Оксана полила распустившуюся лилию на окне и стала фотографировать цветок на фоне заснеженного пейзажа за стеклом. Цветок в кадре сиял розоватыми крупными лепестками и приятно контрастировал с мохнатыми темно-зелеными елками в снегу за окном. Она вдруг заплакала, рассматривая получившиеся кадры... "Витаминов попей, и все пройдет", - успокоила вошедшая в комнату мама, как всегда, уверенным, убедительным голосом. - Нервы. Чего себя мучить?" Она привыкла прислушиваться к маминому мнению, но не на этот раз.
...Они встречались почти два года. Познакомились как-то у друзей "на шашлыках". Тогда Оксана была только после развода, а он - женат. Она это знала, но он тогда так на нее пронзительно смотрел, что у нее от этого взгляда забилось сердце... Она три дня не могла ни о чем думать, кроме него. Даже отменила несколько занятий в своем кружке по фотографии, не могла сосредоточиться и чувствовала себя разбитой. Эх, вот бы прекратить все тогда и даже не начинать! Но она мечтала только о нем: в ушах стоял его голос, а перед глазами - обаятельное лицо...
Потом все покатилось - встречи, подарки, съемные квартиры... В которых она рефлекторно, по привычке пыталась создать уютное "гнездышко". Он сразу предупредил: "Ксю, встречаемся раз в неделю, у меня еще и жена есть, а я уже все-таки не такой молодой и резвый..." Он звал ее "Ксю", был на три года моложе, а она выглядела  младше своих 42, сохраняя очаровательный девичий образ. Все еще носила джинсы в обтяжку, распущенные волосы. Первые морщинки пока не бросались в глаза.
Оксана привыкла быть милой, приветливой, ласковой еще с прошлого замужества. Мужу, когда он уходил к другой, даже скандала не закатила, только вздохнула и заплакала... Она пересматривала свои фото-
графии тех лет - благополучная, уверенная в себе и во всех вокруг счастливая женщина, не знавшая тревог... Это после развода пришлось искать работу и переехать к маме. А та искренне радовалась подаркам возлюбленного дочери и победно смеялась, когда он опять вызывал Оксану на свидание, с которого она обычно возвращалась утомленной и почти счастливой. Только наутро просыпалась со стойким отвращением к себе. У нее по-
явился новый компьютер, дорогой объектив к фотоаппарату, новая мебель и шубка, вызывавшая вопросы у окружающих: "Неужели сама купила?" А ей уже и эффектная шубка была не в радость. "Ну чего тебе еще не хватает? Замуж за него хочешь? - допытывалась мама, когда заставала дочь в слезах. - Посмотри на соседей, на подруг, как "взамуже" живут - расхочешь". Нет, его семью Оксана разбивать не хотела, да и верила, что на чужом несчастье счастья не построишь. Но жить так дальше тоже не могла.
"Где же ты была раньше? Просто идеальная для меня жена..." - говорил он.
Поначалу она сама, сожалея, так думала, но сейчас... Оксана не рискнула бы выйти за него замуж. И однажды, на очередном свидании, когда они, как всегда, не-
много выпили и уже долго разговаривали, Ксю так и сказала почти с вызовом: "Я бы не вышла за такого, как ты, замуж". - "Почему?" - "Ты ненадежный. Ты привык изменять, ты не посвятился ни мне, ни жене, ни кому-то еще... Вернее, всем досталось по чуть-чуть тебя, но никому - полностью. И эти твои "части" существуют по отдельности. Ты не целый". Оксана слушала себя и не верила, что это она сейчас такое говорит. А у него испортилось настроение, впервые у них тогда так ничего и не получилось. И на следующий раз она опять смотрела на него какими-то новыми, отчужденными, "протрезвевшими" глазами,
как будто заглянула куда-то в потаенные, тщательно скрываемые уголки его души. Куда доступ никому не разрешен.
Его реакция не заставила себя ждать. "Я тебя, пожалуй, совсем не знаю -  сказал он и добавил: - И ты... мне такая не нравишься". А Оксана промолчала, даже не изменившись в лице. Она себе такой нравилась. Оказывается, она совсем не такая, как думала раньше о себе. "Ты какая-то другая, не моя Ксю..." - печально-философски подытожил он. Оксана смотрела на него, как на незнакомца, холодными чужими глазами, не отводя взгляда, и видела, что он постепенно понимает: "Кончено. Безвозвратно".
...Как-то он снова поджидал ее с цветами после работы, а она как раз решила по дороге домой пофотографировать весеннюю оттепель. "Ксю, я тебя люблю, возвращайся!" - прошептал он. Она уже совсем спокойно ответила: "Извини, Коль, я действительно другая. Хочу теперь сама узнать, какая я "другая". И неожиданно для себя автоматически... сфотографировала его. С цветами и растерянным лицом. Он обиделся и ушел. Навсегда.
А Оксане стало так легко на душе. Неудержимо захотелось обновляться и обновляться вместе с весной.