Зас­тыв­шая, словно прик­ле­ен­ная, улыб­ка, ос­та­но­вив­ший­ся взгляд, уст­рем­лен­ный в се­бя, - эта по­лу­мас­ка на род­ном ли­це раз­ры­ва­ла Нас­ти­но серд­це на час­ти. Но раз­ве мог­ла она вер­нуть от­ца, умер­ше­го два го­да на­зад?!
Нас­тя ча­ще вспо­ми­на­ла его та­ким, ка­ким он был в по­ру ее детства, ког­да еще не бы­ло близ­не­цов: тог­да она за­би­ра­лась ему на ко­ле­ни, а он, слег­ка подб­ра­сы­вая де­воч­ку вверх, как буд­то она ска­чет вер­хом, при­го­ва­ри­вал: "По коч­кам, по коч­кам...и в ям­ку - бух!", при этом он рез­ко "ро­нял" ее вниз го­ло­вой, а она, виз­жа от вос­тор­га, за­ми­ра­ла в силь­ных па­пи­ных ру­ках, гля­дя на ком­на­ту вверх тор­маш­ка­ми. И все вок­руг ка­за­лось ей не­о­бык­но­вен­но ска­зоч­ным и ра­до­ст­ным.
А по­том по­я­ви­лись ма­лень­кие братья - "брат­цы-кро­ли­ки", как на­зы­вал их счаст­ли­вый отец. Нас­тя тог­да не по­ни­ма­ла, сколь­ко уси­лий приш­лось при­ло­жить ро­ди­те­лям, что­бы вы­хо­дить сла­бень­ких не­до­но­шен­ных близ­не­цов, да­же кор­мить их при­хо­ди­лось ед­ва ли не из пи­пе­ток. Но и тог­да отец не "за­бы­вал" о сво­ей лю­би­ми­це, и поз­же его вни­ма­ния, нес­мот­ря на веч­ную за­ня­тость, хва­та­ло всем тро­им де­тям.
Как он гор­дил­ся, ког­да маль­чиш­ки выб­ра­ли его про­фес­сию! "Да, и ха­рак­те­ром ре­бя­та пош­ли в не­го. Прав­да, у каж­до­го своя особинка: Паш­ка, де­сять раз по­ду­ма­ет, а лишь по­том сде­ла­ет, Саш­ка час­то ру­бит с пле­ча, - раз­мыш­ля­ла Нас­тя, про­ха­жи­ва­ясь по пер­ро­ну в ожи­да­нии при­бы­тия по­ез­да. - Вот и смерть па­пы пе­ре­жи­ва­ли по-раз­но­му...".
Нас­тя уже нес­коль­ко лет не жи­ла в ро­ди­тельс­ком до­ме. Пос­ле смер­ти от­ца хо­те­ла вер­нуть­ся, но братья не раз­ре­ши­ли - не ма­лень­кие, под­де­рж­ку и за­бо­ту о ма­те­ри взя­ли на се­бя. А она осо­бен­но и не соп­ро­тив­ля­лась. Паш­ка и Саш­ка - они же муж­чи­ны, им по при­ро­де не по­ло­же­но по­ка­зы­вать го­ре, хо­тя, чувство­ва­ла де­вуш­ка, то­же стра­да­ли. Ей же на­хо­дить­ся в квар­ти­ре, где все на­по­ми­на­ет об от­це, стало вдвой­не тя­же­лее, ес­ли ря­дом бы­ла ма­ма.
Сос­ре­до­то­чив­шись на ее по­дор­ван­ном здо­ровье, о сво­их пе­ре­жи­ва­ни­ях де­ти пред­по­чи­та­ли не го­во­рить. Всем вмес­те им уда­ва­лось соз­да­вать внеш­нее спо­кой­ствие и бла­го­по­лу­чие. То, что пе­ре­жи­ва­лось внут­ри, тща­тель­но скры­ва­лось друг от дру­га и пос­то­рон­них глаз.
... Ког­да ус­по­ко­и­лось пер­вое вол­не­ние от встре­чи и ма­ши­на дви­ну­лась в сто­ро­ну до­ма, Нас­тя, все ча­ще от­во­дя взгляд от до­ро­ги, с тре­во­гой пог­ля­ды­ва­ла на мать в зер­каль­це зад­не­го ви­да: "Что с ней слу­чи­лось? Мо­жет быть, ка­кая-то но­вая бо­лезнь при­це­пи­лась: от­ку­да этот ру­мя­нец на блед­ных ще­ках, поч­ти мо­ло­дой блеск в гла­зах?".
Как буд­то от­ве­чая на воп­ро­сы де­вуш­ки, мать ос­то­рож­но пог­ла­ди­ла  ее по го­ло­ве - сов­сем как в детстве, ког­да хо­те­ла ус­по­ко­ить, и про­шеп­та­ла: "Те­перь, Нас­тень­ка, все у нас бу­дет хо­ро­шо".
Воз­мож­но, ког­да-ни­будь мама рас­ска­жет де­тям о слу­чай­ной по­пут­чи­це, пе­ре­вер­нув­шей ее жизнь. Раск­рыть ду­шу пе­ред че­ло­ве­ком, ко­то­ро­го ни­ког­да не уви­дишь, ока­за­лось лег­ко. Она до­ве­ри­ла еще не по­жи­лой жен­щи­не са­мые по­та­ен­ные свои ду­мы о том, что до сих пор не предс­тав­ля­ет сво­ей жиз­ни без му­жа и меч­та­ет уй­ти вслед за ним. На что ус­лы­ша­ла: "А де­ти? Ты действи­тель­но хо­чешь, что­бы они уже сей­час, в мо­ло­дые го­ды, ког­да да­же о ста­рос­ти еще не ду­ма­ют, пе­ре­жи­ли то, с чем лю­ди стал­ки­ва­ют­ся, став муд­рее и опыт­нее? Они уже по­те­ря­ли от­ца, ты уве­ре­на, что твои де­ти долж­ны пе­ре­жить еще и по­те­рю ма­те­ри? Не ве­рю, что ты не хо­чешь уви­деть сво­их бу­ду­щих вну­ков".
Вот и она не ве­ри­ла...