В новогоднюю ночь они с Татьяной и познакомились, прямо под елкой на центральной площади города. Она пришла туда с двумя подружками, а он - с большой компанией друзей: все подогретые шампанским, праздничным настроением, несильным морозцем. Кто-то не верит в такие знакомства, а уж в дальнейшие серьезные отношения - тем более. А Борис не только поверил, он почувствовал, что пропал...
Это произошло утром, точнее, уже после обеда, когда он проснулся. Первая мысль была: какой же я дурак, что не записал ее номер телефона! Хмель и недосып в тот момент как рукой сняло, Борис тогда сказал, вроде даже вслух: она мне нужна! "По тревоге" была поднята не только вся компания, с которой мужчина встретил Новый год, но волей-неволей пришлось активизироваться еще десяткам двум знакомых, их приятелям, ну и так далее... Интернет и доброе славное “сарафанное радио” сделали свое дело: часам к девяти вечера 1 января у Бориса был номер телефона Татьяны.
Он даже речь не придумал, не знал, что ей скажет, а уже шли гудки, зазвучал ее голос. Он до сих пор замирает, когда ее слышит, как тогда, по телефону...
Встретились они только через пару недель, уже после "новогодних каникул", все не могли найти свободного времени. Зато по телефону общались много, иногда переписывались в соцсетях. И все-таки договорились встретиться в субботу, даже на горке покататься, пообщаться немного. Борис тогда так обрадовался, что до назначенного часа буквально места себе не находил, даже на свидание пришел немного раньше, успел слегка продрогнуть. Думал только, что скоро увидит ее серые глаза и ясную улыбку воочию, а не на аватарке в компьютере. Улыбался, вспоминая ее слова, что она к нему на свидание придет не одна, а с группой поддержки.
Их было трое, а вместе с Татьяной - четверо. Они шли, дружно держась за руки, не спеша, но нетерпеливо подпрыгивая в предчувствии веселого катания с горы. Почему-то Борис сразу понял, что эти трое пацанов не младшие братья Тани, а ее сыновья. И поймал себя на мысли, что ему это обстоятельство невероятно нравится!
Таким взглядом - изучающим, пронизывающим, недоверчивым - Татьяна смотрела на Бориса только в тот самый день. Больше никогда. Она всем своим видом показывала тогда, что гордится собой и сыновьями, безумно их любит и ни на кого не променяет. И словно вызывала Бориса на безмолвный поединок: "Ну, как тебе сюрприз? Теперь, небось, сбежишь, только пятки засверкают! Я не удивлюсь, не думай! Беги, бросай, у меня есть мальчишки, они меня никогда не бросят!"
Но поединка в тот день не случилось, а теперь уже и не случится.
Для Бориса Таня стала просто "плюс три". В его сердце места хватило всем четверым. Он буквально носил на руках свою возлюбленную, а вместе с ней и всех трех пацанов, правда, по очереди. А уж сорванцы, не привыкшие к мужскому вниманию, висели на мужчине, как шары на новогодней елке! Со стороны эта пятерка выглядела как настоящая семья.
Но все было непросто. Пережить так называемое общественное мнение оказалось труднее, чем заставить старшего Юрку полюбить Бориса. Потому что он хорошо помнил своего родного отца и долго не хотел мириться с тем, что у мамы появился друг. Но и это решилось достаточно безболезненно: как-то раз, поговорив с сыном по душам, Татьяна объяснила ему, что папы нет, он не вернется из той командировки, в которую уехал год назад, потому что он умер. Там, далеко, в другом городе. Теперь есть только дядя Борис. А Юрка уже сам решил, что Борис не будет ему дядей, а будет папой. И братьев своих этому научил. Татьяна тогда ушла на кухню, чтоб проплакаться и не видеть, как расшалившиеся мальчишки прыгают по Борису и кричат в три глотки: "Папа!".
Когда Борис и Татьяна объявили всем родным и знакомым о свадьбе, многие крутили пальцем у виска... Мужчине говорили: "Ты с ума сошел! Трое детей! Зачем тебе это?!" А он любил. И Татьяна его любила. Поверила в него, в них, в их счастье, в то, что у них все будет хорошо.
Они расписались в канун Нового года, словно по традиции, теперь уже их семейной традиции.
Татьяна, оставив наконец мальчишек с их подарками у подножия новогодней елки, подошла к мужу и села к нему на колени. Нежно погладила по волосам, потрепала за густые усы, приподняла Бориса за подбородок и заглянула в любимые родные глаза.
- Спасибо, любимый, что ты у нас есть! Наверное, это и была моя мечта... И она сбылась. В самый волшебный праздник, в Новый год. Кстати, у меня для тебя тоже есть подарок.
Мужчина заулыбался еще шире. Она зашептала что-то ему на ушко. А он слушал ее слова и то, как сильно бьется сердце любимой женщины. Его сердце, словно откликнувшись, тоже забилось сильнее. Борис, не выпуская из рук Таню, встал с кресла и закружил ее по комнате. Остановился, опустил ее на пол и нежно обнял:
- Надеюсь, это будет дочка. Ведь трое сыновей у нас уже есть!