Спекулянты были всегда
Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними. Уже давно слово "спекуляция" употребимо только в отношении политики, а в обычной жизни подобное действо названо бизнесом. Сейчас этим открыто занимаются добропорядочные граждане. Умение делать деньги стало высшим искусством, доступным всем без исключения индивидам. Правда, не у всех получается, но это уже другая тема.
Невольно вспомнишь времена, когда за желание подзашибить лишнюю деньгу можно было реально угодить за решетку на довольно длительный срок. В СССР это было повсеместно, и Йошкар-Ола не была исключением. Сотрудники ОБХСС внимательно следили за гражданами, имеющими желание получать нетрудовые доходы.
Где-то во второй половине семидесятых одного знакомого таксиста посадили, кажется, лет на семь за торговлю женскими шубами и сапогами. Реально он отсидел меньше - освободился досрочно, но года три тюрьма была ему родным домом. И это за то, чем сейчас могут промышлять все кому не лень.
Нет, конечно, спекулянты были всегда. В условиях СССР, где цены на товары устанавливала власть, так называемый "дефицит" случался повсеместно. Покупательская способность основной массы населения в силу прочных и невысоких цен в те времена была, пожалуй, выше теперешней. Потому нужные вещи с прилавков сметали в момент, особенно импортные. Спекулянты всех мастей активно участвовали в этом процессе, порой перекупая товары еще на базах, откуда они должны были поступить в магазины. Позже эти товары - от джинсов и обуви до мебели - можно было приватно купить втихую, но подороже.

Импорт рулил
Слово "импорт" вообще магически действовало на советских людей. Это сейчас мы не понаслышке знаем, что за рубежом тоже могут делать дерьмо, а тогда казалось, что все иностранное - самого высшего качества. Причем импортными считались товары из капиталистических забугорий и всех стран соцлагеря.
К слову сказать, в 1974 году в Йошкар-Оле я купил за 22 рубля в магазине "Обувь", напротив Центрального рынка, лакированные желтые югославские полуботинки с толстыми носами. Через две-три недели лак на ботинках начал облезать безобразными кусками.
А вот чешская обувь фирмы "Цебо" была изумительно прочной и красивой. Купленные в магазине в конце 60-х за 32 рубля полуботинки я проносил, наверное, года три, может быть, носил бы и дольше, они были целыми, но именно в них я в 1972 году ушел в армию, и эта обувка сгинула в водовороте случайных событий.
Надо сказать, что отечественная обувь в те времена была достаточно добротна, но с точки зрения советской молодежи, переклиненной на импорте, недостаточно модна и эстетична. Стоили мужские отечественные полуботинки где-то от 9 до 18 рублей. Носили их преимущественно пожилые люди, которые не гонялись за модой.
А молодежь рыскала по магазинам в поисках импорта или покупала вещи в два-три раза дороже на барахолке у очень осторожных спекулянтов, как смертного огня боявшихся сотрудников ОБХСС.
В Йошкар-Оле в магазинах импорт появлялся нечасто. За вещами делали вояжи в Москву. Плацкартный билет до столицы стоил, кажется, 14 рублей. Побродив несколько часов по ГУМу, можно было неплохо затариться. Тут и фирменные джинсы выбрасывали изредка по цене примерно от 60 до 120 рублей. Правда, за ними всегда надо было потолкаться. Джинсы в 70-е годы были признаком достатка и преуспевания. Студенты, бывало, скинувшись, покупали одни штаны на двоих и носили их по очереди. К концу семидесятых фирменные джинсы на барахолке стоили до 250 рублей (оклад рядового инженера был примерно 120).
Некоторые граждане импорт возводили в культ. Импортный прикид, привезенный из турпоездки аж в саму Чехословакию, доставлял хозяину так много радости, что он не замечал диссонанса, надев поверх джинсового костюма нагольный полушубок, гордо именуемый в те времена дубленкой.
Жизнь не стоит на месте, все меняется. Когда я в 1974 году заканчивал службу в СА, интендант предложил мне за 40 рублей купить военный овчинный полушубок, белого цвета без покрытия. Я отказался, мотивируя это тем, что я не кучер, чтобы в таком сермяжном полушубке щеголять. А приехав домой в Йошкар-Олу, пожалел об этом. Многие парни носили к этому времени такие полушубки, покупая их за 200-250 рублей. И это было модно, так же, как широченные от бедра брюки со сквозными пуговицами на ширинке.

