АВТОР: ГЕЛЬСИЙ ЗАЙНИЕВ
В «Марийской правде» от 3 сентября 2019 года была напечатана статья «Марийские голоса на защите Ленинграда». Прочитав её, я сразу вспомнил свою давнюю публикацию в газете «Марий коммуна» за 3 декабря 1967 года, она называлась «Марий муро» («Марийская песня»).
Зоя Семенова и Ольга Леонтьева
Да, история фронтового ансамбля марийской песни известна мне давно. Осенью 1967 года, я, начинающий журналист, будучи в командировке в Звениговском районе, встретился с ветераном войны Зоей Алексеевной Семёновой (в замужестве – Кузьминой) в её доме в деревне Иркино. Она рассказала мне о своей жизни, службе в армии в годы войны и необычном певческом коллективе, созданном в сражающемся городе. Вместе с хозяйкой мы рассматривали пожелтевшие от времени фотоснимки военных лет, один из них, где она запечатлена одна, Кузьмина дала мне для публикации в газете.
В дальнейшем я встретился с двумя её подругами. С Александрой Танаевой (Андреевой) мы увиделись в селе Марисола Сернурского района в декабре 1968 года. Об этом я написал статью «Письмо командира» («Марий коммуна», 30 января 1969 года). В результате встречи в Йошкар-Оле с Ольгой Сидоровой (Тихомировой) в феврале 1975 года появилась статья «Шулдыран муро» («Крылатая песня»).
Александра Танаева и Ольга Сидорова
Обе они, Шура и Ольга, перед войной поступили в педучилище: одна в Сернуре, другая – в Морках. Первая оставила учёбу на втором курсе и пошла работать. А Ольга Сидорова на время призыва была второкурсницей.
Как и у Андреевой, у Тихомировой было трое детей. Старшая, Галина, ко времени нашей встречи окончила факультет начальных классов Марийского пединститута. Её брат Владимир после службы в армии работал в Марпотребсоюзе и учился на вечернем факультете другого вуза – Марийского политехнического. Ира ещё ходила в школу. Их отец Евгений Алексеевич, бывший офицер-фронтовик, с 1967 года возглавлял областной комитет профсоюза работников торговли и потребкооперации. А Ольга Никифоровна с 1955 работала в бухгалтерии Йошкар-Олинского хлебокомбината.
Татьяна Шумилова и Иван Отрощенко
С кем бы из бывших солдат-девушек я ни говорил, все они очень тепло отзывались о баянисте, комсорге подразделения Иване Отрощенко. Его адрес у меня был (а проживал он в деревне Демьянки Добрушского района Гомельской области Белорусской ССР), но написал ему письмо лишь весной 1974 года. Ответил он без задержки:
«Здравствуйте, уважаемый тов. Зайниев Г.З.!
Получил от Вас нежданное письмо. С большим удовольствием сегодня хочу ещё раз вспомнить о военных годах, о товарищах.
Я был призван в действующую армию, когда мне шел 18-й год (родился 7 ноября 1923 года). До призыва окончил педучилище. Воевал под Москвой, затем в Ленинграде, где и дождались мы Победы. На Западе не был. В Ленинграде служил в Ленармии ПВО, 4-й полк аэростатов заграждения, 2-й дивизион. Работал при штабе освобожденным комсоргом, звание – старший сержант.
Наше подразделение дислоцировалось в самом центре города, штаб находился на Площади искусств, рядом с Малым театром оперы и балета… Несколько наших расчетов полностью состояли из девушек-мариек, в том числе и командиры были из их числа. Мне пришлось с ними вплотную работать и воевать: проверял боевую и политическую подготовку, охрану, боевую готовность, читал и рассказывал, вёл комсомольскую работу… и организовывал художественную самодеятельность. Девушки-марийки принимали во всём активное участие. Вообще, их расчёты были самые образцовые, службу несли чётко. По команде «Воздух!» первыми в воздух взмывали аэростаты расчета Чепайкиной около Адмиралтейства и другого расчёта на Судомехе (фамилию командира позабыл). Все девчата были грамотные (не ниже 7 классов), все были членами ВЛКСМ, позже все награждены медалями «За оборону Ленинграда» и «За боевые заслуги». А дружбе этих девчат можно было позавидовать. Скромность и аккуратность была у них исключительная.
