Конечно, это мое решение, и каждый может сказать, что по большому счету мне никто ничего не должен. Но все равно есть в сложившейся ситуации какая-то несправедливость.
До 2003 года мы жили с отцом, мамой и младшим братом в старом доме без горячей воды и ванной. Дом построен  в 70-х годах, в нем раньше даже не было канализации - ходили в туалет на улице. Отец очень сильно пил, и, в конце концов, мама не выдержала - подала на развод, отправив его в кировскую деревню к матери. С тех пор мы о нем ничего не знаем.
Мама лет пять назад поехала в Москву на заработки, устроилась там поваром - смена по 15 часов, двое суток через двое.  Брат пошел в автомеханики и поступил на заочное отделение в МарГТУ. Мне тоже пришлось работать - семье не потянуть очное обучение в институте. Кем только не работала: переборщицей на грибоварне, поваром, технологом, продавцом, рабочей на брусчатке.
Однажды мне на сотовый позвонил парень - ошибся номером. Мы с ним познакомились и стали дружить. Через несколько месяцев я уехала в Москву, устроилась в ресторан официанткой. Выдержала всего два месяца: очень много надо платить за съемное жилье, за проезд, да еще надоели приставания хозяев ресторана.
Вернулась домой и снова стала дружить с Женей. Мне сейчас совершенно не понятно, за что я так его полюбила. Руки у него, кажется, золотые, но работать не любит, за все пять лет нашей дружбы он ни разу не подарил мне даже маленького подарочка. Все друзья у него - алкаши, и он большой любитель выпить. Зачем он был мне нужен? Не понимаю.
Его родители вполне добропорядочные люди, живут недалеко от Медведева  и вначале относились ко мне  с недоверием. Потеплели только после того, как я дождалась его после армии. Он писал письма, потом мы перезванивались по сотику, Женя строил планы насчет свадьбы, но вернулся и обещания свои забыл.
Когда поняла, что беременна, он стал настаивать на аборте. Я обиделась, решила, что аборт сделаю, но и с ним расстанусь. А в больнице меня отговорили, и я решила рожать. Работала тогда на брусчатке, пришлось уволиться, потому что легкой работы там нет, а у меня беременность протекала трудно, пришлось дважды лежать на сохранении. Ни на какую другую работу не взяли, так что осталась я без декретных.  
Все время, пока носила ребенка, Женя то появлялся, то исчезал, никакой поддержки от него я не видела. Он даже в роддом на выписку опоздал, а когда приехали домой, посидел немного, выпил, собрался и ушел, хотя я просила его остаться.
У сына Никиты моя фамилия, а отчество - родного отца. Просила Женю записать мальчика на свою фамилию, а он боится, что тогда я подам на алименты. Мне очень хочется изменить отчество сына - зачем ему отчество человека, которому он не нужен?
Сейчас я получаю 2194 рубля 34 копейки, да плюс к этому 290 рублей как мать-одиночка. Вот и все. Мама вернулась из Москвы и сейчас уже три месяца не работает, помогает мне с ребенком. Практически все заработанное ею в столице мы уже потратили  на еду и вещи для ребенка (сейчас все безумно дорого!). Спасибо моей тете - маминой сестре, моей двоюродной сестре и моему брату за то, что помогают мне растить сына.
Отец ребенка иногда звонит: как вы там? Изредка появляется, но чаще в пьяном виде. Были случаи, когда он приходил ночью и начинал барабанить в дверь, угрожать. Вызывали милицию, те спрашивали по телефону, кем он нам приходится, и когда я говорила, что он - отец моего ребенка, то не приезжали.
У Жениных родителей я была всего два раза: прошлым летом, когда Никите исполнился месяц, и в нынешнем январе. Они подарили ползунки и колготки. В общем, ясно, что этот внук им не нужен. Они даже ни разу не спросили у своего сына, мол, как там ребенок, не нуждается ли в чем. Когда я попросила у Жени денег на лекарства для Никиты, он принес 1200 рублей - говорит, занял у кого-то, потому что уже несколько месяцев нигде не работает.
Говорят, можно сделать анализ ДНК, чтобы установить отцовство. На это требуется 15 тысяч рублей. Во-первых, денег нет, а, во-вторых, еще пойди найди этого папашу. Я ему обмолвилась об этом, так он пригрозил: только попробуй!
Что еще вам сказать? О том, что у меня есть Никитка - не жалею. Я его очень люблю. Он совершенно здоровый ребенок, ему сейчас 10 месяцев. На работу пока выйти я не могу - сын признает только грудное молоко. Жду, когда ему исполнится год, тогда буду отучать от груди и устраиваться на работу, а осенью, когда ему будет полтора года, мне обещали взять его в ясли.
Конечно, мы сейчас живем очень трудно. Ходила как-то в минуту отчаянья в соцзащиту в Медведево, там мне сказали, что могут выделить только 1 тысячу рублей в год, да и то на тот момент все деньги направлялись погорельцам. Приходите в декабре, сказали. Но я не пошла.
Обращались еще в районную администрацию - в квартире жуткий холод зимой, от стен сильно дует. Мне сказали, что будут наш дом ремонтировать на ворованные деньги Ходорковского. То ли пошутили, то ли правду сказали - не понятно, но дом, кажется, никто ремонтировать не собирается.
Написала от обиды и страха перед будущим письмо в российский еженедельник "Моя семья" в Москву, попросила помощи от читателей детскими вещами и игрушками. Нет пока ответа.
Вот скажите мне, как государство собирается решать демографическую проблему, если такие совершенно здоровые дети, как мой сын, ему не нужны?