Признаться, такое “свойско-уважительное” обращение к товарищу по службе меня несколько обмануло. Архипыч, как его зовут коллеги (Алексей Архипович Васильев), заочно рисовался чуть ли не дедом Щукарем, седобородым водолазом, любимой поговоркой которого стало “плавали - знаем”. Тем более Васильев чуть ли не первый пенсионер молодой Марийской аварийно-спасательной службы (МАСС). Договорились с ним о встрече, и оказалось - ерунды себе насочинял. Вместо Щукаря я увидел крепкого улыбчивого человека, в котором чувствовались и сила, и ум, и...молодость. Хотя чего и ждать в пятьдесят с небольшим лет от “правильного мужика”?
В йошкар-олинский отряд спасателей Алексей Архипович пришел в конце девяностых годов. Тогда в отряде нужен был человек, который мог бы на высоком профессиональном уровне вести водолазное дело. Васильев это мог, ведь в родную Йошкар-Олу он вернулся после трех десятков лет службы в Военно-морском флоте в чине капитана второго ранга (для “пехоты” это подполковник). И служба была не “паркетной” в каком-нибудь штабе, на атомной подводной лодке Алексей Архипович побывал в разных морях и океанах, потом преподавал водолазное дело в военном институте под Питером, видел и Африку, и далекие Филиппины, и...долго можно перечислять.
В йошкар-олинский отряд спасателей его “сосватал” друг, тоже отставной морской офицер. И завертелась “пенсионная” жизнь “кап-два” (капитана второго ранга) Васильева, уже в водах и на дне рек и озер родной марийской республики. Вода эта, кстати, по словам Алексея Архиповича, почти всегда мутная, в лучшем случае видишь не дальше расстояния вытянутой руки. Представишь себе подобную работенку на дне реки, например, где рядом должен быть утопленник, и не по себе становится. Но для Васильева подобные сантименты чужды - работа, как работа.
Хотя на мой вопрос: сколько утопших видел в жизни, Васильев сказал лишь: “Сотни”. Эта скорбная работа - не единственная для водолазов йошкар-олинского отряда МАСС. Есть и обыденные дела - обследование, например, подводных переходов магистральных трубопроводов или подготовка пляжей к купальному сезону (нужно осмотреть дно, собрать опасный мусор).
Кстати, как можно расценить то, что произошло с Алексеем Архиповичем (тогда еще Лешей) в Йошкар-Оле 60-х годов? Тогда, купаясь в Кокшаге, вместе с приятелем они вытащили на берег первого утонувшего, мальчонку - их ровесника. Судьба?
Жесткого “экстрима”, увы, тоже хватает.
- Несколько лет назад, - рассказывал Алексей Архипович, - на Волге танкер протаранил буксир, и тот с двумя членами экипажа затонул на большой глубине в месте, где сильнейшее течение. Несколько дней с эхолотом обследовали реку и наконец буксир нашли. Оказалось, что он перевернулся и лежит кверху килем. Течение течением, глубина глубиной, а доставать погибших надо. А как, если водолазы спускаются с катера, а катер сносит со страшной силой? Рискнули, несколько раз катер с такой силой понесло в сторону, что водолаза внизу (он привязан к катеру за страховочный трос) могло просто “порвать” о затонувший буксир. Бог миловал! Утопленников обнаружили в одном из отсеков судна, пробраться туда было непросто, а вытащить погибших сначала казалось просто невозможным. Представьте: владелец судна при жизни был здоровяком в 120 килограммов, а за несколько дней тело так раздуло, что оно стало огромным “поплавком”, и опустить его, чтобы вытащить из буксира, стоило немалого труда. Нам уже и судмедэксперты согласие дали на то, чтобы мы тело утопленника... вскрыли (газы тогда уйдут), но ничего, обошлось без вскрытия.
Утопленники, кстати, не самое страшное, тяжелый момент в нашей работе, когда погибшего поднимают на берег, а там его родственники, близкие, плач, крики. Вот что страшно!
А вообще, Алексея Архиповича отец всегда учил контролировать свой страх, поступать разумно. В семь лет он подарил ему ружье, мужика воспитывал. И как настоящий мужик с мозгами, Васильев считает, что не боится только дурак, но нормальное чувство страха не стоит путать с трусостью. Осторожность - вот чему учит водолаза работа. Правда, научиться на “все сто” сберечь свое здоровье водолазу, особенно в местных широтах, почти невозможно. Зимой провести подо льдом минут сорок - каково! А работают наши водолазы в костюмах двух типов - так называемом “мокром” и “сухом”. “Сухой” сделан из резины, воду не пропускает, а в “мокром”, соответственно, погружаться можно только летом. Интересно, что, по словам Васильева, время работы в резиновом “сухом” костюме во многом ограничено тем, что плотные манжеты костюма на запястьях перетягивают кровеносные сосуды, кровоснабжение нарушается, и руки начинают отниматься. Поэтому в таком костюме работать можно не больше 50 минут под водой и на глубине не более 12 метров: если глубже, то возможна кессонная болезнь, когда кровь буквально закипает в теле.
Куда только не погружался Васильев, даже в колодцы случалось, в том числе по просьбе работников прокуратуры доставали расчлененное тело убитого человека. А однажды произошел мрачно-курьезный случай. На дне Малой Кокшаги в центре Йошкар-Олы искали револьвер старого типа. Водолаз опустился под лед (дело было зимой), довольно долго не мог ничего обнаружить. Наконец всплывает и бросает на лед “ствол”. Все вроде? Оказалось, что ничего подобного. Пистолет не тот - современный, а не револьвер, появления которого на берегу ждали и правоохранители, и местные криминальные деятели. Выходит, в этом месте могли утопить сразу два ствола. Веселый город Йошкар-Ола! Еще случай был: чистили одно озеро и на его дне нашли стол, а рядом четыре стула - можно подумать, компания водяных с русалками отдыхала.
Шутки шутками, а за несколько лет, которые Васильев проработал в отряде, он с коллегами не только совершил множество погружений, но еще и подготовил почти два десятка своих будущих коллег - водолазов. Учитывая то, что активно работают в Марий Эл сейчас всего с десяток водолазов, получается - обучил спецов подводного дела на пару таких регионов, как наш.
Сейчас по состоянию здоровья Алексей Архипович на пенсии, старается подлечиться, дел еще в жизни много. Морской офицер, спасатель, просто хороший человек.
Яков БЕЛЕНКОВ.
