Родилась Агения Краузе в Житомире в страшном 37-м. Когда в августе 41-го вышел указ о депортации по-
волжских немцев, многодетной семье пришлось собраться и за 24 часа покинуть родной город. Но, как выяснилось впоследствии, не это было самым страшным. Телеги с детьми, узлами и скудным скарбом попали под немецкий обстрел. И, еле уцелев, семья Евгении Васильевны оказалась в немецком плену. Фашистской Германии постоянно требовалась дешевая рабочая сила, туда были угнаны тысячи людей с оккупированных территорий. В их числе - и семья Краузе.
- Сначала мы жили под Краковом, потом под Берлином, - вспоминает Агения Вильгельмовна.- Мама и старший брат много работали, я сидела с детьми. Отношение немцев к нам было не лучше, чем к русским или украинцам, ведь все мы были "советские".
Тяжело тогда было и голодно! Когда в 45-м после Победы вместе с русскими сол-
датами семья Краузе решила вернуться на родину, то вместо родного Житомира их депортировали в г. Звенигово МАССР.
- Нас много тогда приехало, - делится воспоминаниями Евгения Васильевна, - в основном, конечно, поволжские немцы и крымские татары. Всех сразу погнали на лесоразработки - и женщин, и молодежь. А я в школу пошла, но по-русски тогда разговаривать не умела, болтала на смеси украинского и немецкого. Очень мне за это в школе доставалось. И фашистами нас, немцев, называли, и гитлеровцами. В общем, и в Германии мы были чужими, и здесь оказались не свои. Хотя чего сейчас вспоминать, время тогда такое было.
Шесть десятков лет прожила Евгения Васильевна в Звенигове. Вышла замуж, родила троих детей, вырастила пятерых внуков, имеет трех правнуков. Тридцать лет проработала старшим машинистом в Коммунхозе и двенадцать лет вместе с мужем - капитаном отплавала на судах Волжского объединенного речного пароходства в должностях матроса, моториста, повара.
На жизнь свою не ропщет, жалеет только, что многие друзья и родственники уехали в Германию, по-немецки теперь и поговорить не с кем. Но сама срываться с места не хочет. Ведь здесь вся жизнь прошла, дети и внуки выросли. Да и Звенигово полюбила всей душой.
Единственное, чем не очень довольна - жильем. Как в 1956 году выдали ей квартиру в двухэтажном деревянном доме без удобств, так до сих пор в ней и проживает. Привилегиями своими и статусом репрессированной пользоваться стесняется...
ТатьЯна МОМЗЯКОВА.
волжских немцев, многодетной семье пришлось собраться и за 24 часа покинуть родной город. Но, как выяснилось впоследствии, не это было самым страшным. Телеги с детьми, узлами и скудным скарбом попали под немецкий обстрел. И, еле уцелев, семья Евгении Васильевны оказалась в немецком плену. Фашистской Германии постоянно требовалась дешевая рабочая сила, туда были угнаны тысячи людей с оккупированных территорий. В их числе - и семья Краузе.
- Сначала мы жили под Краковом, потом под Берлином, - вспоминает Агения Вильгельмовна.- Мама и старший брат много работали, я сидела с детьми. Отношение немцев к нам было не лучше, чем к русским или украинцам, ведь все мы были "советские".
Тяжело тогда было и голодно! Когда в 45-м после Победы вместе с русскими сол-
датами семья Краузе решила вернуться на родину, то вместо родного Житомира их депортировали в г. Звенигово МАССР.
- Нас много тогда приехало, - делится воспоминаниями Евгения Васильевна, - в основном, конечно, поволжские немцы и крымские татары. Всех сразу погнали на лесоразработки - и женщин, и молодежь. А я в школу пошла, но по-русски тогда разговаривать не умела, болтала на смеси украинского и немецкого. Очень мне за это в школе доставалось. И фашистами нас, немцев, называли, и гитлеровцами. В общем, и в Германии мы были чужими, и здесь оказались не свои. Хотя чего сейчас вспоминать, время тогда такое было.
Шесть десятков лет прожила Евгения Васильевна в Звенигове. Вышла замуж, родила троих детей, вырастила пятерых внуков, имеет трех правнуков. Тридцать лет проработала старшим машинистом в Коммунхозе и двенадцать лет вместе с мужем - капитаном отплавала на судах Волжского объединенного речного пароходства в должностях матроса, моториста, повара.
На жизнь свою не ропщет, жалеет только, что многие друзья и родственники уехали в Германию, по-немецки теперь и поговорить не с кем. Но сама срываться с места не хочет. Ведь здесь вся жизнь прошла, дети и внуки выросли. Да и Звенигово полюбила всей душой.
Единственное, чем не очень довольна - жильем. Как в 1956 году выдали ей квартиру в двухэтажном деревянном доме без удобств, так до сих пор в ней и проживает. Привилегиями своими и статусом репрессированной пользоваться стесняется...
ТатьЯна МОМЗЯКОВА.
