числе счастливчиков отец Тамары Николаевны - Николай Федорович Желонкин, прошедший две войны.
Сороковой лог и речка Пукшалменка
Зимой, вспоминает Тамара Николаевна, начала я обзванивать земляков и собирать деньги - как говорится, взялся за гуж, не говори, что не дюж. Переживала, дело хлопотное, ответственное, тем более, что обращаться иной раз приходилось к детям и даже внукам бывших жителей Пукшалмы, которые деревню в глаза не видели. Но люди откликнулись, в общей сложности взносы сделали более 40 человек. Суммы, конечно, разные, кто-то тысячу дал, кто-то 10, как, например, жительница Йошкар-Олы Нина Лосева, дочь фронтовика Алексея Желонкина. Кстати, Алексей Константинович поставил когда-то деревянный знак с указанием, что здесь была деревня Пукшалма.
Деньги удалось собрать, в 50 тысяч рублей обошелся памятник, еще 17 тысяч заплатили за установку. Торопились, хотели успеть к Заговенью. Место выбрали - пригорок между деревенской улицей и «сороковым» логом, по которому бежит родниковый ручей. Считается, что это действительно был 40-й по счету лог на старом торговом тракте Уржум-Казань, который, кстати, проходил по соседству с деревней. Это, видимо, была одна из причин, почему переселенцы с далекой кичминской стороны решили тут обосноваться. С названием не заморачивались – чуть выше стоял марийский хутор Пукшалмучаш. И речушку местную, что бежит меж высоких, богатых клубникой берегов, зовут Пукшалма. Местные, правда, ее немного переиначили и любя стали величать Пукшалменкой.
Не потеряли ни гектара
На новом месте люди прижились, уже в 1859 году в казенном починке насчитывалось 20 дворов, много было мастеровых: кузнецы, портные, столяры, пимокаты…. Строили новые дома, которые называли «хоромами», большие и настолько высокие, что даже на полатях взрослые люди могли сидеть. Просторные дворы с массивными воротами, в которые можно было въехать на лошади, крыльцо называли рундуком, кухню - середь. А бани, чтобы не было беды, ставили вдалеке от избы – за ободворицей.
Сильные были люди. Известно, что за все годы Великой Отечественной войны оставшаяся практически без мужиков деревня (в 1943 году всего четыре человека) не сократила ни одного гектара(!) пашни.
Но уже вскоре после войны Пукшалма начала разъезжаться. Соцкультбыта здесь не было отродясь. Появились проблемы с работой, потому что фермы закрывали одну за другой, а ведь был свой коровник, птичник, овчарня, конюшня. Я тоже начинала работать на птичнике, вспоминает Тамара Николаевна, но, когда он закрылся, в 1974 году перебралась в районный центр. В то время в деревне оставалось от силы с десяток жилых домов, в основном, старики. Но и их вскоре не стало: кто-то ушел в иной мир, кто-то переехал в Куженер.
Знаковое место
Ну а памятник, как и планировали, открыли - как раз в Заговенье.
Люди приехали, некоторые издалека, вот, например, Алла Кузьминых прилетела из Красноярска, хотя человек в Пукшалме не жил ни дня. Но многим хочется побывать на родине предков, увидеть дорогие для них места, поклониться пятачку земли, где стоял когда-то родной пятистенок. Так что встретились пукшалминцы разных поколений, обнялись, с кем-то познакомились, много было воспоминаний, ну и сделали то, ради чего собрались – открыли памятник. Очень, кстати, достойный. Это дань уважения и деревне, и предкам, которые корчевали когда-то лес, строили дома, обзаводились хозяйством.
Потом, как водится, был общий стол. Раскинули на траве скатерть-самобранку.
Так что теперь у пукшалминцев есть знаковое место, где они могут и будут собираться. Этим летом здесь появится еще немало гостей – приедут люди, которые в силу обстоятельств не смогли выбраться на открытие памятника.
Кстати говоря, это вообще тенденция – людей все больше тянет к своим корням. Поэтому растет число примеров, когда земляки таким вот образом отдают дань памяти и уважения первоистокам. Иной раз уже никаких примет деревни не осталось, а памятник стоит.
А древний ключ в "сернурской швейцарии" получит настоящие апартаменты.
Фото Дмитрия Шахтарина и Тамары Мочаловой.
Любопытно, что все жители Пукшалмы носили всего две фамилии: Желонкины и Кузьминых.
