Йошкаролинка Ульяна Грищук рассказала корреспонденту «МП» удивительную личную историю превращения журналиста и помощника депутата Госдумы в чемпионку мира (!) по спорту на пилоне, а также объяснила, что это за вид спорта, и в чем разница между танцем на шесте и стриптизом.
Ты – стриптизёрша!
До пилона спортом я не занималась, а в школе вообще была освобождена от физкультуры. История тут такая.
Когда я познакомилась с будущим мужем, у меня была сломана нога. Сломала я ее в походе - мы ездили на игрушку, будущий муж там тоже был. Он меня спас. Хотя друг другу мы тогда абсолютно не понравились. Если бы не нога, мы бы больше не увиделись. Мужа Артур зовут. Любопытно, что на следующий год, когда мы праздновали годовщину знакомства, я сломала вторую ногу. Травматолог смотрел карту и очень смеялся.
А еще через год я занялась танцами. Вообще, меня с детства восхищал балет, но в балетную школу в свое время не взяли, потому что я была уже «старая» – училась в 5 классе, когда наша семья с «десятки» переехала в Йошкар-Олу. Так вот, я пошла в боди-балет, в платную секцию. И в какой-то момент почувствовала, что болит колено.
Врачи в Йошкар-Оле говорили о повреждении мениска, советовали оперироваться. Колено опухло, перестало сгибаться, я практически только лежала и начала набирать вес. Валерий Басин, руководивший тогда «Московским комсомольцем», отправил меня к своему другу, хирургу. Оказалось, что из-за этой выворотности ног в танцах сместился какой-то хрящик и начала развиваться доброкачественная опухоль.
Все почистили. Врач меня не жалел, говорил, что я молодая девчонка, что ноги пригодятся - ты, мол, не знаешь, куда заведет тебя жизнь. Заставлял после операции ходить. Было дико больно, колено постоянно опухало. А через полгода я должна была чем-то заняться, колено разрабатывать. И тут на пляже увидела красивую девочку. Подумала, что она фитнес-тренер, а она оказалась тренером на пилоне. Я тогда не знала, что такое пилон. Она сказала: «Ну, шест это!» Я ответила: «А, ты – стриптизёрша!». Она стиснула зубы, покраснела и говорит: «Это другое!»
В общем так я пришла на пилон. Но не успела прозаниматься полгода, как меня выдернули в Москву.
Отчислили за два дня до госэкзамена
Когда-то я 10-м классе я пошла в литературное журналистское объединение «Апрель» к Светлане Смирновой. Ради тусовки. Меня это затянуло. Вообще журналистом я работала долгое время. Была президентом Лиги юных журналистов Марий Эл, занималась общественной деятельностью и не представляла, что могу заниматься еще чем-то, кроме журналистики. Потому поступила на филфак пединститута. Журфак тогда только открывался, не рискнула туда пойти.
Вуз, кстати, я не окончила. Постоянно ездила по журналистским фестивалям, занимала какие-то места и меня отправляли уже на другие фестивали. Декану это не особо нравилось - сессия, а мне приходит вызов. Сначала я перевелась на заочное отделение, потом пропустила еще одну сессию – мне делали операцию на колено, а когда пришла на пересдачу, экзамен преподаватель у меня не приняла, не буду говорить кто, и отправила к другому преподавателю. В общем за два дня до госэкзаменов меня отчислили.
Сексуальный эксперимент
Когда-то соревнования по пилону предполагали, что каждый выходит и делает все, что ему угодно. Номера были очень разные, был очень большой разброс, не было никаких требований. Соответственно если ты тренер - идешь в профессионалы, если ты не тренер - идешь в любители. И первые соревнования, в которых я участвовала, по такой схеме и проходили. Это было в 2011 году в ресторане «Маска». Я прозанималась тогда три месяца и заняла первое место.
Сейчас есть три основных направления. Первое – это арт, где нужно показывать какую-то историю. Ты можешь быть бабочкой или кошечкой, танцевать образ и делать абсолютно любые трюки или вообще их не делать, но как-то существовать на сцене и раскрывать себя для того, чтобы зрителю была понятна история, которую ты рассказываешь. Это самое красивое, самое нескучное направление пилона. Сидишь и, как в кино смотришь номера.