Однажды у меня возникла идея – организовать хор из марийских бойцов. Я играл на всех инструментах. Мы нашли сборник марийских песен, многие из них девчатам были знакомы. Мне очень нравилась одна плясовая песня. Те марийские мелодии я и сейчас играю, но слов не знаю – мой альбом украли в 1947 году. Помню лишь названия некоторых песен: «Яндар юкан кукужо», «Лывырга, лывырга»…
Элементы марийских народных танцев девочки хорошо знали и танцевали. На базе этих движений балетмейстер театра поставил танцы. Я одевался в марийский национальный костюм, играл и пел, но смысла песен не знал. Костюмы мы брали напрокат в театре оперы и балета им. Кирова. Выступали на заводах, дворцах культуры. С большим интересом проходили наши концерты. Ведь это была новинка – искусство немногочисленного народа доносилось так просто и понятно, интересно. Иногда приходилось выступать под шум батарей…
До нашей демобилизации наш коллектив не расходился…
Если будут какие-то вопросы – пишите. И если что напечатаете, то вышлите мне.
До свиданья.
С уважением И.Отрощенко.
2 апреля 1974 года».
Я узнал, что в этом ансамбле наиболее популярными были народные песни «Яндар й¢кан кукужо» («Голосистая кукушка»), «Ой, луй модеш» («Ой, куницы играют»), «Лывырга-лывырга» («Ломится, ломится»). Текст первой из них дважды переводился на русский язык. В сборнике «Творчество народов СССР» (1938) он напечатан под заголовком «Кукушка»:
Голосистая кукушка
Звонким голосом где кукует?
Не в березняке ли?
Не в березняке ли?
Ой, кукует, ой, кукует,
В березняке кукует.
Наша партия и Советы
По дороге какой ведут нас?
К новой жизни, к новой жизни
Наша партия ведёт нас.
Власть Советская ведёт нас,
К светлой жизни нас ведёт!
Для сборника «Марийские народные песни» (1955) московский поэт Сергей Поделков сделал другой перевод:
Голосистая кукушка
Звонко, звонко где кукует?
Не в густом березняке ли,
Не в густом березняке ли?
Ой, кукует, ой, кукует,
Ой, в березняке поёт…
Наша партия родная,
Наша власть - куда ведут нас?
Разве не к счастливой жизни,
Разве не к счастливой жизни?
Ой, ведут нас, ой, ведут нас,
К светлой жизни нас ведут.
А песня «Ой, луй модеш» благодаря киноактёру Ивану Кырле стала широкой известной ещё в 1930-е годы – она в его исполнении на марийском языке прозвучала в кинофильме «Путёвка в жизнь». Тот же С.Поделков дал этим стихам вторую жизнь:
Ой, куницы как играют
На пригорочках в лесах.
Ой, клубника созревает
Возле кочек на лугах.
Ой, пойдем, моя голубка,
Землянику собирать.
Ой, давай, моя голубка,
В комсомол с тобой вступать…
Пока шла война, самодеятельные артисты выступали только перед своими сослуживцами, а после Победы давали концерты также в городских клубах и Домах культуры. Вместе с одним из писем Иван Яковлевич прислал мне на время фотографию, сделанную 6 июня 1945 года у клуба имени Капранова. На ней в центре с баяном в руках – Отрощенко. По обе стороны стоят девчата: Зоя Семёнова, Шура Танаева, Федосия Макова, Ольга Леонтьева, Настя Чепайкина, Таня Шумилова, Аня Орехова, Ольга Сидорова.
