Ипатий учился в Аринской школе-интернате, которой руководил Сергей Григорьевич Чавайн. Он сотрудничал с крупнейшим, возможно, довоенным знатоком языка Шабдар Осыпом. В один день – 11 ноября 1937 года – их и расстреляли, сочинив «одно дело на всех». Случилось это через год после того, как они по заказу обкома ВКП(б) и облисполкома совместно написали «Песнь о богатыре Чоткаре», посвящённую Сталину. Предполагалось, что произведение будет вручаться вождю от имени республики в благодарность за повышение её статуса – от МАО до МАССР. Уже был готов перевод поэмы на русский язык, сделанный Константином Симоновым и Евгением Долматовским, которых специально для этого командировали в Йошкар-Олу.
Восторженность Ипая от новой, советской власти сродни чувствам, скажем, того же Йывана Кырли. Те же интонации, особенно в ранних стихах, та же борьба с религией, кулаками-мироедами, то же перерождение по отношению ко вчерашним кумирам, которых объявляли врагами (например, к Л. Я. Мендиярову). Всё знакомо до боли.
Но Ипатий, в отличие от ставшего знаменитым друга-актёра, никогда не нищенствовал. Сын крестьянина-середняка, всегда хозяйствовавшего успешно и прибыльно, он понимал истоки и цену такого труда. Поэтическое слово О. Ипая заметно отличается по тону. Оно мягче, лиричнее, несколько примиряюще сказанное. Автор, выросший в довольно сносных условиях, видимо, не мог озлобиться и выработать в себе позицию классового врага. Выбор в пользу нового обязывал занять положение борца со старым за утверждение другого. Тем не менее Ипай не производит впечатление человека крайних мер. В иных условиях из него, наверное, мог бы сформироваться крепкий демократ, который любит людей и ценит в них всё самое человечное. Вот характерные для его творчества несколько переведённых мною строф из поэмы «Мланде пеледеш» («Земля цветёт»):
…Лижет кто-то языкастый
Небо, как собака – кость;
С ним, как младшим братом, ясный
День весенний прибыл – гость.
Потерялся жаворонок,
Залетевший аж в зенит,
И – волынщик тех сторонок,
Где любим он – знай звенит.
Мыльной пеной встав, туманы
Лишь сдуваются с реки,
Как, нырнув в её карманы,
Солнце жжёт там светляки.
От дождя на вешнем поле
Оживают зеленя.
На просторе тут, на воле,
Песня вселится в меня.
Ветер, чмокнув, бьётся оземь –
И, как рифму для строки,
Я пойму: встречает озимь
Чуть наклоном головы.
Точно молвит:
– Сын крестьянский,
Ты о главном вопрошай...
И ответит впрямь по-царски:
– Будет, будет урожай!
1930
Из-за ненасытности Молоха сталинских репрессий иногда почти невозможно понять то, что очень хочется объяснить себе и людям. До сих пор для исследователей по Олыку Ипаю в его биографии остаётся немало «белых пятен». Особенно слабо изучены годы учёбы во Всесоюзном институте кинематографии и последующее некоторое время, связанное с Уралом. Действительно ли был начат задуманный Ипаем роман в стихах «Илыш», а первой и второй его частями являются поэмы «Яндиар» и «Тул»? Поэма «Айдар» в самом деле навязана инициативой
Вл. Мухина-Сави или же, согласно путаным объяснениям самого автора, родилась «до того»? Москва оставлена Ипаем «в связи с ухудшившимся здоровьем» или по другой причине? (Ведь за последующие пять лет поэт, работая, как ломовая лошадь, сделал столько, на что иному жизни не хватает). Возможно, найдутся утерянные и 16-й номер газеты «Ямде лий!», и 94-й, 97-й номера екатеринбургской газеты «Социализм корно» за 1936 год, публикации в которых могли бы кое-что поведать. Какие-то тайны жизни, творчества, гибели Ипая откроют другие находки.
Сам он в те годы думал о предстоящем вполне определённо:
...В снега уйдёт в одеждах белых
То время, где сейчас живём –
Глядишь: и племя ныне зрелых
В снега уйдёт в одеждах белых...
Но есть ещё полжизни целых
С собой побыть и быть вдвоём.
В снега уйдёт в одеждах белых
То время, где сейчас живём.
