95 лет - дата для человека почтенная, а если его уже нет среди живущих, - заслуживающая особого внимания, благодарности и уважения. Именно столько могло бы исполниться 20 декабря Вадиму Николаевичу Карташову, более четверти века возглавлявшему газету «Марийская правда».
Его без преувеличения можно назвать личностью легендарной, эпохальной, знаковой не только для марийской журналистики, но и для общественно-политической жизни нашей республики. На просторах интернета о нем написано немного, но если внимательно вчитаться в сухие строки официальной биографической информации, сопоставить некоторые даты, то сразу представляется, каким незаурядным человеком он был. Родился в селе Кожласола Звениговского района в крестьянской семье, с отличием окончил Поволжский лесотехнический техникум и исторический факультет МГПИ им. Н. К. Крупской. Недолго работал диктором на Марийском радио, корреспондентом и заместителем редактора газеты «Молодой коммунист», был первым секретарем Йошкар-Олинского горкома ВЛКСМ. В 29 лет стал заместителем редактора «Марийской правды», а в 35 - возглавил ее. Награжден двумя орденами «Знак Почета», причем первый получил в 36 (!) лет. Избирался председателем правления Союза журналистов МАССР больше двадцати раз, был депутатом пяти созывов Верховного Совета Марийской АССР. Награжден медалью «За отвагу на пожаре», отмечен Дипломом Союза журналистов Республики Марий Эл «Журналист века». Был заслуженным работником культуры РСФСР, писателем, публицистом, поэтом. За каждой строчкой этого послужного списка – годы ежедневного труда, радости и горести, успехи и разочарования, взлеты и падения. За ними – большая жизнь. К счастью, еще здравствуют коллеги, соратники, вдова Вадима Николаевича, которые бережно хранят воспоминания о нем и сегодня делятся ими с читателями.
«Слова как угли на ладони»
Эта строчка из стихотворения Карташова стала названием книги заслуженного журналиста РМЭ Владимира Мальцева, главного редактора «Марийской правды» в 1991-1999 годах, в которой он рассказывает о ярких моментах истории становления главной газеты республики и, конечно, много пишет о Вадиме Николаевиче, руководившем ею без малого 26 лет.
«В горячие августовские дни 1972 года редактора застать в кабинете было невозможно. Являясь членом бюро Марийского обкома КПСС и депутатом Верховного совета МАССР, он постоянно находился на полях и фермах. А когда огненная стихия подошла к Йошкар-Оле, дни и ночи пропадал на передовой… Лишь через много лет узнал от водителя, как В. Н. Карташов героически вывел людей из бушующего пламени, а сам оказался в огненном кольце. Только чудом удалось вырваться из адского плена. Был награжден медалью «За отвагу на пожаре». Однако об этом никому не рассказывал… В.Н. Карташов был не просто редактором, а сценаристом, режиссером, постановщиком газетного спектакля. Дирижер-виртуоз многоголосного хора, имя которого – «Марийская правда» … Являясь творческой личностью, Карташов не только отдавал всего себя родной газете, но и много писал. Его очерки и зарисовки удивляют нестандартным подходом и мышлением, сочным и образным языком. Как говорится, сделано со знаком качества…Сочинял прекрасные стихи. Но никогда не пользовался служебным положением, не давил на сотрудников секретариата. Предлагал скромно, с мальчишеской стеснительностью и неловкостью: «Взгляни. Если подойдет, поставь куда-нибудь…» В те времена в редакции царил небывалый творческий подъем. В.Н. Карташов, несмотря на авторитарный стиль работы, все же придерживался демократических принципов. Чуткий на все новое, свежее, прогрессивное, он быстро понял, что газета должна быть не только пропагандистом…, но и развлекать, стать семейным, домашним чтивом. И во многом опережал не только время, но и другие издания, даже центральные…»
С сыном Александром в районе лесных пожаров. Старожильск, лето 1972 года.
С коллегами-"марпавдинцами" Владимиром Мальцевым (в середине) и Валерием Кузьминых.
«Справедлив и незлопамятен»
Заслуженному журналисту РМЭ Ольге Бирючевой, много лет проработавшей в «Марийской правде», ее бывший руководитель вспоминается таким.
– Как-то в первые годы работы в редакции газеты «Марийская правда» после окончания факультета журналистики Ленинградского университета, когда еще не развеялся максимализм молодости, посетовала бывшей коллеге на редактора, вернувшегося с заседания бюро обкома партии с очередными «30-ю задачами» для журналистов. А та мне ответила: «Поверь, Карташов – далеко не самый плохой руководитель из тех, кто встретятся на твоем пути». Эти слова я вспоминала сотни раз, когда уже было с чем сравнивать. За четверть века, которые довелось работать под руководством Вадима Николаевича, много раз убеждалась в том, насколько он был умный человек, умеющий не просто довести до нашего сознания суть указаний вышестоящей организации, а настроить нас на творческий подход к делу даже в условиях «правил игры» того времени, в условиях пятиразового в неделю выхода газеты, не оставляющего времени для настоящего творчества. Всегда поражала его способность придать вес, значение любому событию, будь то очередной революционный праздник, битва за урожай или день рождения коллеги. Вадим Николаевич обладал прекрасными человеческими качествами – был справедлив и незлопамятен, при необходимости умел деликатно, заинтересованно включаться в решение личных проблем подчиненных. А еще он писал красивые стихи о природе и любви, но никогда это не афишировал, – поделилась Ольга Васильевна.
