Приехав в отпуск, уроженец Советского района Марий Эл Александр Смирнов навестил волонтеров «Сердца матери», отправляющих в зону СВО гуманитарную помощь. Он рассказал о существующем положении дел на фронте, настроениях бойцов и ответил на вопросы женщин, всей душой радеющих за победу.
Вместо предисловия
О том, что Александр едет домой, супруга Таисия узнала внезапно, когда муж был уже в пути.
‒ Саша в дороге позвонил и попросил: «Сделай баню к семи, купи мясо – вечером будем жарить шашлыки». Мы в шоке. Четырехлетняя дочка сидела со мной в машине, как услышала разговор, закричала: «Папа, папа!». Муж попросил не говорить старшим детям, хотел сделать сюрприз, но не вышло: младшая всем рассказала, что папа едет, - смеясь, рассказала она.
«Не думаем, что будет в далеком завтра»
В офисе «Сердца матери» Александр сразу отметил: там, где он служит, всегда было нормальное обеспечение продуктами, боеприпасами, вещами. Но от имени бойцов он хочет выразить благодарность каждому, кто собирает и привозит гуманитарную помощь, порой, рискуя жизнью.
‒ Вы – наша реальная помощь. Понимаю, что вы все пропускаете через свои сердца. Но надо набраться сил и терпения – мы обязательно победим, - отметил он и напомнил, что до осени прошлого года сам лично каждый месяц приезжал за посылками в штаб, и все, что приходило, собирал и доставлял ребятам. ‒ Со временем мы все стали опытнее, знаем, какое минимальное количество вещей нам нужно для службы. Все свое носим с собой. Поначалу положишь всего-всего, а затем понимаешь: далеко такой рюкзак не унесешь. Перетряхнешь его раз, два – оставишь только трусы, носки, футболки, зубную щетку. Вернешься с позиции – заказываешь новое, либо покупаешь, если город неподалеку.
Волонтеры спросили совета: как убедить людей помогать «с миру по нитке»?
‒ Честно сказать, вообще не хочется демонстративно просить о помощи. Тот, кто хочет это сделать, соберется и поможет. Заставлять из-под палки не надо, чтобы человек не думал, что сделал одолжение. Это должно быть по велению души. Сейчас идет война технологий, и я понимаю, что один человек не может собрать сумму на покупку дорогих дронов, РЭБов и БПЛА. Но вместе, сообща, это возможно. Не надо прижимать человека к стенке и требовать, чтобы он «скинулся» на гуманитарную помощь. Нужно быть умнее, идти мягким путем. Фонтанировать идеями, как поддержать, может любой - а ты возьми и сделай! ‒ ответил Александр.
Одна из девушек-волонтеров, не сдерживая слез, вспоминает: первыми на помощь в «Сердце матери» приходили как раз те, у кого никого не было на СВО, но все бойцы в один момент стали родными. Следующий вопрос вызвал дискуссию: когда на родине что-то празднуют, радуются, гуляют, будто ничего не происходит, а там, на СВО, воюют – так и должно быть? Александр ответил по-философски:
‒ Я не знаю, как должно быть. Если люди живут нормальной человеческой жизнью, не теряя берега, это нормально. Не должны все люди надевать черные платки и сидеть в тишине. Работать, помогать – согласен. Мы не можем залезть людям в головы, поэтому остаемся самими собой и делаем все, что считаем нужным, - подытожил он. - Скорбить и вспоминать о наших ребятах, отдавших жизнь за родину, будем, когда вернемся. Пока нельзя – идут бои, надо воевать.
Окопная жизнь
Александр – заместитель командира роты. Говорит, они, пехота, ‒ те люди, которые непосредственно живут и служат в земле.
‒ Блиндаж выглядит как нора. У кого-то есть возможность сделать его максимально комфортно, с использованием пиломатериалов, у кого-то только – земляные стены, лампочка и печка-буржуйка. В основном стараешься делать по уму, с накатом из бревен, обшивкой. На одной позиции мы так обжились, что был централизованный свет на улицу (с помощью генератора), освещающий пять блиндажей. У кого-то даже телевизор стоял, - вспоминает Александр. - Когда три месяца не помоешься, хочется в баньку. Армейский душ – это хорошо, но в любом случае нужна вода, чтобы смыть мыльный раствор, даже если сухими салфетками протрешься, чувствуешь липкость.
Почему «Мирный»?
Свой позывной Александр выбрал в учебном центре Ульяновска. Руководство сказало бойцам выбирать их по городам.
‒ Позывной должен быть коротким и легко выговариваемым. Йошкар-Ола не подходит, Волжск не подходит, Козьмодемьянск – долгая песня. Я почему-то вспомнил город на берегу Северного Ледовитого океана и выбрал его. Как раз он звучен моей фамилии.
Стараемся с ребятами общаться по позывным, но ради разнообразия можем и по отчеству, и по имени-отчеству. Чтобы не забыть, кто ты есть. Позывной часто дает понимание, откуда человек приехал. Днепр, Амур… Для командиров рот выбирали позывные-реки, для их замов – города. Для командиров взводов – деревья. Это отдельная история. Командир говорит: «Мужики, даю время, выбирайте позывной. Не выберете – сделаю это сам». Кто-то из парней в назначенное время не уложился, ну и стали они «Тополь-1», «Тополь-2», «Тополь-3», в зависимости от номера взвода. Третий, кстати, из Медведевского района Марий Эл.
Чего ждать?
На вопрос о наступлениях он напоминает: нет такого, что целый месяц идет наступление. Все меняется в зависимости от задач, которые ставят бойцам наверху. Утром может быть тишь да гладь, а вечером птиц не слышно…
‒ Мы стараемся не думать о том, что произойдет в далеком завтра. Не строим планы «Вот когда победим…». Будешь обо всем этом думать – с ума сойдешь. Проще служить, когда знаешь задачу и выполняешь ее, живешь дальше. День прошел – отслужил, ночь прошла – полет нормальный. Когда не думаешь о глобальной политике, служить легче. Какая разница, если нам сейчас все равно воевать? Это лично мое мнение, за других говорить не буду. Подобные мысли ничего не изменят, только отвлекут.
Один из самых часто задаваемых бойцам СВО вопросов ‒ будет ли Победа. Александр, ни секунды не сомневаясь, произносит: «Конечно, будет. Вопрос времени!». В добровольцев это вселяет надежду, но тут же они делятся собственными страхами: люди стали меньше и реже помогать, а ведь именно тот поддержки, в том числе финансовой и вещевой, зависит успех операции и скорость ее приближения!
Вместо послесловия
Отпуск у Александра длится до седьмого июня. С Таисией они стараются не думать о моменте, когда семье вновь придется разлучиться.
‒ Когда муж принял решение отправиться добровольцем в зону СВО, я часто спрашивала: «Ты и правда думаешь, что нужно ехать?». Не могла уговорить. «А если я скажу: «Нет»? – Ну, значит, будешь думать до тех пор, пока не скажешь: «Да», - цитирует супруга слова бойца.
- Старшей дочери сообщили не сразу. Сын много плакал. Усугубило ситуацию то, что он узнал об этом не от меня. Я просто не успела, собиралась с духом. В школе был случай, когда учительница повесила разноцветные листочки - синий и желтый - рядом. Сын упрекнул: «Вы зачем украинский флаг на доске выкладываете?». Несмотря на СВО, детям мы стараемся донести, что люди бывают разные, не утверждаем, что здесь – только друзья, а там – только враги. Рассказываем, что страна попала в непростую ситуацию.
Читайте также: Александр Смирнов стал победителем электронного предварительного голосования «Единой России» в Марий Эл
