Йошкаролинка Антонина Цвекалова прикована к квартире, которую заливают дожди, а ее соседка Алевтина Юртикова готовит у плиты под летящими сверху кусками потолка.
На улице Машиностроителей в Йошкар-Оле за тенью тополей доживают век двухэтажки, среди которых особым убранством фасада и крыши выделяется дом №26. Дом старый, в каком году построен, не каждый из его жильцов и скажет. То ли в 1951-м, то ли в 1946-м.
Во дворе гуляют дети, в подъезде сыро и жутковато. Осыпавшийся потолок, скрипучий пол, деревянные лестницы, кривые косяки, балконы, рухнувшие водостоки и никакая крыша. Потолок и стены в ржавых подтеках. Местами отвалились целые куски штукатурки. Над дверьми много проводов, а в углах паутины.
А вдруг пожар?
Подтеки свежие. Когда лили дожди, тут, говорят жильцы, успевали менять тазики и ведра – второй этаж заливало. Крыша худая. Тару жители дома не убирают до сих пор.
- Вот последний ливень был, мы по 10 ведер вытаскивали! - восклицает Алевтина Юртикова из 9-й квартиры. – Соседка с первого этажа еще говорила, мол, что вы там льете? А это у нас с потолка вода бежала, а потом к ней в комнату.
- Знаете, когда идет дождь, спать невозможно. Вода по потолку и стенам течет. Мы кровать двигаем. Иной раз на пол в сухое место ложимся, - рассказывает Руфина Халтурина.
Женщина живет в квартире №8 вместе с мужем, дочкой и внучкой. Переехала сюда в 1983 году, как вышла замуж.
- Уже 30 с лишним лет живем, и эта «красота» у нас постоянно, - замечает Руфина. А сама, похоже, больше боится не того, что дом постоянно топит, а пожара – сырости ветхая проводка в подъезде может не выдержать. Соседка Антонина Цвекалова рассказывает, что на ее памяти уже было два пожара. Горела проводка. Второй раз совсем недавно и именно после дождя.
- Если бы не Надя - наша знакомая, которая заметила возгорание - мы бы в тот день все сгорели, - с ужасом вспоминает женщина.
Чтобы сделать потолок, нормально не ела три месяца
Проводку у себя поменяла Алевтина Яникова из 7-й квартиры. Вообще, жители стараются делать ремонт и хоть как-то обустроиться даже в таком жилище. В комнате у Антонины Цвекаловой, например, потолок ровный и красивый.
- Мы доски покупали, килограммов пять гвоздей, наколачивали, потом слой ДВП пускали, потом все это оклеивали, - рассказывает женщина. Правда, под потолком вдоль гардины, от стены до стены все равно видны страшные желтые следы.
- Чтобы черноту на потолке скрыть, она три месяца нормально не ела – пенсию копила, - тихонько добавляет соседка.
Ремонт идет и в комнате у Алевтины Юртиковой. Отштукатурена стена, установлена новая дверь. А наверху вместо потолка… сырые доски.
- Мы что-то тут пытаемся сделать, но это мартышкин труд, - разводит руками Юртикова. – Вы посмотрите в туалете! Там потолок сыпется. Как мне, как моему сыну, простите, на «очко» садиться? А вдруг чего?! Вон, я суп варила, так в кастрюлю глыба упала! Кусок с потолка отвалился!
Потолки и в самом деле во всех квартирах в изломанных трещинах, в плесени, местами набухшие от влаги - того и гляди упадут.
Забыли покрыть крышу
Алевтина Яникова рассказывает, что в последний раз дом №26 капитально ремонтировался, когда ее будущий муж ходил в школу. Сейчас супругу 60 лет.
- Мы обращались в прокуратуру, - говорит женщина. – После этого в подъезде ремонт сделали, но забыли покрыть крышу. А ей надо было сначала заниматься. Говорили, что кровлю делать не будут из-за задолженности жильцов по платежам. Но те задолжавшие люди уже умерли. Они на первом этаже жили. У них действительно большие суммы. Но мы то платим, у нас долгов нет.
Женщина замечает, что нынче она трижды ходила в домоуправление просить, чтобы крышу починили. Но нашла только диспетчеров.
- Дом старый, он сыпется. Его надо признать аварийным. И под снос, - считает Яникова.
