Что может быть интереснее, чем брать интервью у летчика-испытателя? Разнообразные истории о полетах, профессиональный фольклор, рассказы, от которых идут мурашки по коже... Но наш герой не любит хвастаться своими подвигами, хотя за многие годы работы в каких только переделках не довелось побывать. Анатолий Сидоров человек простой, и болтать впустую не любит. Но когда он рассказывает о небе, в его глазах появляется мечтательное выражение. Наверное, так и должно быть: одна работа на всю жизнь и не в тягость, а в радость. Кто этим может похвастаться?
Анатолий Михайлович Сидоров, летчик-испытатель, уверенно называет себя счастливчиком: его мечта детства исполнилась, и с тех пор каждый день приносит только удовольствие.
− Все началось, когда в моей деревне за огородами в несколько гектаров сел большой самолет. Из кабины весь в кожаном вышел летчик, и, наверное, с этого момента я «заболел» авиацией, появилось желание в нее попасть. Знаете, мне чертовски повезло, ведь, по мировой статистике, на миллион лишь один человек, как поет Высоцкий, попадает «в свою лыжню», свою профессию.
В 17 лет Андрей Сидоров закончил 10 классов школы и поступил в Сызранское авиационное училище. Но здесь он проучился недолго:
− В 1960-х годах все как раз переходили на сверхзвуковую авиацию и нас, четырех выпускников, направили переучиваться в Пермь. После этого я прослужил 37 лет, а пролетал - 45. Находясь в кабине летательного аппарата, ощущаешь веселье души. Словно все земные заботы уходят, когда отрываешься от земли. Думаешь только о взлете, о том, как выполнять маневры, пилотаж, посадку, находишься в приподнятом настроении (улыбается). Моя жена говорила, что из 25 супружеских лет я был дома только 15.
Андрей Михайлович уверен, что у каждого летательного аппарата свой характер, по каким бы чертежам и технологиям он не был создан. Мужчина сравнивает самолеты с людьми, ведь все они такие же разные! Испытатель рассказал, что летал на самолетах Миг-17 и Миг-15, Як-25 и Як-28, Су-9 и различных вертолетах. За всю свою жизнь Андрею Сидорову довелось управлять 28 моделями летательных аппаратов.
− В нашей работе нет времени для раздумий. Сколько было случаев, особенно в испытательской работе, когда для принятия решения было лишь мгновение. А еще за тобой экипаж! Переживаешь за людей, технику, уровень ответственности зашкаливает, а насколько все это дисциплинирует!.. Говорят, взлет опасен, полет приятнее, а посадка сложна.
Однако вдаваться в подробности он не стал. На вопрос, чувствует ли он себя героем, Анатолий Михайлович отвечает просто:
− Когда себя чувствуешь героем, ты уже не профессионал. А когда делаешь свою работу, и от этого есть польза другим людям, то ты сам восторгаешься ей, потому что каждый полет никогда не повторяется, и всякий раз происходит что-то новое. Я не понимаю человека, который идет на работу со словами: «Боже мой, как она (работа - прим. авт.) надоела!», потому что он не творит, а, говоря простым языком, просиживает штаны. За 45 лет я ни разу с неохотой не пошел в полет! К слову, сейчас вот у журналистов, я считаю, более героическая работа, ведь не дай Бог что-то не так напишешь, и потом все на тебя…
Карьера у нашего героя строилась весьма интересно:
− По возрасту меня уволили из армии в первый раз в 1995 году (полковники тогда служили до 50 лет). Мне уже шел 52-й год, сказали, чтоб молодежи дал выбиться, и я ушел. А потом меня через полгода снова призвали на испытательскую работу, правда, пограничную, а оттуда забрали в ФСБ. 20 с лишним лет служил сначала в военных приемках, а потом в ВКБ (отдел конструкторского бюро).
Сам Анатолий Михайлович родом из Ростовской области, из хутора Позднеевка. В Йошкар-Оле оказался в 1964 году по работе. Потом его ждали переезды по гарнизонам и окончание службы в Казани. Обратно, в столицу Марий Эл, он вернулся по грустной причине:
− Моей супруге после операции сказали, чтобы она выбрала более экологичное для проживания место. Мы приобрели здесь квартиру и обустроились. Но моя жена прожила недолго, и, наверное, только после ее смерти я понял, что моя профессия опасна. Мы были в семи гарнизонах, и в каждом происходили трагедии. Супруга часто говорила, что если со мной что-то случится, то не сможет «устроить» нашу единственную дочь, дать ей все необходимое – образование, воспитание. Видите, как получилось…
Дочь Елена, смеется мужчина, в курсе всех его "летных" историй, но не собирается садиться за штурвал. Сам же Анатолий, завершивший свою карьеру в 2006 году, скучает по чувству полета и экипажу:
− Иногда мне снится небо (улыбается). Друзья-летчики уже привыкли, что я прошусь с ними, и сам сажусь за управление (смеется). Пробовал я пойти и в космонавты! Но не взяли - рост и вес «не совпали»! И хорошо.