В Москву за колбасой
А в столицу в советское время ехали как в Мекку со всей России. В польском фирменном магазине "Поллена" покупали косметику. Толкались на рынках. Плутали по закоулкам ГУМа и ЦУМа в поисках модных вещей. На улицах у магазинов паслись спекулянты, прятавшие за пазухой импортную одежку. В конце шестидесятых мы со школьным приятелем в поисках осенних курток облазили весь ЦУМ и ничего подходящего не нашли. Позже у входа в магазин шустрый молодой человек, узнав о нашей нужде, завел нас за угол и как волшебник вынул из-за пазухи красивую дутую осеннюю куртку с молнией, объяснив, что шили ее для сборной по биатлону, лишняя оказалась. Увидев проходящего мимо милиционера, ушлый парень свернул куртку в комок и бросил в какой-то случайный контейнер, стоявший у стены. Милиционер прошел, и торг был продолжен. Мне куртка оказалась мала, а приятелю в самый раз. Он купил ее за 80 рублей (драповое пальто в магазине стоило 100-120).
В Москве можно было купить все. В конце 70-х и с начала 80-х, когда в Йошкар-Оле с продуктами стало похуже, оттуда везли целыми сумками твердокопченую колбасу, сосиски, растворимый кофе, мандарины, копченых янтарных палтусов и истекавшую жиром каспийскую селедку, заворачивая рыбу в двухкопеечные огромные центральные газеты и складывая в бумажные пакеты с тесемочными ручками ценой в семь копеек. Кстати, в США пищевые продукты до сих пор складывают в бумажные пакеты.

Жизнь за бугром казалась красивой
Человек вообще существо занятное и очень общественное. Он постоянно оглядывается на окружающих, общественная мораль глубоко проникает в его сознание, и он все время соизмеряет себя с остальными членами общества. Наверное, если завтра все СМИ в один голос заговорят о том, что лысая женщина - это красиво, престижно и модно, а волосы на голове - признак дурного тона и гнездо педикулеза, женщины одна за другой побреются наголо и спустя короткое время будут фыркать и выражать неудовольствие при виде пышной прически. Так устроен человек.
Вон как за кримпленовой одеждой гонялись в свое время. Писк моды! Еще раньше, в конце 60-х, нейлоновые рубашки носили. Костюмы шили из полусинтетических материалов, а шерстью и драпом брезговали - не модно и мнется. А ведь вся эта синтетика в конечном счете - гадость вредная, которая здоровья не прибавляет, а наоборот. Все приходит и проходит. Меня, например, сейчас нейлоновую рубашку надеть не заставишь, будь она трижды импортная. Но тогда было другое время, и мы были другими.
Знакомая рассказывала, как четырехлетний малыш, увидев родителей, вернувшихся с покупками, прервал игру и подбежал к ним с вопросом: "Имполт"? И услышав в ответ: "Импорт, сынок, импорт...", довольный убежал играть дальше.
По заграницам в те времена ездили мало, в капстраны попасть было вообще очень проблематично, потому жизнь за бугром казалась очень красивой. А у нас, дескать, свинство. Почему я должен скумбрий есть и свиные отбивные, а работникам обкома КПСС с заднего крыльца перед праздниками пакеты раздают, где и икорка черная может быть, и балычок, а кому-то и на дом пакеты возят. Что это за советская власть такая, когда работяга должен вермут да портвейн пить, а партийным бонзам - коньяк выдержанный и для здоровья полезный? Оно, конечно, обидно... Хотя и сейчас наши кормчие чуток получше основного народонаселения живут. Зато теперь все свободны. Хочешь в Америку съездить - поезжай. И никто не спросит, откуда деньги взял, если они есть, конечно.