Второе направление – это спорт на пилоне или pole acrobatic. Это как раз шестовая акробатика и силовые элементы с прописанными правилами, с обязательными элементами и лимитом по времени. Как раз в апреле в Сочи пройдет чемпионат России по системе IPSF, участники которого выступают в трех категориях - любители, профессионалы и элита. Я выступаю в категории элита. Тут собраны победители разных соревнований, чаще всего люди со спортивным прошлым – гимнастки, а также циркачки, акробатки, балерины. Это такая борьба титанов, с которыми пытаюсь бороться я. Мой максимальный результат в IPSF – третье место в элите в прошлом году.
Спорт – это самое жесткое, выматывающее направление пилона. К нему сложно подготовиться. Это и ежедневная борьба с самим собой, и математика, когда тебе нужно просчитать каждое движение. Минимум элемент стоит 0,1 балла, максимум – 1 балл. За 4 минуты выполняется 11 обязательных элементов. Соответственно, за них ты можешь набрать 11 баллов. Но их никто никогда не набирал, поскольку судьи штрафуют, не засчитывают элементы, пилоны скользят, руки потеют, а сам ты волнуешься.
Третье направление – экзотик. Самое сексуальное направление пилона, когда девушки на высоких каблуках танцуют под музыку. Это направление, с которого начался спорт. В 1960-е годы в Америке девушки танцевали в клубах вокруг шеста и выгибались с той целью, чтобы мужчины оставляли больше денег. Это танец без пошлости, без раздевания.
Я сама начинала с арта. Больше всего соревнований у меня в спорте. А в экзотике никогда не участвовала, хотя эксперимент был. В баре «Чикаго» в прошлом году я танцевала номер на барной стойке на шесте. Всем очень понравилось. К сожалению, есть только первые две секунды видео.
Мечта любого мужика
Муж сначала смеялся над пилоном, по-дружески подтрунивал: «В принципе жена-стриптизёрша – мечта любого мужика, я не против, занимайся». Я отвечала, что это не стриптиз, мол, ты вообще не понимаешь, что там больно, что руки скользят и ничего не получается.
Как-то мы шли мимо 14-й школы. Там есть трубы, в обхвате примерно такие, как пилон. И я показала мужу трюк, который только что выучила. Он попытался повторить и не смог. Хотя он такой прокаченный, занимался паркуром, кубики на прессе, все дела. Это его завело. Как раз тогда я уехала в Москву, а он пошел, записался к моему тренеру и через три месяца участвовал в соревнованиях. Занял тогда первое место в Йошкар-Оле, второе на ПФО, а на России в Питере, куда мы оба поехали, стал третьим среди 12 мужиков. А потом бросил. Сказал, что это легко, неинтересно, и выкинул медали. С тех пор выступает только на шоу.
Самокритика – большой плюс
На самом деле все это началось с понимания, какая огромная пропасть была между мной и девочками, когда я начала заниматься пилоном. Первый раз я выступила в любителях в «Маске», заняла первое место, и с тех пор участвовала в профессионалах, а затем в элите. Тут выступают какие-то невероятные люди. Например, ты растягиваешься на разминке, вроде бы делаешь шпагат, касаешься попой пола, а рядом сидят девушки с минусовым шпагатом – одна нога у них на стуле, а сами на полу – и говорят, что сегодня у них ничего не тянется. И ты задумываешься – а что я тут делаю?
В общем я договорилась сама с собой, что всегда буду сравнивать, оценивать. Когда смотрю пилонное видео, например, вижу, где люди не дорабатывают. Как тренер обязана это видеть. А свои выступления вообще не могу смотреть – здесь не дотянула, здесь не довернула, здесь можно было сделать шпагат повыше и так далее.
Но это недовольство и самокритичность – большой плюс для моих учеников. Я вижу недочеты и заставляю дорабатывать, поэтому, наверное, сейчас нас знают в России. Более того, нас боятся. Перед Новым годом мы ездили в Москву на первенство среди любителей по воздушно-спортивному эквилибру и привезли семь медалей и кубок.
