- Там, на СВО, очень пригодились хорошая физическая форма и навыки, полученные в «школе безопасности», потом в работе учителем ОБЖ, например, умение оказывать первую медицинскую помощь, - рассказывает педагог Сернурской средней школы №2 Марий Эл Павел Паймаков. - Был случай – у парня шейное кровотечение, никто не знает, что делать, я сориентировался, человек стался жив. Да и сам себя, было дело, пару раз перевязывал.
А однажды Фома (позывной Павла) 6,5 км нес на себе раненого бойца по сожженным лесополкам. Был прилет кассетного боеприпаса, вспоминает Павел Алексеевич, бойцу ноги перебило. Технике не зайти - враг рядом - сожгут. Так на себе и нес, выбирались с 8 часов утра, вышли только к вечеру, несколько раз попадали под обстрел. Зато боец жив, сейчас с ним переписываемся. Ну, а когда шли, вспоминал добрым словом занятия вольной борьбой и футболом в родной деревне Мустаево.
«По соображениям совести…»
Детство у меня было спортивное, поэтому после школы поступил на спортфак МарГУ, но тут неприятная история - количество бюджетных мест сократили в пользу беженцев с Украины, и я остался за бортом. Окончил Оршанский педколледж, и, уже заочно, университет. Четыре года отработал в родной школе, потом перебрался в Сернур. Появилась семья, жена Алина - тоже педагог, сын Мирослав, купили в ипотеку квартиру. Работал в школе №2: преподавал физкультуру и ОБЗР – так теперь называются основы безопасности жизнедеятельности. Кажется, все хорошо, живи - радуйся.
И тут неожиданно для всех он сообщает, что собирается поехать на СВО. По словам самого Паймакова, это решение он принял по соображениям совести – там на Украине воюют его родственники, однокурсники, друзья, есть погибшие. Родные отнеслись с пониманием, как говорится, «мужик сказал…».
Сыграл на «Фаготе»
На подготовку новобранцам дали всего 10 дней, хорошо хоть была возможность пострелять изо всех видов оружия. Служить земляк попал в добровольческое формирование «Барс - 15», в противотанковый взвод, на вооружении управляемые ракеты - «Фаготы» и «Метисы». Уничтожали боевую технику противника, доводилось и в штурма ходить - в общей сложности на боевом счету Фомы 12 отбитых у врага населенных пунктов. Штурм — это, конечно, тяжелое испытание, особенно в первый раз, не все выдерживают.
Через неделю Павел уже был командиром отделения, через месяц стал командиром взвода – офицеров катастрофически не хватает, поэтому на должности младшего комсостава двигают людей с высшим образованием. Их в окопах тоже немного, но коллеги-педагоги встречались.
Привет от «Мавика»
Народ там вообще разный, в основном в годах, средний возраст мужиков во взводе Паймакова 50+. Немало бывших силовиков, есть вагнера – это действительно умелые бесстрашные профессионалы. Была и молодежь, но их немного. Потери серьезные, вспоминает Фома, с нашего захода - это 34 человека - ранены были почти все, да и сейчас люди еще лежат по госпиталям. А от батальона после серьезных боев в строю осталось всего 67 человек, после чего его вывели на пополнение. Противник был серьезный – знаменитый «Азов», но мы их крепко размотали.
Досталось и Павлу. В первый раз попал под сброс с Мавика, ребята находились в здании, прилет был точный, выручила реакция спортсмена – успел выскочить наружу, но руку все-таки зацепило. Через неделю уже в строю. Второй раз досталось серьезнее – группа на квадроцикле выехала на задание, тут в поле поднимается «птичка» и вместе с боезапасом пикирует на наших. Бойцы пытались «погасить» дрон из автоматов, но камикадзе нашел свою цель. В итоге двое погибших, трое «трехсотых». Подлечили в госпитале в Луганске, и опять в строй. Осколки до сих пор сидят в теле.
Основные потери на фронте от беспилотников, а по их количеству у противника преимущество. Встретиться с бедой там вообще проще простого, только, вроде, проверили саперы территорию, а хохляцкие «бабы-яги» опять насыпали «лягушек», кассетных боеприпасов. Один неосторожный шаг, и остался человек без ноги.
«Часть меня осталась на войне»
Последняя боевая задача у Паймакова была 6 ноября прошлого года. Срок шестимесячного контракта заканчивался, а дембелей в пекло уже не посылают. А потом обратная дорога домой, ожидание встречи с родными.
Немного отдохнул и после зимних каникул вышел на работу в школу. Каждый день пять-шесть уроков плюс тренировки детской хоккейной команды. Хотя все равно есть какое-то состояние раздвоенности, признается 27-летний ветеран, как будто часть меня осталась там, на передке, иногда вообще думаю - зачем вернулся, вспоминаю ребят. Впрочем, с психологическим надломом сталкиваются, наверное, все, кто прошел СВО.
Но жизнь есть жизнь, привыкаю, участвую в уроках «Мужества», создали в районе ассоциацию ветеранов СВО. Уже дома получил удостоверение участника боевых действий, вот - вот должна прийти медаль. Ну а сейчас на две недели уезжаю в санаторий - надо подлечить спину – ей крепко досталось.
А супруги-пенсионеры залили для СВО более двух тысяч окопных свечей.
Фото Павла Паймакова и Дмитрия Шахтарина.