Они призывались из следующих деревень: Зоя Алексеевна Семёнова – Иркино Звениговского, Александра Ивановна Танаева – Кожласола Сернурского, Федосия Никитьевна Макова – Энермучаш Сернурского, Ольга Герасимовна Леонтьева – Яныково Медведевского, Анастасия Семёновна Чепайкина – Пиксола Пектубаевского (ныне Новоторъяльского), Татьяна Васильевна Шумилова – Большое Шигаково Звениговского, Анна Афанасьевна Орехова – Малый Кугунур Оршанского, Ольга Никифоровна Сидорова – Куркумбал Моркинского районов.
Выйдя после войны замуж, все они поменяли фамилии. К примеру, бывший ефрейтор А.Чепайкина, которую упомянул в своём письме И.Отрощенко, нашла свое счастье в деревне Средний Кадам Советского района. Её муж Степан Захарович Лебедев долгие годы возглавлял Кадамский сельсовет, а потом – колхоз имени Кирова. За успешную работу он награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени. В семье Лебедевых выросли сын и дочь. Галина Степановна Ширяева (Лебедева) с 2001 года работает заместителем министра культуры, печати и по делам национальностей Марий Эл. Она заслуженный работник культуры республики.
Семья А.С.Лебедевой (Чепайкиной), 1980-е годы, д.Кадам Советского р-на МАССР
Кстати, еще в 1947 году «Марийская правда» напечатала небольшое письмо члена колхоза «Йошкар урем» («Красная улица») А.Чепайкиной под заглавием «Я защищала Родину». В нём говорилось:
«Я, простая колхозница-марийка из колхоза «Йошкар урем» Пектубаевского района, живу в дружной семье советского народа… В дни Великой Отечественной войны вместе с русским народом и другими народами нашей необъятной страны мы, марийцы, с оружием в руках защищали свою Родину. За участие в боях правительство наградило меня медалями «За боевые заслуги» и «За победу над Германией».
Сейчас в мирном труде, на колхозной работе я тружусь не покладая рук, чтобы внести свою лепту в дело укрепления экономической и военной мощи нашего Советского государства».
Через много лет, в апреле 2004 года, на страницах «Марийской правды» Галина Пуртова из села Елембаево Новоторъяльского района кратко рассказала о фронтовом пути своей матери Анны Афанасьевны Москвичёвой (Ореховой). Её письмо озаглавлено «Под небом блокадного Ленинграда». К нему прилагалась фотография 1944 года, на которой две боевые подруги: Анна Орехова и Ольга Леонтьева, у обеих на груди – медаль.
«Работала в колхозе дояркой, разнорабочей, - писала о своей матери Г.Пуртова. – Встретилась с моим будущим отцом Яковом Петровичем Москвичевым, тоже участником Великой Отечественной войны. И вместе они прожили 40 лет, вырастили троих детей, выучили, дали дорогу в жизни.
Вот уже два года, как мы живём без мамы. Она ушла из жизни, немного не дожив до 80 лет. Очень хочется всем посоветовать ценить, любить, беречь своих матерей, больше уделять им внимания, пока они с вами».
Но вернемся к Ивану Отрощенко. 1 апреля 1945 года его «за отличные показатели в боевой и политической подготовке и активное участие в работе комсомольской организации» наградили Почётной грамотой ЦК ВЛКСМ. А когда он уходил в запас, за подписью парторга войсковой части Хавкина ему 18 октября 1945 года выдали характеристику, где, в частности, было сказано:
«С первого дня прихода в часть Отрощенко работал комсомольским организатором. Он отлично справлялся со своей порученной работой и не один раз отмечался в приказах командования как пример для других работников комсомольских организаций… Тов. Отрощенко всегда являлся личным примером для красноармейской массы. Он окончил 6-месячную партийную школу, непосредственно работает над повышением марксистско-ленинского образования и может быть использован в партийно-комсомольской работе. Морально устойчив. Делу партии Ленина-Сталина и социалистической Родине предан».