«Планета по имени Карташов»
Журналист Геннадий Емельянов познакомился со своим будущем шефом еще студентом журфака и уже примерно представлял, под руководством какого человека ему придется трудиться.
– Внимание редактора к статьям неоперившегося еще журналиста было ощутимо. И обсуждение тем, и правка первых материалов, и подсказки перед очередным заданием воодушевляли, подталкивали к поиску, – рассказал Геннадий Федорович. – Помнится, во время таких разговоров Вадим Николаевич вдруг мог замолчать, задуматься, а потом подсказать новый, совершенно неожиданный поворот темы будущей публикации. Нередко диалог заканчивал словами: «Очень интересно. Но сейчас сделаем так…». И он всегда оказывался прав, потому что смотрел дальше, видел больше, тоньше чувствовал ситуацию. Особенно это касалось критических публикаций, хлынувших в открытые перестройкой шлюзы. Каждому журналисту знакомы муки создания заголовка. Тут уж ему не было равных. Придумать рубрику, название полосы или материала лучше не мог никто. Ценил исполнительность, аккуратность, но еще больше – творческую инициативу. Мог Вадим Николаевич и удивить. Однажды присутствовал на его встрече с рабочими в строительном общежитии. Это был не скучный депутатский отчет и громкие обещания, а заинтересованный обмен мнениями. Потом он долго читал стихи: Есенин, Маяковский, Рубцов, Заболоцкий… И свои, конечно, тоже. Да как читал! Аудитория рукоплескала. Есть во Вселенной планеты-великаны. Вадим Николаевич был и остается для меня такой планетой. Яркой, многогранной, дарящей свет и надежду.
«Авторитет у него был непререкаемый»
Безусловно, самые эмоциональные, трепетные, до сих пор яркие и живые воспоминания хранят в своих сердцах родные и близкие Вадима Николаевича Карташова, особенно его супруга Лиля Давидовна. Она прожила с ним чуть больше 55 лет, не раз рассказывала о муже, в том числе и на страницах «Марийской правды». Наша беседа в меньшей степени затрагивала его профессиональную деятельность, хотя без этого обойтись было просто невозможно: вся жизнь строилась вокруг газеты. Он был «играющим тренером», ездил в «поле», писал о людях и для людей, как журналист всегда держал себя в форме. Дома тоже много работал. Не мог он сидеть без дела еще и потому, что был гиперответственным человеком.
– Я никогда не досаждала ему домашними делами, старалась не отвлекать, хотя очень переживала, что засиживался за письменным столом до трех утра за написанием «передовицы» или возвращался из типографии за полночь, – поделилась Лиля Давидовна. – С молодости не мог он без работы, привык со студенческих лет сам добывать себе средства на жизнь. Помимо радио и «Молодого коммуниста», играл в духовом оркестре на волторне. Но истинной страстью были книги. Вадим Николаевич иногда весь гонорар на них тратил. Очень любил Пушкина, Лермонтова, наизусть знал почти все стихотворения Есенина. Меня им увлек еще в институте. Несмотря на большую занятость в редакции, никогда не относился формально к своим депутатским обязанностям. Однажды мне на молочной кухне, куда я приходила за детским питанием для внуков, работница пожаловалась на то, что ее семья из пяти человек живет на 10-ти квадратных метрах с печным отоплением. Я рассказала об этом мужу, он обещал посодействовать. Мы с просительницей написали запрос ему как депутату, и уже через две недели жилищная комиссия горисполкома выделила семье трехкомнатную квартиру в Сомбатхее. Авторитет у него был непререкаемый. Уйдя с должности главного редактора, он еще 8 лет работал в «Марийской правде», занимался народным творчеством и все время писал, писал, писал. Даже когда уже был прикован к постели, не выпускал ручку и блокнот из рук. Второй и последний сборник его стихов был напечатан за неделю до кончины…
С супругой Лилей Давидовной.
С любимыми внуками
Ум запоминает факты, сердце – чувства, вместе они создают образ. Образ Вадима Николаевича Карташова соткан теперь из воспоминаний о нем, но он продолжает жить. Жить в нашей памяти, как и строчки одного из его стихотворений:
Запалили меня,
Удалого коня
В скачке жизни загнали жокеи.
А ведь я (верь - не верь)
В беге был сущий зверь,
Ветра вольного в поле живее…
Фото предоставлены Лилей Карташовой.
Ранее «Марийская правда» писала о том, что в Йошкар-Оле увековечили память языковеда Анны Саватковой.
