Удивительные повороты судьбы этого человека могли бы послужить сюжетом хорошего фильма. Простой крестьянин с тремя классами церковно-приходской школы во времена последнего десятилетия Российской империи стал депутатом Государственной думы третьего созыва. Представьте, что сегодня деревенский мужик, работяга от сохи, будь он семи пядей во лбу, пробился в парламент страны? Нереально, сейчас "слуги народа" - это бизнесмены, отставные чиновники, спортсмены, артисты. А вот в России образца начала ХХ века это было возможно.
 
Собрал все "шары"
30 марта Александру Егоровичу исполнилось бы 140 лет. Родился он в 1874 году в деревне Подгорная Токтайбелякской волости, как тогда было принято - в многодетной крестьянской семье. Учиться долго не довелось, после начальной школы помогал отцу по хозяйству. "Университетом" стали книги, самообразование, жизнь. Участвовал в двух войнах, в общей сложности солдатскую шинель носил восемь лет. В 1906 году, после русско-японской войны, Кропотов вернулся в родное село и стал писарем волостной управы. К нему часто обращались со своими жалобами и обидами не-
грамотные и малограмотные земляки. Они и выдвинули его кандидатом в депутаты. На волостном сходе выборщиков (тогда не было всеобщего прямого голосования) он читал некрасовское "Кому на Руси жить хорошо" и получил все "шары" (их роль выполняли картофелины). Только один выборщик поделил свой "шар" на две половинки, чтобы не обидеть никого из кандидатов.
 
Его цитировал Ленин
В 1907 году Александр Егорович стал депутатом третьей Государственной думы от Вятской губернии. Это какой же нужно было иметь авторитет, чтобы в возрасте 30 с небольшим лет пробиться в парламент Российской империи, да еще в условиях многоступенчатых выборов?! Без денег, без поддержки сильных мира сего. В Думе "вятский мужик", а то и "вахлак", как его называли "черносотенцы", не был статистом. Стенограммы зафиксировали десятки его выступлений (как минимум 24), острых, нелицеприятных, направленных на защиту интересов трудового крестьянства, таких же, как он сам, мужиков. Речи были не очень гладкими, но всегда яркими и злободневными. Не случайно их несколько раз использовал в своих работах будущий вождь российской революции Владимир Ленин, который называл Кропотова "выразителем интересов крестьянства". Из столицы домой депутат привозил не мануфактуру, а целыми возами книги, документы, стенограммы заседаний Госдумы.
Бумага, кстати, пригодилась: в самые трудные годы на листах писали между строк, а еще мастерили из них кулечки, которые сбывали местному сельпо. Три штуки - копейка.
 
Вывели из игры
Впрочем, к следующим выборам местные власти сделали все, чтобы неудобного депутата "вывести из игры". С целью "завалить" фаворита против него использовали, как сейчас говорят, "черный пиар" - обвинили в нарушении положения об имущественном цензе. Тогда, чтобы иметь право избираться, обязательно нужно было являться домовладельцем. А Александр Егорович вел свое хозяйство совместно с матерью и сестрами - старыми девами. Вот и "докопались", дошло до уголовного дела. Защищать Кропотова приехал известный адвокат, человек, которому впоследствии предстояло сыграть свою роль в истории России - будущий премьер Временного правительства Александр Федорович Керенский. Судебный процесс они выиграли, но время было упущено, ведь, находясь под следствием, Кропотов не мог участвовать в избирательной кампании.
Впрочем, он еще раз окажется в высшем законодательном органе уже агонизирующей страны. После февральской революции 1917 года Кропотов был избран в Учредительное собрание, приехал в Петроград. Однако жизнь "учредиловки" оказалась невероятно короткой. Большевики делиться властью ни с кем не собирались, собрание попросту разогнали, а законодатели оказались в тюрьме. Помог Горький, который вступился за фракцию крестьян - "трудовиков". Александра Егоровича выпустили, но без документов и денег, до дома он с большими трудностями добирался несколько месяцев: шел пешком, ехал "зайцем", продал сапоги, подрабатывал.
 
Экс-депутат землю пахал
С политической деятельностью было покончено. Большевистская политика продразверстки, красного террора Кропотову была не по душе. И он занялся своим хозяйством. Александр Егорович не был богат, все его состояние - дом, лошадь да две коровы, то есть в лучшем случае тянул на середняка. Но видное политическое прошлое, причастность к эсеровской партии "аукались" всю жизнь. Редкий год обходился без того, чтобы на какое-то время он не оказался за решеткой, всего же арестовывали девять раз. Парадокс заключается в том, что при царизме, политику которого депутат жестко критиковал, его не "закрыли" ни разу.
 
Жизнь под "колпаком"
Наблюдение и слежка велись постоянно, и хотя "нарыть" на Кропотова чекистам так ничего и не удалось, в 1924 году во время очередной зачистки "контрреволюции" директивой руководства ОГПУ было предписано доставить его в Москву. Экс - депутата арестовали, однако по пути следования, охраняемый тремя красноармейцами, Кропотов сумел сбежать. Впоследствии объяснил - думал, что везут на расстрел. Все родные, в том числе супруга Анна Яковлевна, которая находилась на сносях, моментально были взяты под арест в качестве заложников. Через несколько дней заплутавшего беглеца вновь задержали, и он очутился-таки на Лубянке в тюрьме ОГПУ. Продержали его там несколько месяцев и, не найдя за измученным и больным человеком никакой вины, отпустили под подписку о невыезде.
 
Спасибо классику
Так Александр Егорович вернулся к своей семье и хозяйству, во время коллективизации вступил в колхоз. Воспитывал детей, как вспоминает сын Юрий, был очень добрым человеком. Органы несколько раз еще приставали к нему, но настоящей охранной грамотой для Кропотова стали тома с ленинскими работами, в которых Владимир Ильич упоминал о нем, как о защитнике трудового крестьянства. Ну а до "всесоюзной мясорубки", репрессий 1937 года, Александр Егорович попросту не дожил. Надорвался на колхозном поле, да и слег.
"Контрреволюционное" прошлое отца било даже по детям. Единственный здравствующий из восьми детей депутата сын Юрий Александрович - человеку 89 лет, вспоминает, что его в свое время, как сына "врага народа", даже из детского сада исключили. Такие вот были времена.