Андрей Мамаев работает в следственном изоляторе № 1 в Йошкар-Оле уже 23 года. За это время Андрей дослужился до дежурного помощника начальника СИЗО, ему присвоено звание майора внутренней службы, и он давно привык к лязганью замков за спиной. Сегодня под его присмотром сидят и бывший мэр Йошкар-Олы Павел Плотников, и бывший министр госимущества Наталья Хайруллова.
Психологически тяжело
Андрей Мамаев пришел на службу в следственный изолятор случайно – знакомый рассказал, что в СИЗО набирают сотрудников. К тому времени молодой человек вернулся из армии и уже успел устроиться в отдел милиции.
- Тогда при поступлении сюда на службу был конкурс – два человека на место, - вспоминает мужчина. – Хотя текучка, конечно, была. Все же работа серьезная и психологически тяжелая.
Еще бы! Проходя по коридорам изолятора и слушая постоянно лязгающие за твоей спиной замки, не каждый сможет сохранить душевное спокойствие. Даже при том, что сам пришел сюда на службу, а не тебя привели под конвоем.
- Знаю случай, пришел молодой парень устраиваться, тоже после армии, посмотрел на обстановку … и больше не вернулся, хотя вроде и собеседование прошел, - продолжает мой собеседник. – Потом он признался, что атмосфера для него слишком тяжелой оказалась.
Надзор за подследственными
Впрочем, наш герой благополучно справляется с тяготами тюремной службы уже 23 года. Тем более, когда-то в изоляторе работал его отец, Иван Алексеевич, правда, на гражданской должности.
Сначала Андрей был младшим инспектором. Для этого пришлось пройти двухмесячную подготовку в учебном центре. Помимо прямых обязанностей сотрудника системы исполнения наказаний, мужчин и женщин готовят там физически и морально. Для нашего героя, кандидата в мастера спорта по дзюдо, силовые упражнения не стали сюрпризом. Пройдя все тяготы «учебки», Андрей приступил к службе в изоляторе.
- В мои обязанности как младшего инспектора входил надзор за подследственными, - объясняет мужчина. – Стоишь на посту, следишь, чтобы они придерживались распорядка, не нарушали режим.
Предательство интересов службы
Смена длилась – и тогда, и сейчас – по 12 часов. И все это время сотрудник не имеет права даже присесть на стул. Точнее, в коридорах СИЗО и стульев-то нет. Инспектор ходит вдоль стены с дверями камер, иногда заглядывает в ту или иную, проверяя подследственных. В разговоры, кстати, с ними вступать нельзя.
- Это может привести к предательству интересов службы, - объясняет Андрей Мамаев. - Бывали случаи, когда люди в камерах пытались найти точки соприкосновения с сотрудниками, например, общих знакомых. Порой давят на жалость. А потом могут начаться какие-то просьбы вроде пронести телефон или что-то еще.
Слабые не нужны
Естественно, такие проносы незаконны. И дежурный нехотя признается, что, как в любой системе, в изоляторе также бывали случаи, когда сотрудников ловили за руку на таких вот правонарушениях.
- Это люди со слабым характером, - считает Андрей. – И такие сотрудники нам, естественно, не нужны. Обычно мы распознаем их еще при поступлении на службу и сразу отсеиваем. Но бывает всякое.
Минимум, что можно получить за такой проступок - увольнение, максимум – уголовное дело.
13 лет на посту
В 1996-ом году Андрей Мамаев был назначен на должность заместителя дежурного по СИЗО. Теперь он уже сам расставлял посты и проверял работу инспекторов, учил молодых сотрудников. Через шесть лет мужчина становится начальником дежурной смены, кем и является по настоящее время. Параллельно он получает высшее юридическое образование.
Сейчас в обязанности нашего героя входит проверка постов, стабильная работа всех сотрудников учреждения и многое другое. Весь день он проводит в стенах изолятора, в котором основной действующий принцип: следующая дверь отпирается только после того, как запирается – на два оборота ключа – предыдущая. Конечно, это психологически тяжело, но, как признается Андрей, с годами привыкаешь.
Пока был на дежурстве, стал отцом
С такой службой времени на хобби почти не остается. Зато семья у моего собеседника дружная и понимающая. С женой Валентиной они сочетались браком еще до армии. Старший сын Константин родился, когда Андрей топтал солдатские сапоги в Подмосковье. Да и младший - Кирилл - появился на свет как раз во время очередного дежурства Андрея в изоляторе. А как сообщить будущему счастливому отцу даже о таком важнейшем событии, если мобильные телефоны в изолятор всем сотрудникам проносить запрещено?
- Пришел домой, спрашиваю сына: мама где? А он отвечает: рожать уехала, - улыбается наш герой. – Только так и узнал.
Суровые порядки
Весь день – с подъема в шесть утра до отбоя в 22 часа – на территории изолятора играет радио. В йошкар-олинском следственном изоляторе, который 8 февраля отметил свой 79-й день рождения, сейчас содержится около 200 человек, находящихся под следствием либо уже отбывающих наказание – это отряд хозобслуги. В камерах обычно размещают от одного до десяти человек. Причем, в том числе, в зависимости от пристрастий к пагубным привычкам – есть камеры для курящих. Кстати, таких, как признают сотрудники СИЗО, гораздо больше. Несовершеннолетние подследственные тоже находятся в отдельном крыле, как и мужское, и женское «население». Сидят сегодня на Советской 100 и вместе со всеми слушают радио "знаменитые" подследственные это бывший мэр Йошкар-Олы Павел Плотников и бывший министр госимущества Наталья Хайруллова.
За нарушение режима подследственным сначала выносят устное предупреждение, за повторный проступок – письменное в занесением в личное дело. Самых злостных нарушителей отправляют в карцер – одноместную камеру.
Важная работа
В системе исполнения наказаний стаж службы по отношению к гражданским должностям идет быстрее – год за полтора. Андрей Мамаев, имея за плечами столь серьезный стаж, признается, что на пенсию пока не хочет. Все же за столько лет даже к такой работе привыкнуть можно, особенно, если понимаешь, что делаешь важное дело. Вот и наш герой надеется, что еще послужит охране правопорядка. Ведь, как ни радужно было бы помечтать, вряд ли когда-нибудь все граждане станут законопослушными и камеры следственного изолятора в Йошкар-Оле опустеют.