Так он писал, имея в виду 47-летнего Сергея Чавайна, когда говорил об оставшихся «ещё полжизни целых». В 1935 году! Стихотворение «Поэт» написано семью триолетами. Именно из-за них, а также за сонеты, т. н. вязи, газели его поругивали, обзывая формалистом. Сейчас эти изыски – едва ли не самые интересные элементы его творчества.
Невольно обратил внимание на его стих «Йолташ ÿдырлан». Как образец высокого – и по нынешним меркам – отношения к женщине, воспевание истинного равенства полов. Да, с неизбежным тогда комсомольским уклоном, но вполне современный «феминистский» текст…
ПОДРУГЕ
Не горжусь, что, много знача,
Я шагаю вместе, друг;
Не ревную, горько плача –
Запою от счастья вдруг.
Что вступила в эту осень
Ты отважно в наш союз,
Только греет – стала вровень,
Крепче нити наших уз.
В трудных буднях ты, родная,
Мне опора, я – тебе;
Дружбы равных цену зная,
Дай, доверимся судьбе.
Это редкая удача –
Двое, оба взявши верх,
Старый мир переинача,
Сыщут радость ту для всех.
Если вместе, то в успехе
Нет сомнений. Ясен путь
В чистом поле, шумном цехе...
Только рядом, вровень будь!
1931
Замечателен стих «Лÿм». Помню, с каким подъёмом и видимым удовольствием на одном из наших поэтических вечеров прочли его на двух языках актёры Алина Егошина и Вячеслав Воронцов…
ИМЯ
В семье Элмара – радость чарок звоном:
Родился сын, хороший вес и рост.
– Давайте будем звать его Семёном...
Ну как назвать? Вопрос всегда не прост.
Отец подходит к люльке осторожно,
На сына долго счастливо глядит:
С ума сойти от чувств высоких можно,
И нос, и лоб – его, кудрит етит...
И сколько бы ни шарили, искали,
Не впору сыну имя ни одно:
Миклай, Мики, Эчу ли, ни Микалэ,
Каври, Пасет, ни Яныш, ни Онтон…
Ведь в слух входить оно должно не раня
И в дом вносить не сметь былого сор.
К примеру, девку как назвать Параня?!
Да в наше время – глупость и позор.
Миклай – бери, казалось бы, и тисни.
Так звался царь, кровавым стал при том.
Нет, граждан новой, чистой, светлой жизни
Наречь нельзя облыжно – не дурдом.
– А Аптулай, сосед наш седовласый,
Своим прозваньем нас не освятит?
– Окстись! – Элмар жену сражает фразой –
И та замолкла, видя, как сердит.
Поняв: придут к согласию едва ли,
Без имени всё будет их дитя –
Они Энсая мудрого позвали
На свой совет. С порога он, придя:
– Есть имя сыну новое – Будённый.
Представьте: вырос, лихо скачет он...
Мамаша вмиг вскричала окрылённой:
– Так ведь зовут Будённого Семён!
Элмар, подумав, веско ставит точку:
– Удачно имя выбрали сыночку.
1935
Говорят, места окрест деревни Тойметсола, где Ипай родился, удивительно красивые, потому, мол, появление там выдающегося поэта вполне уместно. Ну да, хотя… Рождение поэта – где бы то ни было – всегда желательно и свое-
временно, даже если смертельно опасно. Жестокий мир светлее, чище, добрее от них, таких вот их строк:
СПИ, СЫНОЧЕК...
Сразу к зыбке я, сыночек,
Вечером придя.
Вот качаю. Спи, звоночек,
Двух сердец дитя.
В теплоте любви и ласки,
Золотце ты наш,
Наконец закроешь глазки,
Маме отдых дашь.
О твоей я буду жизни
Петь на все лады,
Что ребята у Отчизны –
Лучшие плоды.
Ждут у нас такие дали
Солнечных детей,
Что во снах вы не видали...
Будем ждать вестей.
Только помни, вырастая
Статью в молодца:
Мать – навек одна такая.
Чти же и отца.
Спишь... Невольно клонит к зыбкеДругие выпуски поэтической рубрики читайте в специальном разделе.
Притяженье уз.
И в ответ твоей улыбке
Тоже улыбнусь.
1936
