Героиня моего рассказа прожила в Оршанском районе большую часть своей жизни. Здесь появилась на свет, вышла замуж, родила и воспитала двух сыновей. Здесь за трудовой подвиг получила высшую государственную награду СССР - орден В.И. Ленина.
Война-разрушительница
Дом Зои Никаноровны Бастраковой не заметить невозможно. Во-первых, стоит на въезде в село Кучка. А во-вторых, это не дом даже, а терем. Украшенный деревянной резьбой он утопает в цветниках, изгородь поблескивает, мостик с железными перилами выводит на огромную лужайку, которая словно выбрита. Впечатлило резное крыльцо с колокольчиком, на котором и встретила меня хозяйка - веселая, подвижная. Пригласила в дом.
- Рассказчица из меня не очень, - улыбнулась Зоя Никаноровна, - но уж как сумею.
Их семью разрушила война. Пока формировалась часть для отправки на фронт, отец подал весть домой: «Привезите сухарей! Мы недалеко от Йошкар-Олы». Сухари мама увезла, но вернулась простывшей. Вскоре заболела тифом и умерла.
- Из нас, пятерых детей, младшему был годик, а мне семь лет, - вспоминает Зоя Никаноровна. – Меня с братом отправили в Люльпанский детский дом.
Через год Зою забрала к себе в деревню Черный Ключ тетушка, а брат остался в Люльпанах, оттуда и вышел во взрослую жизнь. Отец с войны не вернулся…
У деревни на виду
В Черном Ключе девочка Зоя с годами превратилась в красавицу-девушку, встретила судьбу – кузнеца Вениамина Бастракова. Поженились, зажили счастливо, радовались сыночкам.
- Веня был не муж, а золото, - говорит собеседница. – Добрый, все делать умел, его в деревне уважали.
А Зоя Никаноровна 14 лет трудилась в детском садике. И поваром, и воспитателем поработала. Возможно, и на пенсию оттуда бы вышла, но грянули перемены - садик закрыли. Председатель местного колхоза пригласил трудолюбивую женщину на свиноферму.
«Все бегом, отдыхать некогда»
Зое доверили свиноматок – 30 голов. Механизации почти никакой, все вручную. Но молодая была, успевала, везде бегом: на работу, по дому и огороду, рой пчелиный ловить. Когда на ферме начинались опоросы, там и ночевала.
- Родится поросеночек, я его оботру и к титечке мамкиной положу, - смеется Зоя Никаноровна. – И все бы хорошо, да ведь у нее 12 сосков, а поросят рождалось по 15, иногда 18. Но я всех сохраняла. За это и орден дали. Растила их до 18 килограммов, потом передавала на откорм. Утром устряпаюсь на ферме, бегу за три километра в луга на покос. Все сядут отдохнуть, а я опять на ферму, поросят надо кормить. Вернусь на луга, наши уже снова косят. Ну и я за косу берусь, отдыхать некогда.
Орден свинарке-труженице в 1971 году вручали в райкоме КПСС. Награда поблескивала рубинами, шелковой ленточкой… Когда первый секретарь партии прикрепил ей орден на грудь, зал взорвался аплодисментами.
- Народу много, все солидные, а я ростиком маленькая, стою, волнуюсь, - улыбается Зоя Никаноровна. - Потом избирали меня и депутатом, и народным заседателем в суде. Вторая должность - одни переживания. Ох, как жалко было тех, кого судили… Хоть бы, думала, срок поменьше дали.
«Утюгом» по траве
Хозяйка угощает меня ароматным чаем с клубничным вареньем и свежим медом. Вкусно, спокойно, уютно. О чем бы ни заговорили, во всем Зоя Никаноровна видит светлое, улыбается, шутит. Вот только когда речь зашла о сыне Александре, основателе музея «Гармошкин дом», из глаз ее покатились слезы.
- Жить бы ему еще да жить, а вот не стало, - говорит она. - Утром проснусь, подойду к окошку, погляжу на музей, он через дорогу, делается легче. Часто туда хожу. На соседней улице второй сын живет, Николай. Они с женой обо мне очень заботятся. У меня уже девять правнуков! В гости приезжают.
Вышли с ней в огород. Зоя Никаноровна в свои 88 лет и грядки в идеальном состоянии содержит, и цветники. Как увидит, что трава на лужайке подросла, берет в руки триммер (зовет утюгом) и начинает наводить красоту.
Что полезно для здоровья?
Августовский день дышал зноем, хотелось под навес, в тень и прохладу, но желание сходить к храму в разы сильнее. Идем туда по обезлюдевшей на солнцепеке улице, продолжаем разговор.
- На службы в церковь часто хожу, - говорит Зоя Никаноровна. – Без Бога никуда. Вот рано я осталась без родителей, работы тяжелой сколько переделала, горя повидала, а все равно скажу: прожила счастливую жизнь! Радости ведь тоже были, за них и держалась. Я ни разу не лежала в больнице, наверное, из-за того, что двигалась много, это для здоровья полезно. Да и сейчас на месте усидеть не могу.
…Пришла пора расставаться. Благодарю Зою Никаноровну за прием, а она не перестает приглашать в гости, приезжать «как будет время». Потом, стоя у калитки, машет вслед рукой. Позитива от нее мне хватило на несколько дней. А вам такие люди встречались?
О том, почему в хлевах жителей Марий Эл хрюшки стали большой редкостью можно прочитать здесь
