- У нас в классе учился 21 человек, - вспоминает Залиха Мустафьевна. - Мы жили очень дружно, вместе работали, занимались спортом. Страшная новость на другой день после выпускного бала просто оглушила, хотя поначалу казалось, что наша армия быстро справится с агрессором. Почти всех ребят тут же призвали на службу. Наше поколение война скосила под корень. Когда мы собирались на полувековой юбилей окончания школы, оказалось, что с фронта из 21 человека вернулось всего пятеро. Из мальчиков живы остались только Володя Федоров (он всего год назад умер) да Петька Турашев. Сейчас из нашего прекрасного класса осталась я одна.
Меня призвали на фронт в 1942 году. Сначала нас, вчерашних школьниц, привезли в Казань. Здесь из девчонок  готовили зенитчиц. В войну это была преимущественно женская профессия. Мы зубрили уставы, изучали свои и вражеские самолеты, учились стрелять, ходить строем. Потом наше подразделение перебросили в Горький. Меня назначили командиром приборного отделения зенитной батареи. С Волги наш дивизион направили под Москву для прикрытия подступов к столице. Мы хоть и не стояли на линии фронта, но бомбежек и нам хватало. Насмотрелась на всякое. Бывало, и подруг приходилось хоронить. Война никого не щадила.
Когда немцев отбили от Москвы, нас снова перебросили в Горький. Мы прикрывали автозавод, который в войну имел стратегическое значение. Немцы неоднократно пытались бомбить его. Так я всю войну и прослужила зенитчицей. Когда набралась опыта, уже сама учила девчонок боевой профессии.
Я спросил, не забыло ли ее государство накануне юбилея Победы.
- Очень помогли! - в голосе Залихи Мустафьевны задрожали слезы. - Слов даже нет. Я живу одна, дочка работает в школе, помогает, утром и вечером приходит. Квартиру мне не надо, и дома своего хватает. А вот ремонт... Сами мы его не смогли сделать. Я попросила перестроить веранду, старая уже, падала. Все очень быстро сделали. Проводку в доме полностью заменили, теперь пожара не боюсь. Кое-что еще осталось: надо стены местами покрасить, подконопатить, чтобы тепло не выходило. Бревно закладное сгнило, замены требует. Пол на кухне пора перебрать, а то он “валится”. Печка русская тоже свой век отжила, переложить ее надо.
- Все сделаем, - пообещал фронтовичке Рифат Гарифуллович. - Сейчас пока руки не доходят, пожарная опасность в лесу, сами видите, какая, да и на посадках люди заняты. Скоро мастера освободятся - быстро все доделаем. До сенокоса, я думаю, закончим. Бригаду мы из своих рабочих набирали, и мастера из Мари-Турека приезжали. С материалами проблем нет, закупаем на те средства, что выделило государство.
Залиха Мустафьевна обняла гостя за плечи:
- Вот мой главный помощник! Не сказать, как я довольна. Если мне все сделают, разве я отсюда уеду? Никаких хором мне не надо.