В одном из писем Иван Яковлевич сообщил о своей личной жизни:
«О себе. По национальности я чистокровный белорус, по отцу - Отрощенко, по матери – Пархоменко. До войны работал учителем в Пинской области БССР. Танки вошли в наше село на третий день после объявления войны. Я бежал на восток, в сторону Гомеля босой, всё оставил в Западной Белоруссии. А 12 июля 1941 года на родине призвали в армию, мне не было и 18 лет.
После войны работал завучем детдома. Продолжал руководить художественной самодеятельностью. Сам писал стихотворения и новые слова для известных песен советских композиторов. Кстати, и в Ленинграде для марийского хора тексты писал…
Имею троих детей. Дочь 1948 года рождения окончила Гомельское педучилище, работает воспитательницей детсада. Сын 1951 года рождения, отслужив в армии, окончил железнодорожный техникум, водит тепловозы в Гомеле. Младшая дочь учится на 5-м курсе мединститута в Минске.
Их мама умерла в 1971 году. Теперь я женат на другой. Она – заслуженная учительница школ Белорусской ССР…».
И его писем стало известно, что старший сержант Иван Отрощенко демобилизовался позже девушек, уехавших домой в начале августа 1945 года. Сначала работал завучем специального детского дома, где воспитывались дети погибших фронтовиков и расстрелянных немцами матерей. Потом перешел учителем в обычную школу. Заочно окончил химико-биологический факультет Гомельского пединститута, ставшего в дальнейшем университетом.
Очерк об этом необычном ансамбле я включил в свою первую книгу «Пиал нерген муро» («Песня о счастье», 1978) и один экземпляр с автографом послал своему далекому адресату. Затем туда же, в д. Демьянки, «отправился» и сборник стихов и поэм марийского поэта Максима Емельянова «Спасибо, Ильич!». Эти издания ветеран войны показывал зрителям гомельского телевидения, когда он участвовал в передаче, посвященной 40-летию Победы.
Одно из стихотворений в книге «Спасибо, Ильич!» посвящено событиям времён войны. Об этом говорится в авторском примечании:
«В годы Великой Отечественной войны девушки-марийки Александра Танаева, Зоя Семёнова, Ольга Леонтьева, Анастасия Чепайкина, Ольга Сидорова, Федосия Макова, Анна Орехова, Татьяна Шумилова и другие участвовали в обороне Ленинграда. Тогда, в кольце блокады, они организовали хор, в репертуаре которого самым популярным номером была марийская песня «Голосистый соловей». Баянистом хора был украинский парень, старшина Иван Отрощенко».
Стихотворение «Крылатая песня» не маленькое, в нем более 60 строк. В целом оно представляет собой песню славы в честь ветеранов войны. Из указанных выше персонажей в произведении упомянут лишь баянист:
…Кто-то скажет, что забыты песни
Фронтовых, огнём крещёных лет,
Юный друг, скажу тебе по чести –
Не забыты песни эти, нет…
Чтоб не забывали о прекрасном,
Нам с тобой наказ Отчизной дан.
После жаркой битвы не напрасно
Так писал Отрощенко Иван:
«Всё сильнее Ленинград сжимала
Хищника блокадная рука,
Но всегда нас песня согревала,
Бить учила лютого врага!
И не раз в промозглые метели,
Под аккорд могучих батарей,
Мы светло в едином хоре пели
Песню «Голосистый соловей!»…»
Эти стихи и весь сборник на русский язык перевёл молодой поэт Владимир Новиков, уроженец Удмуртии, проживавший в 1970-е годы в Йошкар-Оле.
Максим Емельянов, посчитавший баяниста Ивана украинцем, был неправ. На самом деле, как мы видим, это был белорус.
