И пусть работали в  разных сферах - Юлька кассиром в банке, а Полина менеджером в торговой компании, - оставались не разлей вода. Когда Полина выходила замуж, естественно, Юля была свидетельницей на ее свадьбе. А на Юлином свадебном торжестве уже Полина вместе с мужем Максимом занимали рядом с молодоженами почетные места свидетелей. То, что Юлька вскоре станет крестной их с Максом дочки Маши, было аксиомой. Когда у Юльки с Иваном родился Артем, крестной у Темки стала Полина. Все дни рождения - детские и взрослые - две семьи отмечали вместе, отдыхать ездили тоже вместе. А иногда встречались парами: то мужчины вместе в бильярд пойдут играть почти до утра, то девчонки после шоппинга устроят застолье у одной из них. В этот раз будуаром для девчачьих посиделок стала Полинина кухня. Вроде и вино было не особо крепкое, но захмелела Юлька быстро и, как обычно, разоткровенничалась с близкой подругой:
- Как-то все не так сейчас у меня, Поль, - тянула она слова, подперев рукой щеку. - Мне кажется, я Ваньку разлюбила. А может, совсем его не любила, просто замуж очень хотела. У вас с Максом вон какая свадьба была! Да и у других девчонок... Я и свадьбу хотела, и ребенка поскорее. У меня такой Темка классный. За это, конечно, Ваньке спасибо!.. Но муж у меня совсем не классный. Обычный. Скучный. Он меня любит очень, это да. Все время то обнимет, то чмокнет в шею, то пощекочет. А меня бесит! Раздражает это его "Юляш, ты у меня та-а-кая! Люблю тебя! Хочу тебя!" А я - не хочу! Иду  в другую комнату Темку спать укладывать и вместе с ним засыпаю. Ванька меня потом будить пытается, а я нарочно не просыпаюсь - не хочу с ним даже под одним одеялом спать. Он всю ночь за компом сидит. Ладно хоть в танки не режется, как некоторые, я б тогда его вообще убила! И так смотреть на него лишний раз не хочу. Пузо его меня раздражает, рыжая щетина бесит, а то, как он каждый раз торжественно ставит собственноручно приготовленное блюдо на стол, ненавижу просто. В общем, Поль, я решила развестись с Иваном. Родители давно уже в деревне живут, квартирантов с их "двушки" попрошу съехать, а мы с Темкой туда переберемся. Зарплата у меня хорошая, работа стабильная. Справлюсь. Иван будет сына видеть, когда захочет, я его этого счастья лишать не собираюсь. Многие же разводятся, да, подруга?! И ничего, живут ведь как-то. Ну, подумаешь, шесть лет душа в душу, хотя, может, все совсем не от души...
Полина слушала Юльку, широко открыв глаза. Они всегда с ней были откровенны, делились друг с другом тем, в чем себе порой боялись признаться. За тринадцать лет их дружбы не было ни дня, чтобы они не созвонились. А тут на тебе - Юлька о разводе речь завела. И вроде даже серьезно: четко продумала, где и как они с сыном жить будут...
Полинка тяжело вздохнула, взяла подругу за руку и медленно произнесла, глядя прямо в ее слегка затуманенные глаза:
- Дорогая, мне нужно тебе кое-что сказать... У меня с твоим Ванькой роман. Мы уже три месяца тайно встречаемся...
На минуту в комнате повисло молчание. Юлька сначала побледнела, потом резко выдернула руку из рук Полины. Сжала губы и кулаки. Встав из-за стола, не сводя острого взгляда с отступившей в сторону Поли, нащупала бокал с вином, схватила его и с силой запустила в стену. За бокалом последовали тарелка и салатница, полная "Цезаря". А потом Юлька завизжала! Так, что Полина зажала руками уши. Это ее, можно сказать, спасло: две хлесткие пощечины пришлись не на щеки, а по тыльным сторонам ладоней. Подруга, выскочив из кухни, понеслась в комнату, где начала в буквальном смысле крушить все: смахивала с полок книжки, статуэтки и вазы, срывала со стен фотографии, досталось цветам и даже коту, мирно спавшему на диване. Слушая, как Юлька громит ее квартиру, Полина схватила телефон и трясущимися руками набрала номер Ивана:
- Я знаю, что вы с Максом сейчас в бильярд режетесь, но вам нужно срочно приехать к нам домой. Скорее!
Переведя дух, Полина вышла из кухни, краем глаза оценила причиненный подругой ущерб и решительно направилась наперерез Юльке, метавшейся в приступе ярости между окном и шкафом с одеждой. Схватила подругу за обе руки и прижала лопатками к стене, с которой вместе с обоями были сорваны рамки с фотографиями. Юлька, брызгая слюной и клацая зубами, словно пытаясь укусить Полину, шипела:
- Ну ты и змея! Да как ты могла?! Своего тебе мужика мало? Или других на свете нет, что ты на моего позарилась?! Я тебя в порошок сотру! Я тебя на куски разорву! Что он в тебе нашел, селедка?! У тебя же даже грудь меньше моей на два размера! Это все ты!.. Решила его у меня за-
брать? Не получится. Он мой, и ни тебе, никакой другой бабе я его не отдам! Ты меня поняла?! - Юлька снова перешла на визг.
- Поняла! - спокойно ответила Полина и отпустила Юлькины руки. Сделала пару шагов назад, нащупала диван и села прямо в высыпанную на него землю из цветочных горшков. - Слава богу, и ты это поняла. Что все-таки любишь своего Ваньку. И никуда вы друг от друга не денетесь, потому что для вас обоих ваша семья - самое важное на свете! Пошутила я, Юль, что у нас с ним роман.
- Как это - пошутила? - Юлька сползла по стене прямо на пол, словно обессилела совсем. Непонимающе уставилась на подругу. - А разве так шутят?
- Не шутят, конечно. Прости. Но это единственное, что пришло мне сразу в голову. Ты про развод да про развод. Я и выдумала, что мы любовники, чтобы ты поняла, что он тебе нужен. Сама же сказала: никому не отдам! Понимаю, что это было жестоко, но зато ты всякие глупости из головы в один миг выбросила.
Тут резко хлопнула входная дверь, и в комнату, отталкивая друг друга, влетели Иван с Максом. Увидев в квартире полный разгром и своих жен, сидящих напротив друг друга, каждый в ужасе метнулся к своей половинке. Полинка обняла Макса и, нежно чмокнув в губы, сказала: "Все хорошо, милый!"
Юлю с пола поднял Иван, прижал к себе, стал осыпать быстрыми поцелуями лицо, гладить по растрепанным волосам:
- Юляша, любимая, бесценная моя, что случилось? С тобой все в порядке? Ты не поранилась? У вас тут стекла кругом...
Юля, вцепившись руками в ворот рубашки мужа, встала на цыпочки, чтобы казаться выше, и угрожающе произнесла:
- Обещай мне, что всегда будешь рядом со мной! Скажи, что любишь только меня одну!
Иван, расплывшись в счастливой улыбке, радостно закивал.
- Извините, что нарушаю вашу идиллию, - голос Полины звучал нарочито строго, - но надо бы теперь квартиру в порядок привести, а потом можно и по рюмочке. За шоковую терапию, да, Юльк?!