В школе еще когда училась, тетка ее как-то сказала матери: "Смотри, Томка ваша небось раньше всех замуж выскочит!" Мама, как будто пристыженная этими словами, ответила ей: "Да не-е, наша не такая." Какая "не такая", Тома тогда не поняла, но замужество с тех пор было в ореоле чего-то "не такого".
И она не спешила. Не то чтобы выбирала. Кавалеров меняла сама: сегодня один проводит, завтра другой, послезавтра третий.
Незаметно подружки одна за одной повыходили замуж. Тома только успевала платья новые шить: "В этом меня уже на одной свадьбе видели!" Смеялась, пела-плясала, бегала на танцы... И вдруг поняла: а на танцы-то ей уже пойти не с кем, одни малолетки вокруг, рядом с которыми и выглядела старше, да и чувствовала себя неуютно.
Стали все чаще спрашивать то ее саму, то маму: "Замуж-то думаете дочку выдавать, или так и просидит в девках?" А предложений, как назло, особо и не было уже. Те, кто прежде нравились, долго не стали ждать, приняв нерешительность за отказ.
Как вдруг появился один такой решительный и стремительный, как в ее лучшие времена. Тома опять почувствовала себя королевой - ее добивались. И опять чуть не упустила жениха в своем опьянявшем "синдроме невесты". Выдали ее наконец замуж, и началась невидимая другим война. Ее и в замужестве надо было "добиваться" каждый раз. Замуж-то она и не хотела, и не мечтала, а потому и знать не хотела, как это должно быть! Засидевшаяся гордая невеста, даже став женой, продолжала невеститься: и беременная, и с маленьким ребенком, и встречая мужа с работы, и решая важные вопросы по устройству дома... И мужу это надоело: "Тома, ты просто не хочешь быть женой, уживаться со мной. В тебе все сопротивляется, а я не могу постоянно тебя добиваться. Я устал сражаться. Все, умываю руки..." Оставил ей нажитое хозяйство и ушел.
Тома осталась одна с ребенком, втайне даже облегченно вздохнув. Претендентов на ее внимание все еще было достаточно. Но она по-прежнему не собиралась ни с кем всерьез связывать судьбу, продолжая кокетничать и строить глазки.
...Старенькая Тамара Васильевна так же, как и в молодости, любит принарядиться, накрасить губы и обращает на себя внимание мужчин. Она уже путает слова, эмоции опережают речь, но она все еще кокетливо улыбается и бросает взгляды. Часто говорит своей уже предпенсионного возраста дочери, победно посмеиваясь: "Я ни-ког-да не хотела замуж!" - "А я, мам, хотела. Очень хотела выйти замуж, но у меня почему-то не получилось".
Про себя-то думала еще дальше: "Слишком разные у нас с тобой, мама, были цели в жизни. Я не сразу поняла это, когда пыталась следовать твоим советам... А потому и собственной дочери не могу подсказать, как с мужем уживаться. Ничего-то мы с тобой, дорогая, не знаем. И поговорить-то нам не о чем".
Так и сидят порой они вечерами молча, не углубляясь в разговоры, чтобы не бередить раны, щадя и любя друг друга, но так и не понимая...