Долгие годы родные красноармейца Дмитрия Сергеевича Матюкова не ведали ничего о его судьбе. Уже вскоре после начала войны, в 1941 году, от командования пришло извещение, что он пропал без вести. Сухие, сдержанные строчки, которые, тем не менее, несли в себе едва заметный свет надежды, что солдат еще может вернуться. Шли десятилетия, брат Дмитрия Сергеевича не раз делал попытки найти заметенные войной следы, но все тщетно. И лишь совсем недавно, в этом году, племянница пропавшего красноармейца Галина Вершинина в книге командира поискового отряда «Демос» Дмитрия Шипунова случайно увидела знакомую фамилию. Оказывается, что значившийся в списках пропавших без вести солдат погиб осенью 1941 года в немецком плену. Недавно в стенах Национальной библиотеки им. С.Г. Чавайна прошло трогательное и волнительное мероприятие, на котором Дмитрий Шипунов передал родным красноармейца копии документов из того самого шталага 10 Д (310), где в нечеловеческих условиях несколько месяцев пробыл Дмитрий Матюков.
«На границе стало тревожно»
Родился Дмитрий Матюков в 1919 году в деревне Еникеево Горномарийского района. Был вторым ребенком в семье, где воспитывались еще старший брат Изосим и младшая сестра Зоя. Именно она, Зоя Сергеевна, рассказывала о брате своей дочери Галине Петровне, потому как ни фотографий, ни документов, ни иных памятных предметов о нем в семье не осталось.
«Когда маме было 8 лет, они с братьями стали сиротами, - рассказала Галина Вершинина. – Ее, как самую младшую, приютила тетка. Из родной деревни пришлось уехать, оставив все. А о брате она рассказывала, что был он очень сильным и ловким. Мог посадить ее, пятилетнюю, на плечи и легко забраться куда-то на дом».
Отличная физическая подготовка позволяла Дмитрию Матюкову успешно проходить обучение в Осоавиахиме (Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству). Он был обладателем значков БГТО и парашютиста.
В Красную Армию Дмитрия Сергеевича призвали в 1939 году. Служил в Беларуси на польско-советской границе. Изредка писал письма брату, друзьям в родную деревню. Последнее письмо было тревожное: говорил, что на границе стало опасно служить, страшно уходить в наряд, писал даже об убитых товарищах. И на этом все. А вскоре началась война. Спустя некоторое время родные получили лишь извещение, что брат пропал без вести.
«Уже после войны, когда Изосим Сергеевич вернулся, он стал искать брата. Обращался в райвоенкомат, но там не нашли никаких документов, даже призывных. Несколько раз писал на радио «Маяк» на передачу, которую вела Агния Барто. Но все безуспешно, - продолжает рассказ Галина Петровна. – Мама моя все это время надеялась, что брат жив и обязательно вернется. Тем более, что вернулся их двоюродный брат Филипп Иванович Матюков, который тоже считался пропавшим без вести».
Нечеловеческие условия жизни
И лишь недавно, в сентябре, Галине Петровне на глаза случайно попала книга Дмитрия Шипунова «Вернуться из плена». Именно оттуда она узнала, что ее родной дядя попал в плен на пятый день войны, 27 июня, в городе Каунас (Литва). Немцы привезли его лагерь - шталаг 10Д (310), который создали в начале войны в населенном пункте Витцендорф. Лагерь был под открытым небом, поэтому военнопленным пришлось ложками, котелками, касками рыть землянки. Позже стали строить бараки. Катастрофические гигиенические условия, недостаточное питание привели к тому, что в октябре 1941 года началась эпидемия сыпного тифа. Лагерь закрыли на карантин, продовольствия не подвозили, поэтому два месяца люди голодали. Из-за холода, голода, болезней до весны 1942 года в лагере умерло больше 14 тысяч военнопленных солдат.
Дмитрий Матюков погиб в этом лагере 17 ноября 1941 года.
Уже после капитуляции Германии на месте, куда привозили для захоронения погибших в плену солдат, был установлен памятник.
Вернулся из плена
На каждого военнопленного немцы заводили учетную карточку, где указывались фамилия, имя, отчество (позже стали вклеивать фотографии), отпечатки пальцев и так далее. Фамилию Дмитрия Сергеевича, переводя на немецкий язык, несколько исказили, поэтому, когда отечественные военные историки переводили обратно на русский, у них получилось «Марюков». Но по фамилии отца, указанной в одной из строчек, удалось восстановить правильность написания. Копию этой учетной карточки и передали Галине Петровне.
«Я очень благодарна поисковому отряду «Демос» и его руководителю Дмитрию Шипунову за их работу. Это, безусловно, ценно и важно, когда остается жива память о погибших солдатах», - добавила Галина Петровна.
Проект «Вернуться из плена» реализуется при поддержке Фонда президентских грантов, благодаря чему выпущена одноименная книга, в которой увековечены имена около 1400 воинов Марийской АССР, погибших в немецком, финском и румынском плену в 1941-1945г. Тираж книги передается в библиотеки и учебные заведения Марий Эл.
Из книги Дмитрия Шипунова «Вернуться из плена».
Отрывки из дневника и писем солдата охранного батальона Х.Д.Мейера, который с января 1942 года служил в Витцендорфе:
20.1.1942. Заразный лагерь Витцендорф... В лагере военнопленных в настоящее время размещены только 5000 русских. Лагерь и охранный батальон из-за сыпного тифа заблокированы.
21.1.1942. Лагерь военнопленных находится в 1 км от села. Он еще не закончен. Прошлым летом русские жили в землянках. Они содрали и съели кору со всех деревьев. До сегодняшнего дня от сыпного тифа умерли 12000, в январе пока 1800. Сейчас в день умирает около 100 пленных, сегодня умерли 94.
26.1.1942. Прошел в первый раз через лагерь военнопленных. Мертвых русских несут мимо нас и обнаженных складывают в отдалении прямо на снег. Назавтра их погрузит и увезет похоронная команда. Прививка от сыпного тифа стоит 170 марок, мне прививку не сделали.
27.1.1942. Как дошло до таких массовых смертей? Русских поначалу специально морили голодом? Хотели избавиться от такого большого количества пленных? Сейчас их откармливают, хотя по нужде, а не по доброй воле им дают только брюкву и картошку. Сначала, когда приходилось жить в землянках, они вообще не получали мяса. Жуткие вещи рассказывали мне сослуживцы из моей роты, вполне спокойные по характеру и заслуживающие доверия. Будто бы имели место случаи каннибализма (...). Находили трупы, у которых из бедер были вырезаны большие куски мяса, а в котелке одного русского – 2 человеческих уха.
ФОТО из группы "Национальная библиотека имени С.Г. Чавайна" в социальной сети "ВКонтакте" и со страницы Дмитрия Шипунова.
