Свекровь не сдерживала негодования, выкрикивала ругательства. А она тогда торжествовала. Ее теперь любили и любила она. Ну и что, что женатый? А кто сказал, что она опять хочет замуж? Ей сорок, а все как молодая, хотя трое детей. Многие завистливо оборачиваются.
"О, Боже, какой мужчина, я хочу от тебя сына, я хочу от тебя дочку..." - неслось летом из каждого окна, а теперь осень с дождями, и она сидит в растрепанных чувствах и ждет, что покажет тест на беременность. Мама на предположение о возможной беременности дочери лишь улыбнулась и отвела глаза. Не обрадовалась. Даже не сказала: "Справимся". Как она обычно говорит. Как шубку уговорила самую дорогую купить: "Тратиться - так на вещь! Справимся!"
И у него от известия радостью глаза не блеснули. Он промолчал.
А что, если скажет: "Или ребенок, или я?" Она, конечно, выберет ребенка. Она никогда не просила и не ждала, что он оставит свою жену и детей, ей этого и не надо. Все полтора года, что они встречались раз в неделю, она купалась в его любви: он ревновал, гордился ею, показывал друзьям, кто-то из них даже пытался отбить ее. Но все это так мало напоминало семейную жизнь...
А если теперь родится ребенок, чью фамилию дать: его или бывшего мужа, ту, что носит сама? А садик, школа - ведь рано или поздно все узнают. А как сказать потом ребенку про его отца: "Вон-тот-вон-дядя"? Вот такая ситуация.
Зато ребенок от любимого мужчины. Четвертый - от четвертого "любимого". Некоторые любят-любят, но ничего от любви не остается на память. А она "вспоминала" своих "бывших", правда, хорошее выветривалось, а плохое и вспоминать не хотелось.
Хотя с третьим-то шестнадцать лет вместе прожили. Пока ее мама не приехала и не ужаснулась: "Как вы так живете?!" А ведь ничего, жили как-то. Как все. Мама приехала с маленьким помогать, устроилась в ночь работать, купила дочери дорогую курточку на меху. Муж со свекровью ахнули. С этой курточки все и началось. "Моя дочь ходить оборванкой не будет!" - заявила теща зятю. Она и правда старалась тогда на себе экономить... А тут вдруг посмотрела на свою жизнь мамиными глазами: "Да, действительно, "так жить нельзя!" И как-то незаметно все скатилось к разводу, и они с детьми и мамой просто сбежали.
Переехали в старый гарнизон полурасформированной части, где когда-то служил отец. Поселились в общежитии, она устроилась на работу. Мама - с маленьким, старшие - в школе. Кредитов набрали на новую мебель, стиральную машину...
И все бы хорошо, но вдруг на нее тоска навалилась, депрессия. За всеми коллегами мужья приезжают - встречают, они вместе решают, как дальше жить, как детей воспитывать. А она - с мамой. Или сама с собой. Мамин лозунг "Я ни на кого не надеюсь!" стал общим девизом в их семье. Постепенно все в их доме обособились. Старшие сыновья забились по углам, бабушка - с малышом, он все чаще называет ее "мамой". Она сама, погрузившись в работу, стала ощущать себя в роли мужчины. После работы свалится от усталости: "Меня не трогать. Я с работы, я деньги зарабатываю". Так что мама обрадовалась, когда у нее появился этот, "женатый".
А вот подруги, с которыми она делилась своим "женским счастьем", слушали ее сдержанно. Скорее сочувствовали. Им-то что, привыкли быть "за мужем" и ее счастье с чужим мужем воспринимали болезненно.
Одна вообще постоянно ей твердила: "Бросай его скорей! Тебе замуж надо выходить, пока второй брачный период не прошел, пока внимание еще обращают. А этот только время твое драгоценное отнимает зря". Все уши тогда прожужжала о новом замужестве, а узнав о беременности, разочарованно заметила: "Рожать, конечно, надо. Куда теперь денешься? А ведь ты могла бы кого-то сделать счастливым".
... Она смотрела на тестер с положительным результатом и думала: "Может, я правда не там счастье искала? Я все "сама- сама" хотела счастливой быть. А может быть, счастье - это кого-то сделать счастливым?.."