- Я в администрацию ходила. Но нам говорят, что износ дома маленький, - говорит ее соседка Юртикова. – Либо пусть нас снесут, либо не тянут с ремонтом, если не хотят сносить. Но чтобы и горячая вода была, и ванна.
- В благоустроенных квартирах люди платят за эти же квадраты 4-5 тысяч, и мы за «гнилушку» такие же суммы, - замечает Халтурина.
«Зачем пятиэтажки сносят, скажите, пожалуйста?.. Как им не стыдно?!»
Тяжелее всех справляться с ливнями и холодом Антонине Цвекаловой. Женщина не ходит, на свежем воздухе не бывает. Инвалидная коляска не проезжает в узкую дверь. Ухаживают, помогают добрые соседи и знакомые.
- В ливни воду из моей комнаты женщина с 22-го дома приходила выносить, да девчонки помогали, все ведрами вытаскивали, - рассказывает Антонина Ивановна, а у самой текут слезы. – Так вот и живем. Мне 71 год, а ведь даже помыться негде! Вон, нашатырный спирт в пузыречках покупаем, им меня протирают. Возможно так жить, а? Зачем пятиэтажки эти сносят, скажите, пожалуйста?! (В Москве. – авт.) И на всю страну ведь говорят! Как им не стыдно?! Я эту болезнь получила, когда служила в армии. У меня облучение. Люди, которые со мной служили, детишек нарожали и уже давно умерли. Я у меня позвоночник разрушается… В моей семье в войну восемь человек погибли. Из всех только мамин родной брат вернулся. Один. А они молодые были!.. Я с 8 лет работала, соседки мои всю жизнь работают. Разве мы не заслужили ничего хорошего?..
«Мой дом гнилой. Пол меняли, когда в подполье упали диван и печь»
Комната, которую ремонтирует Алевтина Юртикова, ее несовершеннолетнего сына. Оставила бабушка.
- А сама я живу на Серова, 47-а, условия там еще хлеще, вы послушайте, - рассказывает женщина. – Та квартира муниципальная. По документам того дома давно уже нет, он снесен. Когда я голосовать ходила, мне говорили, что списках ни меня, ни дома нет. Но потом дом появился. И сейчас я не отношусь ни к какому домоуправлению. Деньги плачу в специальное окно, в кассу в здании с колоннами, которое находится на площади… Мой дом гнилой. Пол меняли, когда в подполье упали диван и печь. Тогда ко мне приходили из 4-го домоуправления. Привезли досок 10 штук и сказали, что этого хватит на 10 лет. Там у меня 26 квадратов общая площадь. С потолка тоже все бежит. Кругом тряпки. Туалет на улице. Печное отопление. Дрова заготавливаю сама. Мужа нет. Умер в 33 года. Он работал у меня, дороги строил. Хату дали ему. Одна я воспитала троих детей. Два сына и дочь. Воду наливаем в колонке, идти с полкилометра. Таскаю воду, как лошадь. До того натаскалась, что на ноге вена лопнула. Увезли на скорой. Сделали операцию, врачи спасли.
И ничего хорошего я не заслужила. Ко мне ни разу никто с проверкой не приходил, ни одна комиссия у меня не была. Я писала письма в администрацию, была на приемах. Письма эти есть. Мне говорили, что износ дома 60 процентов, мол, в ваших условиях можно жить хорошо, бывают дома еще хуже – это когда нас вас сверху балка падает. Так неужели дом, в котором я живу, до сих пор не аварийный?
Мэр Йошкар-Олы: горожане недовольны
О том, когда будет отремонтирована крыша дома №26 на улице Машиностроителей, мы поинтересовались в домоуправлении №11, где нам посоветовали обратиться в вышестоящую организацию – АО ЖЭУК «Южная». На имя директора управляющей компании мы отправили запрос с тем же вопросом, а также поинтересовались – запланирован ли капитальный ремонт этого дома и не является ли этот дом аварийным?
Совсем недавно, в июне, мэр Йошкар-Олы Евгений Маслов высказывался по поводу обслуживания домов управляющими компаниями и отмечал, что «львиная доля жалоб, которые поступают в администрацию, связана с недовольством горожан качеством обслуживания многоквартирных домов и дворовых территорий». При этом сегодня городская власть ставит задачу наладить нормальную работу компаний и сделать ее полностью прозрачной.
