Лариса вышла из душного салона садового автобуса, вдохнула аромат распустившейся зелени и по знакомой тропинке направилась к своему участку. Она шла, улыбаясь своим мыслям, и строила планы на воскресенье: "Сегодня управлюсь со всеми делами в саду, а в воскресенье объездим с Володей ближайшие магазины - лето на носу, а у меня надеть нечего". Она уже представила реакцию мужа на эти, еще не сказанные ему слова, лихо кивнула головой, будто настаивая на своем, как вдруг услышала сзади голос тети Маши:
- Где пропала, соседка? Что-то тебя давненько не было видно? Неужто свой сад совсем на мужа повесила?
- Да что вы, теть Маш, вы же знаете, его сюда палкой не загонишь.
- Ну-ну.
Дальше они пошли вместе, обсуждая выросшую рассаду, новые чудо-грабли - очередное изобретение чудаковатого соседа с другой улицы дяди Гриши.
Распрощавшись со старушкой возле тетимашиного участка, Лариса уже не видела, как вдруг посерьезнел взгляд смешливой соседки, как она безнадежно махнула рукой вслед уходящей.
Заметив у своей калитки машину мужа, женщина слегка насторожилась, но потом успокоилась: "Наверное, Володя за цветами приехал. Раньше же он любил делать мне такие сюрпризы". Довольно улыбаясь, представляя его удивление, она вошла в дом, но тут же замерла у порога. То, что она увидела, не шло ни в какое сравнение с анекдотом о внезапном возвращении из командировки мужа или жены. Благоверный в трусах и рубашке заправлял кровать, а у стола в ее халатике разливала чай почти близкая родственница - мать Ларисиного зятя! На стук двери оба обернулись и замерли в молчании.
Она не помнила, что кричал  Володя, выскочивший вслед за ней на крыльцо, как она добралась до квартиры, чем успокоила мать. Внутри все горело так, что трудно было дышать.
- Боже, вот где, оказывается, у человека душа! Как она болит по-настоящему! - но даже эти мысли не могли заглушить отчаянного немого крика женщины. - Как же всем жить дальше: им, нам, но главное - детям?!