Жена, казалось ему, считывала его насквозь. Не теребила, не настаивала на внимании к себе, дала ему справиться с собой самому. Хотя пару взглядов бросила, когда он сам подошел поговорить к бывшей... Та победно улыбнулась. "Зря подошел", - пожалел он про себя и удивился хладнокровию, вдруг пришедшему волной при приближении к ней. "Здравствуй, ты совсем не изменилась", - прозвучало естественно. То же выражение лица, "те" же тигровые платья, новые, но все "те" же. И чем они так нравятся женщинам? В хищницу все играет. Разглядывал ее Стас. "Здравствуй...", - спокойно сказала она. Он давно не слышал ее голоса. Резануло, даже дернулась какая-то мышца на лице. "Как живешь, милый, вижу счастлив со своей?" - тут же поинтересовалась бывшая. Ему показалось, что в самой интонации было пренебрежение и его счастьем, и "милым"...
Было время, когда одно ее слово могло бросить его на подвиги, особенно это - "милый". Кровь ударила в голову, но он сдержался. "Да, все хорошо. А ты опять в поиске?" - "Типа того", - она засмеялась и умолкла. Тот, к кому она ушла от него, оставив после себя руины, на ней так и не женился. А ему тогда казалось, что земля дрогнула под ним и нечем было  дышать. "Я тебе очень благодарен". - "За что? За вторую жену? Если бы не я, ты бы не был так счастлив". Странно, но казалось и бывшая считывала его мысли. " Просто у нас с тобой были разные представления о счастье. Ты хотела страстей, а я искал успокоения, что ли..." - подытожил Стас. Она так устало и нежно вздохнула, что ему стало ее жалко. Видно было, что страсти ее утомили, а годы, увы, не прибавляли свежести. И что можно было списать на шарм под тридцать, под сорок уже не выглядело убедительно.
Он вдруг увидел седину, миллиметр, но заметил, прибавившиеся морщинки, незнакомое выражение губ, с чуть опущенными  уголками... На таком, когда-то родном, хорошо изученном лице он искал то неуловимое, что было для него "ее лицо". Ее любимое лицо. И не мог уловить, ускользало оно, как будто она прятала теперь ту, которую Стас когда-то знал. Они стояли и молчали, пауза становилась все многозначительней, и она не выдержала. Поежилась в своем каком-то сразу ставшем несуразном и неуютном платье. Посмотрела печально и ушла.
Зазвучала музыка, все пошли танцевать. Он пригласил жену, обняв в медленном танце, прижал ее, а перед глазами стояло лицо первой жены. "Чужая, - пронеслось в его голове. - Стала совсем чужая..." "Ну, как вы поговорили?" - поинтересовалась жена. "Поговорили". - "Ты расстроился". - "Пройдет".
А уже немолодая женщина в тигровом платье с яркими губами и усталым лицом, не отрывая взгляда, смотрела на танцующую пару, где мужчина так бережно и нежно обнимал женщину.
Издалека она ей напоминала себя. Было нестерпимо больно видеть эту картину, поэтому она не стеснялась собственных слез. Больше всего на свете хотела бы сейчас оказаться на ее месте. В объятиях других мужчин она искала ту его нежность, хотела испытывать ту защищенность и надежность, которым доверяла так же, как и ему... А мужчины от нее уходили. Как когда-то от него ушла она. "Я тебя больше не хочу!" Оказалось, жизнь состоит не только из этого короткого слова "хочу-не хочу", а удовлетворенные желания не делали ее родней с очередным избранником...
А теперь она снова одна. Надо заботиться о себе самой, надо улыбаться и нравиться, надо надеяться на что-то, на новую встречу с кем-то. И надо что-то понять. Вот только что? ...Она стояла, смотрела, не стесняясь слез. "Надо что-то понять, надо что-то менять, что-то делать, так же нельзя дальше. Так же нельзя!" - думала женщина в тигровом платье, утомившаяся от самой себя....