Андрей Пигалин, руководитель сосудистого центра Марий Эл
Без защиты глаза застило пеленой, нос постоянно щипало. Едкий дым, казалось, впитывался уже кожей – настолько было больно находиться рядом с пылающим лесом. Петрович, командир отделения, мужик тридцати двух лет, исподлобья смотрел на медленно приближающуюся от леса стену огня.Понять, какое время суток, было сложно: марево дыма казалось, заменяло все небо, а вместо привычного солнышка был огонь. Расчеты растянули брезентовые рукава от пожарных водовозов и, дождавшись команды по радиостанции, начали проливать горящий лес. Опашка кромки леса давала какой-никакой шанс на остановку огня. Поначалу пожарные автомобили для забора воды подъезжали к озеру. Однако, как это бывает вдруг, сменившийся ветер враз лишил людей этой возможности. Шквал ухнул как из адского поддувала, и низовой пожар, сжигавший мягкую лесную подстилку и стволы, взлетел ввысь, к кронам сосен. И началось! Казалось, открылась сама преисподняя: треск сжираемой огнем хвои, густой смоляной чад, вихри роящихся раскаленных частичек коры и золы сопровождались глухим, как из гигантской утробы, гулом. Сатанинская пляска набирала силу. И, казалось, все ей подвластно: и земля, и небо. Люди отступали. Медленно, как в войну, сдавая метр за метром свою землю.
– Да, мля. Без авиации не обойтись, – пробормотал Петрович и поднял к губам рацию, – расчет, как слышите меня?
Рация заскрипела, затрещала и ответила голосом второго номера:
– Слышу. Какие вводные, командир?
– Отходим.
Огонь будто этого и ждал. Верховой пожар тем и страшен, что убежать от него невозможно. Порывы ветра схожи с ударами хлыста, только огненного. Пожарный расчет Петровича, находившийся на окраине поселка, был самым первым на линии обороны. Другие пожарки были метрах в ста: расчеты отстаивали границы поселка со стороны дороги. Машины, стоявшие веером, по одной стали отъезжать, требовалась дозаправка.
А вот этого порыва ветра никто не ожидал. Будто хлопнуло в небе, и тотчас из горящего леса на первый поселковый барак, стоящий метрах в пятидесяти от леса, огненным хлыстом полетел, страшно гудя, огненный протуберанец. Машина Петровича стояла аккурат посредине, между лесом и бараком. Пожарные тут же попадали наземь: тут уж не до форсу. Огненный язык пролетел над ними и тотчас впился в торцевую бревенчатую стену. Пламя загудело, заворочалось, словно живое, потом чуть замерло и нехотя поползло по кровле, со всех сторон облизывая дом.
– Сколько в цистерне воды осталось? – голос Петровича из рации, казалось, был невозмутим.
– Совсем чуток, командир, литров двести, – трескнула рация голосом третьего номера.
– Значит так, расчет, слушай мою команду. Заводимся и медленно отступаем. Поравнявшись с бараком, бьем из ствола по крыше остатком воды и по дороге отходим к своим. Как поняли меня?
– Есть, командир.
Рукава подтащили, отсоединили лишние. Работали споро, лишь поглядывая на стену горящего леса. Машина работала на холостых оборотах.
– Петрович, – раздалось по рации, – у тебя все живы? Прием.
Руководитель лесопожарной группы уже был в курсе.
– Потерь нет, – буркнул в ответ командир расчета, – прорыв огня единичный, локальный. Будем выбираться.
– Сам выберешься или помочь?
– Сами. Отбой!
Петрович поправил газодымозащитный шлем, откинул щиток.
– Поехали, Коля. Направление – носом к бараку. Как поравняемся, чуток тормозни, надо «сикнуть» на барак.
Пожарка медленно тронулась. Огонь на торце стены был почти не виден глазу, но Петрович знал, что он есть. Не доезжая до барака, тормознули. И тотчас из ствола на стену и крышу ударила струя воды. У-у-х! Взвыл насос, выплевывая оставшиеся литры. Огонь сбили, но надолго ли. Пора выезжать, заправляться по новой.
Только тронулись, и тут из дверей барака выскочил пес. Так, дворняга, каких тысячи по деревням. Что-то в поведении собаки было такое, что не укладывалось в обычные рамки. Пес лаял на машину и тут же забегал в открытую дверь барака. Петрович всегда доверял своей чуйке, и резко скомандовал:
– Стой!
Машина дернулась и застыла.
– Движок не глуши, Коля. Всем ждать. Третий номер – со мной. Второй – чуть что – за меня остаешься, – командир расчета уже принял решение.
Выпрыгнув из машины, на ходу повернул рацию:
– Руководителю группы, прием! Вижу собаку на крыльце крайнего барака. Не уходит. Предполагаю, кто-то остался в доме. Выдвигаюсь парой с третьим номером. Прошу разрешения.
Рация трескнула в ответ:
– Разрешаю. Барак горит со стороны леса. Видим. Работай быстро. На помощь отправляю другой расчет.