Приходят и мальчишки
Конечно, у нас есть талантливые ученики. Занимаются, правда, сейчас в основном девочки, мужской группы нет. Хотя, когда мы только открыли студию, была целая группа мальчишек из 12 человек. Впрочем, у других тренеров мальчишки индивидуально занимаются.
Наши ученики – это люди, которые обычно приходят к нам и говорят: «Ой, я этого не умею, но очень хочу заниматься». Что неудивительно - мы не в Москве, не в Санкт-Петербурге, где человек, может, занимался пять лет в другой студии. В нашем городе студия одна – «CrazyPole». Ее руководитель Светлана Сунцова. Она же мой тренер. Всего у нас пять тренеров.
Битва с титанами
Самый крутой для меня результат – третье место на чемпионате России 2017 года по версии IPSF. Это была битва титанов. Дело в том, что у нас есть несколько человек, которые борются за первое место на России и потом борются за первое место на мире. Это как в фигурном катании или в художественной гимнастике: Россия выходит на мир, где минимум один человек обязательно попадает в тройку. Бороться с этими людьми - что-то нереальное. Вот пример.
По системе IPSF (Международная федерация спорта на пилоне) на данный момент ты можешь набрать максимум 55 баллов. Мировой рекорд 54,8 балла. Девочки, который выступали на России в прошлом году, набрали 51 и 53 с копейками. Я набрала 25. А у девочки, занявшей последнее место, было в районе минус 20. Да, возможно и такое, штрафы можно ставить бесконечно. Поэтому, когда я говорю, что мне приходится соревноваться с титанами, это действительно так.
Если я буду участвовать на России по версии IPSF в этом году как спортсменка (а как тренер буду точно) в апреле в Сочи, мне будет интересно не занять какое-то место, а узнать, насколько больше 25 баллов я смогу набрать. Поскольку первые два места дают выход на чемпионат мира, на котором с суммой ниже 45 баллов делать нечего.
О чем пишет Ульяна Грищук в социальных сетях
«Я ненавижу мышечную боль»
Да, это так. Я ненавижу, когда у меня все болит. С трудом заставляю себя ходить в тренажерку раз в неделю, ненавижу два дня после этого – все тело ломит. И после пилона, когда готовишься к соревнованиям тоже самое. Тяжело переношу боль. Чтобы поспать нормально, готова, например, напиться обезболивающих.
Сейчас, правда, полегче, но первые годы занятий тело было в шоке. Ты пытаешься прыгнуть выше головы – составляешь программу, делаешь ее неуверенно, но каким-то чудом делаешь. Это выматывает. Помню, мы сидели на диклофенаке, делали уколы, пили таблетки. Иначе не могли сделать программу полностью. Сейчас такого нет, организм адаптировался.
«Грищук, очнись, у тебя первое место»
Это было на чемпионате мира-2014 в Праге на награждении. Я не понимала тогда вообще ничего. Награждали друг за другом детей, юниоров, любителей, профессионалов. Объявляли, они выходили, играл гимн, потом были слезы, радость, и это продолжалось около часа. Нашу категорию, как самую зрелищную, топовую награждали самой последней. Речь шла на английском, а поскольку это был уже вечер изнурительного дня, мозг устал переводить. В общем я стояла в коматозном состоянии. Помню, у меня болела рука, начали отпускать тяжелые препараты, которыми накачал врач, чтобы рука не отнялась, и я смогла выступить. Я так стою и в какой-то момент ловлю себя, что вокруг какая-то странная тишина. Такое бывает, когда отключаешься, перестаешь слышать звуки вообще. Тут я начинаю вертеть по сторонам головой, и слышу фразу «Грищук, очнись, у тебя первое место». Это сказал президент федерации Александр Закиров, на тот момент он называл себя Александр Нет. Меня вытащили, дали кубок, повесили медаль, но я еще ничего не понимала. Стояла тишина, все ждали, пока до меня дойдет. А когда я начала реветь, зал взорвался.
