Мама почти по-предательски поглядывала: "О-ой, ну и лицо у тебя! Что за профиль, в кого? Подбородка нет, нос торчит... Еще идет и нос задирает!" - "Мам, я ведь буду еще красивая?" - "Не о красоте надо думать! Учиться надо, книжки читать, образование получать - человеком надо стать!" И вязала с остервенением на вязальной машине, так что петли с игл соскакивали... "Нет, ну я же красивая, я точно помню... В детстве стою у зеркала, рядом папка нарядный, говорит мне: "Красавица ты моя!"...
А мама водит кареткой по машине, вязаное полотно до пола свисает, а сама думает: "Смотри-ка,  девка-то незаметно вымахала! Да хорошенькая какая... только пока об этом не догадалась. Как бы "по рукам" не пошла..." И мамины мысли наматывали пугавшие ее воображение сюжеты... А когда полотно довязалось, план был уже выполнен. "Нельзя девку наряжать. А то как бы не вышло чего. Лучше пусть ходит в чем есть, а то еще кто-то на нее глянет", - молча решила мама.
В школе, переодеваясь на физкультуре, дочка пряталась, чтобы никто не видел ее застиранного белья, натягивала вытянутый во всех направлениях спортивный костюм... И закусив губу, выходила в спортзал, чтобы встать среди нарядных одноклассниц в облегавших трико и ярких маечках, выгодно подчеркивавших их фигурки... Научилась скрывать увеличивающуюся с каждым годом грудь - "ловко" сутулясь.
Зимнее пальто она проносила с пятого по десятый класс. Пока зимой не приехала и не увидела, "ахнув", бабушка надвязанные рукава и талию чуть ли не у подмышек. "Что ж вы девку позорите?!" И пошла купила ей пальто в "Детском мире". Такое же, только размером побольше. Мама как-то бабушку убедила, что "так надо".
В жизни класса дочка активности не проявляла, чтобы лишний раз не быть на виду. Одноклассницы были хоть и не из особо зажиточных семей, но многие мамы шили, вязали, вышивали - старались одеть дочек поинтересней, пооригинальней, а там уж как у кого со вкусом. Ее мама тоже была рукодельницей - дома было полно вышитых скатертей, салфеток. Сама ходила в элегантных костюмах, которые вязала и шила собственноручно, а дочери говорила: "Чего выделяться-то? Скромнее надо быть!" Это и было украшением ее дочери - скромность и незаметность. Еще, правда, хранился у матери золотой кулон-часы с крышкой - от папы остался. "Это, доча, тебе. Когда вырастешь - наденешь!" А пока его носила сама мама, как и дорогие лакированные туфли, шляпки. И все с незаурядным вкусом... Но однажды принятое решение и опасения никак не позволяли точно так же отнестись к собственной дочери. А на улице уже была весна, зацвела сирень, девочка с мальчиком шла в кино... В маминой вязаной кофте, в свежесделанной "химии" на голове..."О-ой, ну волосы у тебя прям как сосульки на голове. Что попало - без слез не взглянешь! "Химию" пойди, что ли, сделай?" - впервые мама что-то предложила, чтобы как-то "украсить" дочь - и так неудачно... Волосы сожгли. Но мальчика не смущало ни количество волос на ее голове, ни во что девочка была одета - они счастливые  сбегали с уроков в кино... А мама не унималась, реализовывала "план" - чтобы дочь "много о себе не думала". Когда та приходила домой сияющей, переполненной впечатлениями, хотела поделиться с мамой, та говорила: "Не понимаю, чего он в тебе нашел?"...
...А они все-таки поженились, девочка родила и кормила малыша грудью. У нее как-то поднялась температура под сорок. Вызвали врача, ничего не обнаружили, температуру сбили. Муж в это время был на море и из теплых краев к девочке не вернулся... Мама очень хотела ее как-то развеселить, поддержать, порадовать, отвлечь от грустных мыслей - накупила нарядов, туфель и бесконечно повторяла: "Да ты ж у меня красавица! У тебя таких будет еще миллион!" Искренне говорила, правду, впервые в жизни... Только слова не попадали больше "в кровь".
Дочь в ответ смотрела на нее "невидящим" взглядом: "Мама, не ври мне... Я не красавица. И миллион мне не нужен... Помнишь, ты сказала: "Да что он в тебе нашел"? Вот думаю, понял он, что во мне нечего искать..."
Долго она выбиралась из депрессии. А потом вместе с дочкой уехала подальше от дома. От родных, близких, которые вырастили ее и воспитали, "по-своему" любили, заботились о ее счастье... Очень по-своему. Уехала, чтобы начать новую жизнь, чтобы узнать, какая она на самом деле, узнать самой, а не со слов мамы... Она красилась то в брюнетку, то в блондинку, то в рыжую... Ходила похожая то на Мэрилин Монро, то на Мирей Матье, то на Памеллу Андерсон. "Таких не бросают!" - решила в какой-то момент она. Оказалось, и "таких" бросают...
Мама, навещая ее в далеком городе, порой пугалась, видя ее каждый раз в новой "масти": "О-ой, намазалась-то! Думаешь, за красоту полюбят?" Но однажды ей встретился человек, который сказал: "Мне нравится твое лицо. Тебе не нужно ни на кого быть похожей. Я тебя люблю..."
...Уже на свадьбе внучки, все еще кокетливая и элегантная бабушка одергивала дочку, которой самой было уже к пятидесяти: "Не ешь много - муж разлюбит!"
Когда дочь испуганно озиралась на него с набитым ртом после маминых слов, муж вступился: "Мама! Да не дергайте ее. Я ее не за красоту полюбил - пусть ест”. И продолжил травить анекдоты с мужиками, незаметно взяв жену за руку: "Ешь, милая, я тебя не разлюблю!"