В районах Марий Эл один за другим появляются муниципальные центры развития добровольчества. О том, чем занимаются современные волонтеры и как изменилась их работа в период пандемии, рассказали заместитель директора Дворца молодежи Марий Эл Лариса Лоскутова и специалист ресурсного центра поддержки добровольчества Мария Ямбакова.
Добровольческая работа − один из приоритетов государственной политики. Он закреплен Указом президента РФ и реализуется в рамках федерального проекта «Социальная активность» нацпроекта «Образования». Благодаря участию Марий Эл во Всероссийском конкурсе «Регион добрых дел», республика смогла воплотить в жизнь проект по созданию муниципальных центров добровольчества. Основная задача таких центров − объединить волонтерские объединения, которые существуют в муниципалитетах, привлечь новых добровольцев − не только школьников, но и целые семьи, работников предприятий, пожилых людей для добрых дел. Они уже открылись в Медведевском и Звениговском районах, на очереди − Моркинский и Советский район, а также города Волжск и Козьмодемьянск.
Если школьники находят дело в альма-матер, то как быть с вовлечением взрослых?
Л: Информация о добровольческих проектах размещается на сайтах, в соцсетях предприятий и организаций, а также в СМИ. Часть людей знает, что информация есть в группах «Волонтеры Марий Эл», «Молодежь Марий Эл», на официальном сайте dobro.ru, где можно подключиться к уже начатой работе или предложить свой проект помощи.
Как ведется работа в районах?
Я: В муниципалитетах все точно так же, как и в столице − есть группы «Муниципальный центр развития добровольчества…» с указанием района, куда после проведенного мероприятия выкладываются мини-отчеты или анонсируются события, сообщения с просьбами найти волонтера для подавшего заявку пожилого человека.
Л: В небольших поселках и деревнях центр сосредоточен в школах, поэтому информация нередко доносится через родителей учеников. В муниципалитетах мы хотим развивать семейное добровольчество, привлекая тех, кто уже работал во время акций, или тех, кто давно хотел − они пройдут обучение с представителями заинтересованных ведомств. Например, узнают, как можно помогать библиотечной системе или в учреждениях культуры. У нас есть конкретный пример, когда к нам пришла волонтер серебряного возраста, решившая участвовать в мероприятиях Спартакиады, сейчас помогает ее дочка, она будет читать пожилой женщине газеты. А рядом с ней всегда ее маленькая внучка, знающая, кто такие добровольцы − это уже можно считать семейным добровольчеством. Бывает, что нужно из библиотеки книги увезти человеку: он уже выбрал, а прийти нет возможности. Есть такая практика, что семья берет на поруки какого-то пенсионера или людей с ОВЗ: папа делает мужскую работу, дети могут сходить в магазин. Форматы совершенно разные.
Как изменилась работа волонтеров после ужесточения антиковидных мер?
Л: Знаете, все это время клуб «Мы вместе» не прекращал работать. Когда началась пандемия, особо важной стала доставка лекарств и продуктов, затем, когда у людей появилась возможность выходить из квартир, волонтеры помогали в доставке рецептов и покупке препаратов, оказывали помощь в сопровождении. Налаженная работа смогла быть выстроена благодаря системной работе поддержки добровольчества со стороны правительства – это и создание Совета по развитию добровольчества при Главе Республики Марий Эл, и открытие Ресурсного центра добровольчества, и выделение транспорта для доставки продуктов и лекарств нуждающимся.
Сейчас мы отдаем себе отчет в том, что некоторые пожилые люди не сделали прививку, и мы оказываем помощь таким − одиноким и (или) маломобильным гражданам. В муниципалитетах немного полегче: в деревнях и селах все друг друга знают и помогают по мере возможности.
Были ли случаи мошенничества за всю пору работы добровольцев Марий Эл?
Л: Нам повезло, что нет. В любом случае, первого встречного к нашим бабушкам-дедушкам не отправляем. К нам сейчас пришла просьба от пенсионерки, что надо купить лекарства. Мы ей сообщаем, что ищем волонтера, предупреждаем, что когда он позвонит, то скажет кодовое слово, которое подтвердит, что он из Центра. Сейчас в связи с ужесточением режима стало больше заявок, до этого в основном обращались «постоянные» пожилые, которым мы постоянно помогаем.
Хватает ли людей для помощи?
Л: Недостаточно. Будем говорить так: если в начале пандемии люди находились дома на дистанционке, то сейчас студенты учатся, работники предприятий трудятся по привычному графику и не всегда могут планировать свой день заранее. Мы будем рады каждому. Отрадно, что после времен общей самоизоляции остались люди, которые решили связать свою жизнь с добровольчеством, создав свои объединения. Эти инициативные группы работают более точечно, например, помогая людям, попавшим в трудные жизненные ситуации. И уже сами анализируют, чем можно помочь, кого привлечь.