«Хочешь сделать красивее, устанешь в миллион раз больше»
На самом деле, чтобы добиться такого уровня, когда ты можешь свободно выйти и выступить в свое удовольствие, нужно очень много работать. Нужно учитывать столько факторов, что одновременно на всех мозг сосредоточиться не может. Тебе нужно отдельно, например, отработать натянутые стопы, выпрямленные колени, смотреть, чтобы не болтались, как желе, ноги, за что обычно самые большие штрафы. Нужно следить за тем, чтобы все элементы были сделаны в нужный ракурс для судей и для зрителей, учитывать высоту пилонов, скорость их вращения, а они крутятся по-разному, могут быть из разного материала, самые качественные, если тело разогрето, прилипают, а если полировка и качество другое, начинаешь скользить. Нужно просчитать температуру: если софиты на сцене, значит воск, который используется на пилоне, потечет. Соответственно, если хочешь сделать красиво, ты должен все продумать, несколько раз все прогнать и за всем проследить. Это дорогого стоит.
«Я получила 0 баллов на России»
Это было на чемпионате России через полгода, как я приехала с чемпионата мира. У нас есть три федерации, поскольку нет официально зарегистрированного вида спорта. Каждая сама себе пишет правила. Одна федерация проводит международные соревнования в Москве, вторая (Александра Нета) проводит чемпионаты в России и в мире, у третьей федерации – IPSF самые жесткие правила. Первое место я заняла на чемпионате мира, который проводила федерация Александра Нета. Выступала среди профессионалов в категории без спортивного прошлого. Может, поэтому до мира и дошла, потому что мне не нужно было соревноваться с гимнастами, акробатами и так далее. После этого у меня была цель, мечта - войти в десятку на чемпионате России IPSF.
Но одновременно было состояние непоколебимой уверенности в себе: я много-много работала и, наконец, доработала до того, что я могу выступить и сделать круто, что я перестала быть непонятной девочкой, которая непонятно что делает рядом с крутыми тетями, и вот я наконец-то могу. Было такое странное ощущение – что бы не произошло, я все равно сделаю. Я чемпионка мира, столько лет занимаюсь.
В таком состоянии я поехала на чемпионат России. Поехала одна, без тренера, без мужа. Все было отработано, программа была очень сложная, много трюков на единицу. Я была уверенна в том, что в десятку я по любому войду. Нас было 27 человек. Я по жеребьевке выходила 8-й или 10-й. Онлайн-трансляцию смотрели больше 10 тысяч человек.
Я вышла, начала выступать. До сих пор смотрю первые полторы-две минуты и понимаю – это гордость. Пилоны были более толстые, чем мы привыкли. И в какой-то момент я понимаю: что-то идет не так. Осознаю, что пропустила один элемент. И не знаю, то ли дальше делать пропущенный элемент потом, то ли делать его сейчас. Иначе получится, что я его вообще не попыталась сделать! А какой штраф, я не помню! Пытаюсь вспомнить, посчитать, время идет. Делаю дальше, путаюсь в музыке, доделываю связку, слезаю, перехожу на второй пилон. Залезаю на него, хочу выполнить силовой подъем и понимаю, что руки меня не держат. Слезаю. Понимаю, что не могу сдаться, снова залезаю и падаю. Хочу продолжить без этого трюка, но даже не могу залезть на палку.
Музыка играет, остается минута, а я не сделала много всего. Держусь за пилон, кланяюсь, собираюсь уйти и в этот момент меня прорывает – не могу поверить в то, что я не сделала. Как?! Я же была настолько в себе уверенна, а не смогла закончить программу. У меня такого никогда не было. Музыка выключается, и технический судья говорит, что неоконченное выступление – это ноль баллов…
Последней выступала Кристина Думанская. А мы с ней переживали, болели друг за друга. Когда я зашла в гримерку, она была в наушниках, подняла голову, но я забилась в глушь и сидела там, чтобы она меня не увидела. Она выступила и заняла первое место. Хлынули эмоции. Мы сидели, обняв друг друга, и рыдали. Я не хотела возвращаться домой.
Фото со страницы Ульяны Грищук "ВКонтакте".
