Они родились далеко друг от друга: мать - Анастасия Анофриевна - в Винницкой области Украины, отец - Михаил Васильевич - в Юринском районе Марийской АССР. А встретиться им довелось на Дальнем Востоке, куда оба были призваны к моменту объявления войны милитаристской Японии.
Мать, можно сказать, оружия в руках не держала - ее определили санитаркой в военный госпиталь. Служила сначала во Владивостоке, потом - в Корее, которую совет-
ские войска освобождали от захватчиков. О том периоде жизни она много не рассказывала, но часто вспоминала самый страшный эпизод - атаку японцев на корейский город Сейсин.
С истошным воплем "Банзай!" враги лавиной обрушились на наши позиции, закипел жестокий бой, и госпиталь быстро наполнялся ранеными. Обо всех надо было позаботиться, и медперсонал падал с ног от усталости. А столько крови, как в тот день, мать не видела никогда в жизни - ни до, ни после. К счастью, яростная атака была отбита, но память о ней так и не зарубцевалась...
Отец о войне вообще не вспоминал. Только со слов матери я знаю, что он служил на флоте наводчиком орудия. Дома у нас хранятся пожелтевшие грамоты с профилем Сталина. Из них следует, что старший краснофлотец Марышев не раз удостаивался благодарности от высокого начальства, включая командующего Тихоокеанским флотом адмирала Юмашева.
Подробности того, как повстречались мои родители, мне неизвестны. Знаю лишь то, что с тех пор они не расставались. А служить пришлось долго - на "гражданку" их не отпускали даже спустя годы после окончания войны. К мирной жизни довелось вернуться лишь в 1949-м. А еще раньше, в 1948-м, там же, на Дальнем Востоке, родился их первенец - мой старший брат...
Сегодня родителей уже нет в живых. Но я часто их вспоминаю и неизменно поражаюсь тому, что даже в самые тяжелые, жуткие годы находится место великому чуду - Любви.