Она не кончится добром,
Ее шпионы всюду лезут -
Так прорастает серебром
Доныне ржавое железо,
 
Так страшен треск, что по ночам
Встревоженные люди слышат...
Ты никогда не замечал,
Что жизнь и мир в морозы тише?
 
А звезды покидают стан
Своих созвездий, и глазами
Ученых инопланетян
Следят, следят, следят за нами...
 

                   *   *   *
Все тот же сон... И я опять боюсь...
Как ту страну зовут? Наверно, Грусть -
 
В ней так унылы бездорожья дней.
Три странника опять бредут по ней.
 
И говорят разбойные ветра:
Давайте их поводим до утра,
 
Когда неяркий, но живой рассвет
Отменит весь гнилой и скучный цвет.
 
А поле засыпает на боку,
И говорит былинка сосняку:
 
"Прощай, любимый. Этою зимой
Мне вышел срок. Я тень себя самой..."
 
А те, кто нас сумели бы спасти,
Обречены без памяти брести.
 
В континуумах ветра, боже мой,
Они забыли свериться с луной.
 
В сквозных метелях, будто бы в плащах,
Они забыли плакать и прощать,
 
А под ноги босые им легла
Осколками усыпанная мгла:
 
Растоптана падучая звезда
Среди стекла и колотого льда...
 
Но трое, на кого надеюсь я,
Беспамятство и скуку не таят:
 
В течениях недобрых и чужих
Они забыли избранных своих
 
И, пламенем небес обожжены,
Ушли в просторы проклятой страны.
 
           *   *   *
Опять в груди горение,
В трахеях где-то; там
Зимние владения,
Не властны докторам.
 
Зима тебя не спутает
Ни с кем другим; она
Напрасно в шали кутает
Деревья и дома.
 
Бреди ее пустынями,
Как новогодний снег,
Как существо без имени,
Как просто человек.
 
Забудь свои сомнения
Под одеялом сна.
Душа твоя весенняя
Зимой унесена.
 
А все ее пророчества
Не стоят ни гроша.
Строит одиночество
Рай без шалаша,
 
Тихими беседами
Вечер веселит.
А у тех, что предали,
В глубине болит.