Марийский вариант этих стихов к нам в редакцию газеты «Марий коммуна» поэт принес весной 1973 года, и они были напечатаны 12 мая. Оказывается, Емельянов был односельчанином А.Андреевой и в подробностях знал историю фронтового ансамбля марийской песни. Он планировал написать на эту тему поэму, встречался и беседовал с некоторыми подругами Андреевой, но тяжелая болезнь и смерть помешали этому (Емельянов умер в октябре 1973 года).
…Весной 1975 года, в канун 30-летия Великой Победы, я предложил свой рассказ о дружбе комсорга-белоруса и марийских девушек редакции Добрушской районной газеты «Ленинец», где он был напечатан 24 апреля под заголовком «Песни и стихи звали в бой». Впоследствии на его основе сотрудник этой газеты А.Курлович подготовил публикацию на эту тему для ведомственного издания министерства просвещения БССР - «Наставнической газеты». Его статья вышла в номере за 19 июля 1975 года.
Наша переписка с Иваном Яковлевичем Отрощенко продолжалась более 20 лет. Он очень огорчался тому, что наша великая страна в начале 1990-х годов оказалась разрушенной и поделённой на отдельные государства. В его письме от 27 апреля 1995 года содержалась не совсем обычная просьба: «Этим письмом я прошу вас, Гельсий Зайниевич, внимание ветеранам Великой Отечественной войны – марийским девушкам, вместе с которыми я служил в Ленинграде, и передать им большой привет, добрые пожелания через республиканскую газету или телевидение, так как каждой в отдельности я в наше время не могу отправить поздравительную открытку с 50-летием Победы.
Мы воевали за нашу единую Родину – Советский Союз. А сегодня я для вас иностранец… Мы, ветераны, привыкли жить в единой стране. Мы её строили до войны, защищали её в страшной войне, восстанавливали её в мирные дни, выполняя пятилетние планы, добились завершения построения социализма. Вдруг – развал страны и хаос…
Я ещё держусь неплохо. Если вам придётся быть в заграничной командировке, то заезжайте в гости к нам»
«Как сложилась их жизнь, я не знаю. Возможно, кого-нибудь из них уже нет в живых», - говорилось в том же письме И.Отрощенко. Готовя эту публикацию, я кое-что уточнил об их судьбе. Пожить в 21-м веке удалось лишь Т.Шумиловой (Новиковой), О.Сидоровой (Тихомировой), А.Чепайкиной (Лебедевой) и А.Ореховой (Москвичёвой). О.Леонтьева (Плотникова) не дожила и 60 лет. А.Танаева (Андреева) и Ф.Макова ушли из жизни в начале 1990-х. Из тех, о ком здесь сказано, не удалось найти данных о Иване Отрощенко и З.Семёновой (Кузьминой). Знаю лишь одно: из-за поражающих факторов чернобыльской катастрофы жителям д.Демьянки и других окрестных населённых пунктов Гомельской области пришлось покинуть свои родные места.
Мне кажется, не найти лучшего заключения этому рассказу, чем строки Максима Емельянова в переложении Владимира Новикова:
С милыми девчатами, с Кокшаги,
«Голосистый соловей» служил,
Вечно верный фронтовой присяге,
Крыльев пред врагами не сложил.
Сбили много коршунов девчата,
Небо Ленинграда сберегли,
И сейчас им благодарно, свято
Кланяется город до земли…
Мирный май в цветении чудесном,
Щедрым солнцем полнится зенит.
Вновь я слышу радостную песню –
«Голосистый соловей» звенит!
Отблеск славы-молнии народной
До сердец потомков долетел,
Чтобы каждый, здравствуя свободно,
На героев походить хотел.
- Больше сотни 19-летних девчонок из разных районов Марийской республики служили в полку ПВО. Среди них была и Вера Александрова (в замужестве Охотникова), а ее дочь Людмила Иванова рассказала эту историю «Марийской правде». Читайте в статье «Марийские голоса на защите Ленинграда».