Раньше звучало требование: волонтерам для такой работы должно быть 18 лет. Оно по-прежнему действует?
Л: Разрешается и тем, кто младше, но только с письменного согласия родителей и в сопровождении людей, которые понесут за него ответственность.
Пандемия идет не первый год. Как люди реагируют на помощь волонтеров?
Я: Люди благодарят нас разными способами: кто-то на словах, пять минут говоря, что мы молодцы, спасибо за это. Могут звонить и волонтеру, и потом в центр − «Спасибо, что нашли такого хорошего мальчика, какой он умница!». Бывает, что выражают благодарность в форме стихов − у нас есть бабушка, которая так сделала. Помню случай, что другая связала носочки для добровольцев. И очень радостно такое наблюдать, ведь волонтеры уже по-другому реагируют на свою работу, откликаясь с большим желанием. Некоторые пожилые люди напрямую звонят им, возникает дружба поколений.
Можно ли сравнивать по активности районы Марий Эл?
Л: Уже открылись два муниципальных ресурсных центра поддержки добровольчества, на очереди − еще четыре. Это происходит там, где видно инициативу, потому что на основе работы в районах мы планировали, где они могут появиться. В 2019 году впервые были учреждены гранты Главы Республики Марий Эл в области добровольчества, на которые ежегодно предусмотрен 1 миллион рублей, все 6 муниципалитетов активно принимают участие в конкурсе для поддержки своих добровольческих проектов и инициатив. И если не хватает знаний, то здесь придет на помощь муниципальный центр, на форумы в центры будут приезжать региональные и федеральные спикеры, работая по тем запросам, которые есть − семейное, «серебряное» добровольчество, словом, там, где чувствуется недостаток знаний и умений, проводят курсы и тренинги. Для эффективной работы центров в муниципалитетах подписывается соглашение о развитии добровольчества (волонтерства) между министерством молодежной политики, спорта и туризма Марий Эл и администрацией района. Так было при открытии Звениговского центра.
Как определяются слабые и сильные направления?
Л: Сам муниципалитет понимает, где есть «пробелы». Например, те же семейное или корпоративное добровольчество у нас не так сильно развито.
Раньше считалось, что о добрых делах особо не говорят. Сейчас позиция поменялась кардинально. Почему?
Л: Здесь можно судить двояко. Если человек сделал доброе дело и промолчал − он молодец. А если это организация, которая ставит себе задачу помочь нуждающимся и привлечь к этому, как можно больше таких людей, то люди должны слышать о конкретных примерах того, что можно сделать. По опросам, большинство людей хотят, но не знают, чем помочь. Направлений ведь много − поиски с отрядом «Лиза Алерт», экологическое добровольчество, помощь спасателям в летний период. Обучение перед каждым делом обязательно проводится, не надо бояться показаться некомпетентным.
Не все до конца понимают, кто такой волонтер. Были звонки, когда нас просили выделить людей, которые бы стояли у входов в учреждения и измеряли температуру входящим. Даже не знаю, как это расценивать. Странно?... Есть вещи, за которые обязаны платить, потому что это уже выходит за рамки помощи и называются работой. Да, мы набираем волонтеров, которые бы отправились в пункты вакцинации и объясняли, какие документы нужно заполнять и как. И это уже помощь в организации.
Существует ли преемственность волонтеров?
− Л: «Серебряное» добровольчество у нас пока не так сильно развито, но будем говорить, что имеющийся опыт пригодится молодым. Здорово, когда в Центр может прийти любой человек и предложить свою помощь и инициативы. Когда в районах появляется центр − это возможность помочь и желающему сделать доброе дело, так и нуждающемуся в нем человеку − независимо от возраста. У нас проводятся стажировки, а сейчас мы готовим сборник для того, чтобы и другие могли воспользоваться опытом. Это будет методичка, формат которой мы еще разрабатываем.
Я: В этом сборнике будут собраны лучшие практики − не только Йошкар-Олы, но и муниципалитетов. Порой мы замечаем, что именно в районах есть интересные необычные акции и проекты, которые могли бы быть реализованы на территории всей республики. И эта книжечка поможет популяризовать их, расширить сетку мероприятий. Мы уже решили, где будем печатать материал, сейчас идет этап поиска лучших практик. Надеемся, что он выйдет в этом году, хотя впереди еще редакция текста, согласование с типографией, подборка фото. В общем, работы много. И мы всегда рады новым волонтерам по всей республике.
Ранее «Марийская правда» сообщала, что 184 волонтера помогают пройти перепись населения в Марий Эл.
