Каждый ребенок – дар Божий, считают супруги Соловьевы из Марий Эл, воспитывающие четверо своих и пятеро приемных детей.
«Купил» папу Сашу
Первым возле калитки меня встретил Ромка, отвечая на мои вопросы, он всеми силами старался быть серьезным. Но такой уж у мальчишки задорный характер, что, едва доведя гостью до порога и увидев отца, он привычно широко заулыбался и умчался наверх к остальным ребятам.
Кстати, именно Рома, несколько лет назад обычной конфетой «купил» будущего папу для себя и своей старшей сестренки Карины.
- Они тогда еще в «Журавушке» были, оттуда их должны были направить в детский дом. А тут мы с Ириной приехали, - вспоминает Александр Соловьев. – Сидим в холле, кругом ребятишки, а один, это был Рома, забирался на кресло и прыгал с громкими криками что-то типа «кун-ту!».
Как оказалось, мальчишка, которому было почти четыре года, вообще не умел говорить. Да и его сестренка Карина, уже немало повидавшая в свои шесть лет, смущала взрослых привычками, сложившимися в семье, где родительница злоупотребляла спиртным. Но при этом девочка поражала своей добротой и заботой о младших. Кстати, сейчас в семье Соловьевых ее считают супер-няней, которой можно доверить самых разных малышей.
- Потом Рома вместе с другими детьми исчез в соседней комнате, где делили чей-то гостинец, - продолжает Александр Анатольевич. – Через какое-то время он появился с «добычей» - большой шоколадной конфетой. Идет довольный! Лицо счастливое! И вдруг Ирина сказала ему: «Рома, поделись конфетой с дядей». Рома тут же потух: смотрит то на конфету, то на меня. А потом у него как будто что-то включилось: вздохнув, просиял и уже с улыбкой протянул мне конфету. Все! Этим и «купил» меня. Я понял, какое у него доброе сердце.
Так Рома с Кариной появились в семье Соловьевых, где к тому времени было уже четверо своих и двое приемных детей.
Ирина Прекрасная
Кто-то порадуется: «Повезло ребятишкам!». Другой задумается: «И зачем в наше время рожать столько детей да еще брать чужих?». Но каким бы ни было стороннее мнение, для Ирины и Александра важна их общая точка зрения, которая зреет постепенно где-то внутри, а не возникает вдруг.
Хотя сами они, рассказывая о своей семье, часто произносят этого слово – «вдруг». Так вдруг, чуть более двадцати лет назад, совершенно неожиданно для себя оба оказались на одной университетской дискотеке: Ирина согласилась поддержать подружек-студенток, а Александр, который тогда уже был молодым лейтенантом, – друга.
- Она сразу запала мне в душу. Как чем? Своими прекрасными глазами, за ними – такая же душа. Я ей до сих пор об этом говорю, - с улыбкой признается Александр.
Ирина же по-прежнему счастлива, что тогда смогла разглядеть в новом знакомом именно такого – умного и ответственного молодого человека, о каком всегда мечтала. Она ни разу не пожалела о своем выборе, даже несмотря на то, что, пока он служил, семья редко видела его дома.
Муж отсутствовал неделями. А жена только шутила: «Папа к нам в гости приезжает». Не зря, оглядываясь сегодня назад, Александр серьезно считает свою Ирину мужественной и самоотверженной женщиной и матерью, которая находила силы противостоять обстоятельствам еще до того, как в их семье появились приемные дети.
Так вышло, что по всем законам природы у них не могло быть детей - у супругов разные резус-факторы. Но родительской любви - не меряно! Видимо, поэтому Бог даровал им огромное счастье - четверо своих детей.
- Но я переживал: неужели это все? Потому что всегда был уверен, у меня будет пятеро, - откровенно признается Александр. – Мои родители из многодетных семей. И в детстве для меня всегда было большим счастьем, когда все родные собирались в небольшом домике. Нам, ребятишкам, кидали овчину под стол, помню, был он синий, резной, и мы с братьями-сестрами полночи болтали… С тех пор для меня счастье – это большая семья.
Дом-мечта
О детях мечтала и Ирина. К счастью, в этом ее поддерживали родители и во всем помогали семье дочери, особенно когда зять был на службе. А как же иначе, когда в доме из всех благ цивилизации – только холодная вода. Впрочем, постепенно мамиными помощниками становились дети. Старший Даниил, например, в шесть лет уже сам ходил в магазин за молоком и хлебом. Кстати, так и считать научился – по сдаче.
В ежедневных хлопотах о собственных сыновьях и дочери Ирина все чаще ловила себя на мысли, что ей очень хочется подарить свое тепло и добро другим, чужим детям. И, наконец, поделилась этим с мужем.
- К тому моменту и я уже созрел, - продолжает Александр. - Мы удивились общему желанию. Решили, раз Бог положил обоим на сердце, надо брать!
Впрочем, полагаясь на волю Божью, как люди верующие, Соловьевы-старшие никогда не ждали манны небесной, а трудились и трудятся ради благополучия своей семьи.
А если цель одна, согласитесь, неудивительно, что и мысли общие! Кстати, так случилось с их домом в Оршанке. Часто на остановке, уезжая на дежурства, Александр смотрел на стоявший поблизости домик и мечтал, как было бы здорово возвращаться со службы именно сюда.
- Мы уже искали свой дом, когда однажды Ирина позвонила и сказала, что нашла подходящий вариант, но из ее объяснений я так и не понял, где он, - вспоминает Александр. - И даже представить не мог, что это именно дом моей мечты! Когда меня вдруг (!) привели к нему, я сначала даже сказать ничего не мог...
