- Редакция? Во мне все кипит от злости! Я лежала в гинекологии, а когда выписалась, удивилась: что это надо мной коллеги посмеиваются, какие-то двусмысленные шуточки отпускают про мое лечение? Потом узнала: тетка одной нашей сослуживицы кого-то навещала в больнице, очень внимательно изучила списки всех, кто там лежит, зацепилась за мою редкую фамилию, позвонила сослуживице и брякнула: “Ваша Галя, видать, аборт сделала!”
Что это такое?! Я одинокая женщина, ни перед кем не обязана отчитываться, с кем сплю, делаю или не делаю аборт! Зачем вывешивать списки больных на всеобщее обозрение? Чтобы все ходили и сплетничали?
(Звонок в редакцию).
Сама того не ведая, Галя подняла очень серьезную и сложную проблему, которая сегодня - в разряде неразрешимых.
В основах законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан есть статья 30, декларирующая право пациента на сохранение в тайне информации о факте обращения за медицинской помощью, о состоянии здоровья, диагнозе, других сведений, полученных при обследовании и лечении. Эти сведения, трактует закон, составляют врачебную тайну.
Есть в основах законодательства еще статья 61, где перечислены случаи, когда допускается предоставление информации без согласия пациента и его законного представителя. Таких ситуаций названо пять:
- лечение и обследование человека, не способного выразить свою волю;
- угроза распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений;
- запрос органов дознания и следствия, прокурора и суда;
- информирование родителей в случае оказания помощи тем, кто не достиг 15 лет;
- если есть основания предполагать, что вред больному нанесен в результате противоправных действий.
Во всех иных случаях медперсонал обязан хранить тайну от посторонних. За ее разглашение грозит дисциплинарная, административная или уголовная ответственность.
Но много ли вам приходилось слышать о том, что кто-то из медиков серьезно наказан за нарушение врачебной тайны? Лично на моей памяти только литовская трагедия: парень с девушкой повесились из-за того, что медсестра растрезвонила об их диагнозе - СПИД. А вот по поводу информации о факте обращения человека в лечебное учреждение никто особо не задумывается: висят списки больных в вестибюле больницы - и Бог с ними! Дают справки врачи по телефону о диагнозе и состоянии пациента - и ладно, что в том страшного? Хотя знать не знают, тот ли человек собеседник, за которого себя выдает. Случалось, звонивший представлялся родственником, а оказывался начальником больного и, узнав о диагнозе подчиненного, устраивал ему настоящую травлю, стремясь выжить - фирме нужны здоровые люди!
Кажется, чего же проще - убрал со стены списки стационарных больных, и проблема снята. Но вы только представьте, что за этим последует!
Надежда Ожиганова - зам. главного врача Йошкар-Олинской горбольницы:
- Мы пять дней в неделю дежурим по “скорой помощи”, принимая экстренных больных. Что будет, если человека доставили ночью с улицы, обеспокоенные родственники его всюду ищут, а медперсонал на их звонки отвечает: знать ничего не знаем, нам информацию давать не положено. Абсурд! Если списки не вывешивать, передав их в справочную службу, то представляете, какие очереди выстроятся? И опять же: как тот человек, который дежурит в справочной, даст сведения о пациенте, не нарушив врачебную тайну? Выход, видимо, в том, чтобы компьютеризировать справочную службу, посадить туда грамотного человека и оперативно заносить сведения о том, кому пациент разрешил давать о себе информацию.
Галина Фоминых - зам. главного врача Перинатального центра г.Йошкар-Олы:
- Мы уже года два практикуем письменные согласия пациента на информацию, то есть в истории болезни женщина расписывается, согласна она или нет, чтобы мы о ней давали информацию. В год у нас происходит примерно 4,5 тысячи родов, из всего количества рожениц едва ли наберется десяток тех, кто запрещает давать о них сведения кому бы то ни было. Кстати, это касается именно роддома, а не гинекологии: кто-то рожает вне брака, другая намерена отказаться от ребенка, вот и не хотят “светиться”.
Алла Соколова - зам. главного врача Республиканской психиатрической больницы № 1:
- У нас такой проблемы нет. За 20 лет моей работы здесь правило не нарушалось никогда: мы не даем о своих больных никаких сведений, особенно - по телефону. Мне доводилось работать в Ульяновске, Туле, там придерживаются такого же правила. Врачебная тайна! Бывало, приходили родные пациента. Чтобы убедиться в том, что они - те, за кого себя выдают, мы проверяли документы. А на звонки типа “У нас пропал сотрудник. Не у вас ли он лечится? С каким диагнозом?” отвечаем однозначно: “Мы таких справок не даем”.
Вот такая противоречивая складывается картина: закон как будто защищает права пациента, но вы все же представьте себя на месте человека, сбившегося с ног в поисках своего родственника - жены, мужа, сына, матери, отца. Звоните лихорадочно в ночи по всем больницам, а вам всюду “отлуп”: не имеем права информировать! Кошмар!
Но, с другой стороны, не позавидуешь и женщине Галине, попавшей в сети сплетен из-за открытости информации.
Видимо, ситуация будет проясняться и отрабатываться после того, как подаст иск в суд какой-нибудь дотошный пациент, чей диагноз выдала неизвестно кому медсестра, а он от этого крупно пострадал. Настолько крупно, что терять ему уже нечего, и он пойдет до конца, отстаивая свое право на врачебную тайну.
Ольга БирюЧева.
(г.Йошкар-Ола).