– Принял. Спасибо, – и, обернувшись к третьему, крикнул, – работаем!
На бегу на лицо надвинули щитки и друг за другом, подстраховывая, пригибаясь, приблизились к бараку.
С торцевой стены барак уже вовсю горел. На крыльце буквально нос к носу столкнулся с собакой. Невысокая, кудлатая, бело-серого цвета шерсть, спина и голова – уже в подпалинах, хлопья пепла как попона. Умные карие глаза дворняги впились в глаза Петровича. Пес тявкнул и бросился внутрь.
– Саша, стой здесь. Через минуту меня меняешь.
– Понял, командир! – махнул крагой третий номер, – не тяни!
Петрович осторожно заглянул внутрь.
Маленький тамбур, двери по обе стороны. Темно. Всюду какая-то рухлядь: тазы, ведра, старая, облезлая тумбочка у стены, на гвоздях, что просто по-деревенски вбиты в стены по обе стороны, висели какие-то фуфайки, старые пиджаки, в углу валялись стоптанные валенки и сапоги. Хлам, одним словом. Дым тонкими сизыми струйками уже начинал просачиваться через неплотно закрытую дверь. Пес, как заметил пожарный, не бросился на двери, а поскуливая, полез куда-то вглубь тамбура, за тумбочку.
Петрович включил фонарик.
– Ну, давай, дружок, показывай, что там у тебя.
Он наклонился и, разгребая хлам, полез за тумбочку. У самой стены, на ворохе старых газет лежала дымчатая кошка. Она, завидев чудовище в противопожарном костюме, даже не встрепенулась, взглянула на Петровича и умоляюще мяукнула. Петрович нагнулся к ней и увидел пять совершенно малюсеньких комочков. Котята были настолько малы, что толком и не ползали. Видать, окотилась на днях.
– Сно́шеньки-бло́шеньки! – только и смог в изумлении выдавить из себя Петрович. – Ну что, мамочка, спасать тебя будем!
Он разогнулся, шаря глазами по тамбуру. Схватил со стены таз, бросил в него драную фуфайку и бережно, обеими руками, перенес кошку с котятами, та даже не пыталась бежать. Постоял, посмотрел, сдернул какой-то пиджак и сверху накрыл семейство. Сделал шаг и обернулся к собаке:
– Слушай, друг, если еще кто-то остался, сразу говори, а то во второй раз можем и не успеть.
Пес гавкнул и выскочил на улицу. Петрович вышел и передал третьему номеру таз с кошачьим семейством:
– Неси в кабину. Я загляну в квартиры и догоню.
– Понял.
Петрович вернулся в тамбур, рывком открыл дверь квартиры, из которой уже шел дым. Внутри открытого горения не было. Обшарив взглядом нехитро обставленную комнатку, бухнулся на пол и заглянул под кровать. Никого, к счастью, не было. В другой квартире, как оказалось, тоже.
На улице по рации сообщил руководителю группы:
– Осмотр дома завершен. Спасено шесть душ.
Потом обернулся, глянул: собака была рядом с ним, откашлялся и добавил:
– Семь.
Вместе с собакой добежали до машины. В кабине на пассажирском сидении стоял кошкин дом – таз с семейством.
– Командир, да ты герой, – пошутил водитель.
Петрович улыбнулся:
– Не я, вот кто герой. Все на месте? Тогда поехали. Сюда возвращаться надо. Барак спасти. А то пойдет плясать по поселку, не остановишь.
Доехали до другого конца поселка, где был импровизированный пункт эвакуации населения. На большой поляне стояли школьные автобусы.
Петрович вышел. Навстречу бежал начальник лесопожарной группы.
– Что случилось? Где спасенные люди?
Петрович открыл дверцу кабины и крикнул:
– Коля, покажи шестерых!
Водитель, широко улыбаясь, откинул пиджак:
– Вот!
– Ого! Ну что ж, тоже божьи твари. А где седьмой спасенный? – руководителю пожарной группы юмора было не занимать.
Петрович обернулся и показал на пса:
– Вот он. Благодаря ему и спасли кошку. Там барак с торца занимается, задымление – в крайней квартире.
Начальник присел перед псом и протянул ладонь:
– От лица руководства спасибо тебе, товарищ.
Пес, будто специально учили, сел и подал пожарному лапу. Все вокруг так и прыснули со смеху. Потрепав собаку по спине, начальник поднял рацию:
– Внимание, расчетам…
...Население продолжало неохотно грузиться в автобусы. Уезжать, бросая нажитое, всегда тяжело, тем более для сельчан.
– Козу-то куда в автобус? – один из пожарных ухватился за куцый, серый из-за въевшегося пепла, хвост, ускользающий в дверях школьного ПАЗика…
…Мимо, навстречу огню уже неслись заправившиеся пожарные машины. Петрович повернулся и пошел к своей пожарке: ее нужно было отправлять на другое озеро для новой закачки. Теперь им предстояло отстоять поселок…
- Другие рассказы Андрея Пигалина читайте в специальной рубрике