Именно этот дом, который хозяин перестраивал и достраивал, стал настоящим родительским домом – с заботой, теплом и любовью – для пяти приемных детей Соловьевых. Не случайно первым словом, которое произнес-таки молчавший долгое время Ромка, было – «дом».
А сердце ёкнуло?
Впрочем, первыми в соловьевском доме появились сестрички Людочка и Груня, так ласково в семье называют непоседу Аграфену. Удивительно, но будущим папе и маме достаточно было несколько минут, чтобы понять: эти две худенькие малышки-погодки, младше четырех лет, – и есть их дочки, которых они искали в соседних Чувашии, Нижегородской области, а нашли в Кировской.
- У них были такие знакомые личики, что нам показалось, будто знаем их давно, - вспоминает Ирина. – В общем, мы решили, они – наши!
И девчонки, которые только три месяца провели в детдоме и еще помнили своих кровных родных, уже по дороге в Оршанку назвали Александра и Ирину дорогими словами – «папа» и «мама».
А потом начались обычные будни со своими сложностями, через которые неизменно проходят все приемные родители и дети. Взрослым пригодилась подготовка в республиканском Центре «Детство», психологи которого сразу предупредили, брать следует только тех детей, которые «легли» на сердце.
- Если - внутри что-то ёкнуло. Или как говорят люди верующие – дар от Бога! – считает Александр Анатольевич. – Это реально играет огромную роль. Жалеть можно всех, но без душевной «зацепки» тяжело.
Приемный, значит, свой
Это невидимую связь между собой и приемными детьми Александр и Ирина хорошо прочувствовали и не раз испытали ее на прочность.
- Одно дело - свой ребенок, которого ты принимаешь безоговорочно, - объясняет мама Ира. - Другое – приемный. У него уже свои привычки, взгляд на мир, своя генетика, в конце концов. Но для родителя он обязательно должен стать своим. Иначе нельзя.
Для этого нужно, в первую очередь, терпение и огромный запас душевных сил, любви и желания поставить на ноги чужих ребятишек, не от хорошей жизни лишившихся кровных родителей и семьи.
- В нашей семье мы не боимся слова «приемные». Для нас приемный ребенок – не чужой, просто он другим способом пришел в нашу семью, - объясняют Соловьевы. – Знаете, когда девочки еще играли в куклы, они играли в приемную семью. И для них это было нормально.
Рукотворные чудеса
Таким же нормальным для Соловьевых однажды стало желание взять еще одного ребенка и непременно с ограниченными возможностями. Родительский опыт позволял. Но при этом супруги также советовались со своими сердцами. Они екнули, когда Александр и Ирина, вновь побывавшие в других регионах, увидели в Семеновке глухонемого семилетнего Ваню.
Мальчик с младенчества воспитывался в казенных домах и очень расстраивался, когда других ребят на лето забирали родители. А у него никогда не было дома. Но он все равно, как и любой ребенок, всегда ждал папу и маму. И чудо случилось!
Даже два. Сначала ему сделали сложную операцию по вживлению специального аппарата, и у мальчика появилась возможность слышать. А вскоре его нашли новые родители.
Впрочем, долгожданное счастье в действительности оказалось сложным как для ребенка, так и для взрослых. Но приемные родители Вани – невероятно чуткие и внимательные. Они с самого начала понимали, как невероятно сложно их вновь обретенному сыну: с рождения он жил в полнейшей тишине, а потом на него вдруг обрушилось такое многообразие непонятных, неизвестных и от этого раздражающих звуков!
- Для него наша обычная речь – как иностранный язык. Более привычный – дактильный (когда каждой букве русского языка соответствует определенный жест одной руки), - рассказывает с улыбкой Ирина. – Ваня и нас всех научил дактилю.
Постепенно, постоянно общаясь с родителями и братьями-сестрами, подросток стал учиться говорить как обычный слышащий человек. И сейчас уже выражает свои мысли небольшими предложениями. Хотя с большим трудом ему даются абстрактные понятия, которые нельзя увидеть, потрогать, понюхать.
- Например, мы несколько месяцев объясняли Ване на конкретных примерах, что такое гордость, - рассказывает Александр Анатольевич. – Сейчас – зависть.
Оно и понятно, ведь что такое доброта, забота, любовь – он сразу ощутил в новой семье. А с другой стороной жизни, честно говоря, даже нам, обычным людям, бывает трудно разобраться.
Девять «Я»
Несколько лет назад семья перебралась в Семеновку, чтобы детям удобнее было. Здешний большой дом достраивали и приспосабливали под себя все вместе. Перед ним – сад и цветники, позади – огород. Здесь тоже трудятся сообща. Идиллия? А почему бы и нет, хотя давно известно, что без труда не вынуть и рыбку из пруда.
Вот и для Соловьевых девиз: «Настоящая семья – это много дружных «Я»!», который они не раз декламировали со сцены как участники конкурса «Успешная семья Приволжья», - не просто красивые слова.
- Каждое «Я» - это личность со своими характером, индивидуальностью, «хочухами», - объясняет глава семейства. – Объединить все такие разные «Я» в дружную семью – это, действительно, большой труд.
И он не закончится с 18-летием детей, даже если они - приемные.
- Они все равно останутся нашими, – говорят родители, которые уже сегодня озабочены будущим своих детей. Всех!
Кстати, многодетные мамы имеют право на досрочный выход на пенсию.
