Прокаженная

Встречаться с Надей мы стали гораздо реже. Создавалось впечатление, что она меня попросту избегает, словно боится, и виновата в этом каким-то образом я. Хотя в чем именно моя вина, не понимала.
Может быть, это самовнушение, но и соседи стали общаться со мной как-то подчеркнуто официально, не вступая, как это было раньше, в долгие откровенные и совершенно бессмысленные разговоры. Тогда я отнесла все эти "мелочи жизни" на счет Надежды. Ведь о том, что она приколдовывает, знали многие, а я считалась ее лучшей подругой... Во всяком случае, до недавнего времени...
Неожиданно для себя я начала вскоре ловить себя на том, что мне такое отчуждение даже нравится. Когда видишь, что другие тебя сторонятся, чувствуешь какое-то особенное спокойствие. Словно прокаженный, давно знающий о своей болезни...
Жизнь шла своим чередом, но черная книга никак не выходила у меня из головы. Как навязчивая идея, как мозоль на пальце, которая то и дело дает о себе знать, как страстная юношеская любовь, о которой невозможно не думать - она стала занимать почти все мои мысли.
О том, чтобы выпросить книгу у Надежды, похоже, можно было уже и не мечтать. Но кто ж запретит думать о приятном? Вот я и представляла, как прикасаюсь к ней, раскрываю, вглядываюсь в буквы и символы, и откуда-то из прошлых веков доносится непередаваемый аромат магии.


Прикосновение через пространство

В такие минуты я чувствовала себя совершенно счастливой, словно у меня уже есть все, что можно пожелать в жизни.
Вы когда-нибудь уставали от счастья? Когда часами настолько хорошо, что это ощущение становится просто нестерпимым? Вот в таком состоянии, думая о книге, я и пребывала, когда меня сморил сон. Или не сон?.. Я-то была уверена, что все происходит в реальности.
И вот вижу: передо мной квартира Надежды.
Я прохожу в спальню, медленно подхожу к комоду у окна. Сажусь на корточки и поворачиваю ключ, неосторожно оставленный хозяйкой в нижнем ящике.
Замок легко открывается, массивная конструкция поддается неожиданно легко, ящик выезжает. Я раздвигаю какое-то белье и в дальнем углу вижу ЕЕ!
Книга довольно большая в графитно-черном переплете, на котором выдавлен неясный знакомый орнамент или символ. Застежка из потемневшего белого металла стягивает желто-коричневые страницы... тоже кожаные?..
Я освобождаю книгу от ремешка, и она словно делает вдох, становясь чуть толще, свободнее, зная, что сейчас ее откроют.
Я кладу руку на черную кожу, чувствую непонятное тепло, идущее от шершавой поверхности, и... пугающую вибрацию! Но не отдергиваю руку, а, наоборот, начинаю приподнимать обложку. Передо мной открывается первая страница... И тут меня вдруг будто бьет током! Я понимаю, что...
Тут в мои уши, как соседская дрель, врезался звук дверного звонка, оборвав что-то очень важное. Какое-то время пыталась сообразить, где нахожусь. Сердце бешено колотилось. Надо что-то делать, куда-то идти... Все-таки взяла себя в руки, поднялась с дивана и на ватных ногах поплелась к двери. Кого еще принесла нелегкая?!


Не трогай!

На пороге стояла... Надя! Вид у нее был, как у мокрой курицы. На голове бигуди, халат наскоро запахнут. Ноги обуты в разные тапочки. В общем, что-то с чем-то. Такой подругу... бывшую подругу я еще не видела.
- Не трогай ее! - злобно сверкая на меня глазами, проорала она. - Оставь ее в покое. Она моя! Понятно?! А то хуже будет.
После такой тирады я опешила, а Надежда уже развернулась и быстрым шагом направилась к себе.
- Кого не трогать? - бросила я вслед, хотя шестым чувством уже догадалась, каким будет ответ.
- Сама знаешь! Книгу! - обернувшись, гневно отозвалась Надя.
- Я ничего не трогала, ты про что? Спала себе...
- Ты сейчас у меня была!
Наверное, еще пару месяцев назад я, скорее, сочла бы ее сумасшедшей, но ввиду последних событий... Видела же она мою покойную маму, когда она приходила, чтобы о чем-то предупредить. Может быть, я и правда не спала, а каким-то образом бродила по квартире подруги? Нет, я, конечно, о таком читала в эзотерических изданиях, но чтобы сама... В этот момент мне очень захотелось, чтобы Надя оказалась права, и я негромко спросила:
- А правда, у нее орнамент на обложке выдавлен?
- Да! - почти в истерике выкрикнула Надежда.
Соседка хлопнула дверью, а я еще с минуту стояла на пороге, испытывая двоякие чувства - жуткий страх и дикую необузданную радость.
Это было на самом деле! Невозможно, невероятно, но было! Я коснулась книги!
Не знаю, стала бы я так радоваться, знай наперед, чем все это обернется... От сюрприза, который ждал меня этой же ночью, у меня существенно прибавилось седых волос на голове. Но остановить то, что началось, было уже непросто.
(Продолжение следует).
(г.Йошкар-Ола).